Тема 12. Конфликты в странах третьего мира

  1. Краткая характеристика стран третьего мира

При обращении к конфликтам в странах третьего мира необходимо сделать несколько важных замечаний. То, что было принято называть странами третьего мира, составляло в период холодной войны большую часть планеты, все пространство мира за исключением стран Европы, Северной Америки, Японии и Австралии. В этом регионе расположено наибольшее число государств, здесь проживает большая часть населения планеты.

Уровень экономического, политического, социального развития стран этого региона значительно отличался от «центра» мировой системы, именно поэтому появилось понятие «развивающиеся страны» в противовес «развитым» странам. Этот регион до окончания Второй мировой войны рассматривался как «внесистемный», т.е. находящийся за пределами системы международных отношений или на ее периферии.

Обширные территории на протяжении долгого времени находились под суверенитетом великих держав, и лишь с окончанием Второй мировой войны здесь были созданы собственно независимые государства. В этом регионе произошло наибольшее количество вооруженных межгосударственных и внутренних конфликтов в послевоенный период

После окончания холодной войны понятие третьего мира трансформировалось. Как отмечает Виктор Александрович Кременюк, заместитель директора Института США и Канады РАН, первый мир (мир капитализма) «сохранился и неизмеримо усилился», на смену исчезнувшему миру социализма пришел «новый, второй мир» стран переходного типа (Китай, Россия). «Третьим миром» стала группа стран, получивших наименование «несостоявшихся», т.е. бывший «четвертый мир», пополнивший свои ряды за счет тех, кто не сумел пережить окончание соперничества сверхдержав в третьем мире и «ушел на дно».

После окончания холодной войны странами третьего мира стали называть самые бедные, нестабильные и проблемные страны Латинской Америки, Азии и Африки. Если в период холодной войны использовался термин «менее развитые страны» (less developed countries), то сейчас используют понятие «наименее развитые страны» (least developed countries). 

Интерес к конфликтам в этом регионе особенно возрос с окончанием холодной войны и преодолением главного конфликта послевоенного мира между Востоком и Западом. Более пристальное внимание к этому региону аналитиков и политиков привело к пониманию того, что большая часть теорий международных отношений и политического анализа не применима при изучении процессов, происходящих в этой части мира. Такие понятия, как суверенитет, государство, рациональная политика, система международных отношений – все это не согласуется с реальностями развивающихся стран

Некоторые аналитики полагают, что, несмотря на формальный «суверенитет» в терминах международного права, независимость этих стран во внешней и внутренней политике на самом деле является фиктивной, и концепция суверенитета не приемлема для анализа внешней и внутренней политики развивающихся стран. Концепция государства как центральной власти, созданной для эффективного управления территорией и населением страны, малоприменима к значительному числу государств в этой части мира. Доминирующие парадигмы международных отношений – политический реализм, неореализм и структурная теориямалопригодны для анализа событий в этом регионе

Большинство исследователей, принадлежащих к разным школам международных отношений, сходятся во мнении, что большинство государств третьего мира по многим параметрам не соответствуют критериям государств Вестфальской модели. Второе отмечаемое несоответствие третьего мира заключается в том, что в нем не действует обычно воспринимаемое разделение на существование иерархии внутри государства и анархии в отношениях между государствами. В странах третьего мира чаще всего все происходит с точностью наоборотанархия внутри страны и иерархия во внешних связях.                                                         

 Для этих стран также характерны низкий уровень жизни, бедность, неграмотность населения. Приведем так называемые социальные индикаторы, которые отражают уровень жизни в стране:

-     средняя продолжительность жизни в странах третьего мира составляет от 45 до 54 лет (Афганистан, Ангола, Ботсвана, Бурунди, Лесото и т.д.);

-     высокая рождаемость – в среднем от 30 до 45 новорожденных на 1000 человек (Афганистан, Камерун, Чад, Бенин, Демократическая республика Конго);

-     высокая детская смертностьот 70 до 100 и более смертей в младенческом возрасте на 1000 родов (Ангола, Центрально-Африканская Республика, Чад, Демократическая республика Конго, Мали).

-     уровень грамотности населения низокот 30 до 50 % взрослого населения.

Для сравнения продолжительность жизни в развитых странах составляет от 80 и более лет, рождаемость – около 11 новорожденных на 1000 человек и уровень детской смертности – от 2 до 4 смертельных исходов на 1000 новорожденных.

В экономическом отношении – это страны:

-     с преимущественно сельскохозяйственным экстенсивным производством, которое зачастую не обеспечивает потребности населения в продовольствии;

-     преобладают монокультуры, как следствие колониального развития;

-     добывающие отрасли промышленности – добыча редких полезных ископаемых, драгоценных камней, золота.

Экономика многих стран зависима от западных партнеров, от финансовой помощи развитых стран, от экспортно-импортных потоков. Бедность и низкий уровень развития этих стран не являются сами по себе причиной конфликтов. Тем не менее, как отмечают исследователи, «крайняя бедность и неравенство могут создавать благоприятную почву для мобилизации или являться дополнительным фактором в сочетании с другими условиями – в основном политического характера». Ряд недавних исследований показывают, что чем более богатой является нация (показатель распределения ВВП на душу населения), тем ниже риск вооруженного конфликта

Политическая организация значительного числа стран третьего мира является копией европейских институтов и принципов, однако их реальное функционирование зачастую встречает сложности в силу отсутствия традиции такой организации власти и управления. Английский исследователь-международник Барри Бузан отмечал: «Государства в третьем мире – это трансплантат. Эти государства являются продуктом европейского глобального доминирования в течение двух последних веков. Большинство из них было создано вследствие европейской колонизации, которая, как правило, изменила местную политическую географию. Восприятие европейской политической формы было ценой за независимость для некоторых из них, которые претерпели прямую оккупацию, или цена за то, чтобы избежать колонизации лишь некоторых – Япония, Таиланд, Оттоманская империя, Эфиопия, которые сохраняли свою независимость в период мирового господства европейских держав».

Основой деятельности современных демократических государств являются всеобщая грамотность населения, лояльное отношение большинства населения к существующей власти, активное участие населения в управлении, организация и интегрированность экономики всей страны. В основе деятельности современного государства лежит его легитимность за счет поддержки со стороны населения. Все названные элементы функционирования современного государства зачастую отсутствуют в развивающихся странах. 

При рассмотрении особенностей конфликтов в странах третьего мира мы обратимся к нескольким важным закономерностям, которые были выявлены, рассмотрим основные причины конфликтов, а также особенности их динамики и последствия. Одним из уровней анализа будет рассмотрение особенностей асимметричных конфликтов на примере столкновений развитых и развивающихся стран.

Различные аспекты конфликтов в странах третьего мира рассматривали такие исследователи, как Харви Стар, Бенджамин Мост, Иштван Кенде, Оле Холсти, Калеви Якко Холсти, Барри Бузан, Питер Валенстин, Стефани Г. Ньюман и многие другие. 

  1. Причины конфликтов в странах третьего мира

1)     Перенос соперничества великих держав в страны третьего мира

Главной тенденцией послевоенного мирового устройства было отсутствие прямых военных конфликтов между великими державами и разделение мира на два военно-политических блока, которые объединяли страны, различающиеся по идеологии и социально-экономической структуре, или то, что было названо конфликтом между Востоком и Западом. В рамках этого конфликтного противостояния ареной опосредованного соперничества стали страны третьего мира. Противоборство происходило с целью увеличения зоны влияния в развивающихся странах за счет привлечения их к определенной форме социально-экономического и политического устройства. Наиболее ярко подобное противостояние проявилось в развитии разделенных нацийКореи, Китая, Вьетнама, в Индо-Пакистанском конфликте. В случае таких конфликтов можно говорить не о собственно конфликте между великими державами и странами третьего мира, а об участии или вмешательстве великих держав во внутренние или межгосударственные конфликты

2)     Разрушение колониальной системы и конфликты между бывшими странами-метрополиями и колониями

В послевоенный период происходит дальнейшее разрушение колониальной системы великих держав в Африке и Азии. Антиколониальная борьба в ряде стран и регионов сопровождалась войнами между слабыми в экономическом, политическом, военном отношении странами-колониями и более сильными противниками в лице великих держав. К такому виду войн можно отнести войну Индонезии (1947–1949) против Нидерландов, Алжира, Марокко, Туниса против Франции, Кипра против Великобритании, Вьетнама против Франции, а затем США. Во всех этих войнах национально-освободительные силы достигли своих целей и нанесли политическое поражение более развитым индустриальным странам, которые, несомненно, превосходили своего противника в силе. Согласно подсчетам по базе данных о конфликтах КОСИМО, наиболее активно воевали в первые два послевоенные десятилетия бывшие колониальные державы – Франция и Великобритания, а позднее они принимали опосредованное участие в вооруженных конфликтах в бывших колониях или зависимых территориях.

3)     Конфликт между Севером и Югом

В послевоенный период обостряется противостояние между развитыми и развивающимися странами, то, что в 1960-е гг. было названо конфликтом между Севером и Югом. Страны Восточного полюса не считались частью развитого Севера, так как не обладали заморскими колониями и не вступали в прямое противостояние с бывшими зависимыми территориями. Кроме того, уровень развития стран Восточного блока был ниже уровня развитых стран. Антиимпериалистическая идеология стран Восточного блока позволяла им дистанцироваться от колониальной политики развитых стран, и, более того, они активно призывали народы колониальных стран к антиимпериалистической и освободительной борьбе за создание независимых суверенных государств. Советский Союз отошел от прямой поддержки революционных режимов и открытой военно-технической поддержки революционных движений к началу 1970-х. Лидером мирового революционного движения становится революционная Куба во главе с Фиделем Кастро

4)     Факторы, влияющие на динамику и особенности конфликтов в странах третьего мира

При обсуждении конфликтов между великими державами мы обозначили главную тенденцию – уменьшение числа прямых военных столкновений между ними при росте разрушительных последствий таких конфликтов и реально существующей угрозы гарантированного взаимного уничтожения сверхдержавами. Однако стремление уменьшить вероятность войн между ведущими игроками мировой политики не означало, что великие державы стали более миролюбивыми и отказались от силового способа достижения своих целей на международной арене. Различные исследования показывают, что именно великие державы наиболее часто инициировали войны или вовлекались в них. В табл. 6.1 представлены данные об участии великих держав в вооруженных конфликтах в послевоенный период.

Таблица 6.1.  Участие великих держав в вооруженных конфликтах с числом жертв не менее 25 человек, база данных КОСИМО, 1945–1999 гг.*

Страны

Прямой участник

Непрямой участник

Инициатор

Агрессор

Посредник в урегулировании

Великобритания

27

16

14

1

10

СССР/РФ

17

55

8

3

7

Франция

17

20

1

3

8

Китай

16

19

11

1

0

США

11

78

4

3

33

* Дериглазова Л.В. Асимметричные конфликты: уравнение со многими неизвестными. Томск, 2009. С. 87.

Зеев Маоз выделил 11 наиболее активно воевавших государств в период 1815–1976 гг. (табл. 6.2).

Таблица 6.2. Участие в международных конфликтах и войнах, 1815–1976 гг.*

Страна

Инициатор

Жертва агрессии

Общее число конфликтов

США

51

28

120

Великобритания

56

18

119

Россия/СССР

47

31

117

Франция

26

16

99

Пруссия/Германия

27

28

76

Турция

12

40

70

Италия

20

11

58

Китай

21

19

52

Япония

25

16

50

Перу

29

18

47

Израиль

14

16

45

* Holsti K.J. International politics. A framework for analysis. 5th ed. University of British Columbia, 1988. P. 399.

Однако соотношение продолжительности существования государства к количеству войн или серьезных международных конфликтов, в которых оно принимало участие за период 1815–1976 гг., показывает, что ведущее место заняли государства, возникшие после окончания Второй мировой войны: Израиль, Индия, Северный Вьетнам, Уганда.

Изучение послевоенного периода показывает, что большая часть вооруженных конфликтов происходила между малыми и средними державами (около 58 %), однако такие ведущие игроки мировой политики, как США и Великобритания, часто инициировали серьезные конфликты. Тем не менее важной тенденцией, отмеченной к середине 1970-х, является то, что все чаще войны инициируются новыми государствами, и нередко агрессорами становились страны из социалистического лагеря. Это наблюдение позволило Харви Стару и Бенджамину Мосту сделать вывод о том, что «эра западного империализма в терминах военных интервенций, вероятно, приходит к концу». В послевоенный период зона конфликтных столкновений переместилась из Европы в Африку, на Ближний Восток и в Азию. Зона относительного мира, следовательно, включала Европу, Северную Америку, Японию, Австралию и Новую Зеландию

По данным исследований в рамках проекта КОСИМО, с 1945–1995 гг. наибольшее количество насильственных конфликтов происходило на Ближнем и Среднем Востоке – 113, Центральной Африке – 102 и в Азии – 86. Причем до середины 1970-х гг. преобладали международные конфликты, однако в последующий период начинают доминировать внутренние конфликты. В абсолютных значениях на Ближнем и Среднем Востоке преобладают международные конфликты, а в Азии и Африке – внутренние. Регионы Америки и Европы не являются бесконфликтными, однако там наиболее распространены ненасильственные конфликты.

Особенности конфликтов заключались в том, что они являются по преимуществу внутренними конфликтами, с участием в различной степени внешних сил. Это различные формы антиколониальной борьбы, войны между правительственными силами и политической оппозицией. К середине 1970-х гг. практически все страны третьего мира являлись независимыми государствами, однако ожесточенная борьба за ресурсы, власть внутри страны, за территорию, за права различных меньшинств разгоралась в виде непрекращающихся внутренних войн. Многие исследователи отмечают, что к середине 1970-х гг. прямое внешнее военное или экономическое вмешательство великих держав практически исчезает. Бывшие страны метрополии предпочитают действовать и влиять более опосредованно. 

5)     Торговля оружием и вооруженные конфликты в третьем мире

Одним из наиболее тревожащих последствий перенесения соперничества между развитыми странами в третий мир стала растущая милитаризация развивающегося мира за счет поставок и торговли оружием из развитых стран. Можно выделить два основных проявления этой тенденции:

-       рост вооружений;

-       рост расходов на военные нужды.

Как показывают многочисленные исследования, оружие, которым воюют в странах третьего мира, произведено в развитых странах. В 1993 г. более 95 % всего экспорта оружия в страны третьего мира обеспечивали 5 постоянных членов Совета Безопасности ООН, которые несут основную ответственность за поддержание мира. Джон Пол Лидерах, ученый и практик, многие годы работавший в странах развивающегося мира, отмечал, что войны в третьем мире стали «функциональными» для военной промышленности развитых стран. Военная индустрия приносит экономическую выгоду странам, производящим оружие, и отдельным продавцам оружия. Возникла достаточно автономная многонациональная индустрия по производству оружия и рынок вооружений, на котором перемещается как малое, так и крупное оружие, с большим количеством посредников. Оружие становится доступным практически для любой группы, обладающей необходимыми средствами для его покупки. Дж. Лидерах подчеркивает, что во время холодной войны Север обеспечивал оружие, средства для его покупки в виде займов и идеологии, во имя которых велись войны, а Юг – свою территорию, людей и национальные экономики.

По данным СИПРИ, самые большие военные расходы были у пятерки стран – постоянных членов СБ ООН, что составило в 2010 г. 61 % от всех военных расходов в мире. Ведущие производители и продавцы военной техники и оружия – это также военно-промышленные компании США, России, Германии, Франции, Великобритании.

Список стран по военным расходам за 2017 год по данным SIPRI

Страна

Расходы,
млрд $

Доля в
мире, %

Доля от
ВВП, %

1

США

610,0

35,0

3,1

2

Китай

228,0

13,0

1,9

3

Саудовская Аравия

69,4

4,0

10,0

4

Россия

66,3

3,8

4,3

5

Индия

63,9

3,7

2,5

6

Франция

57,8

3,3

2,3

7

Великобритания

47,2

2,7

1,8

8

Япония

45,4

2,6

0,9

9

Германия

44,3

2,5

1,2

10

Республика Корея

39,2

2,3

2,6

11

Бразилия

29,3

1,7

1,4

12

Италия

29,2

1,7

1,7

13

Австралия

27,5

1,6

2,0

14

Канада

20,6

1,2

1,3

15

Турция

18,2

1,0

2,2

 

Топ 15

1396

80

 
 

Всего в мире

1739

100

2,2

Объем экспорта основных видов обычных вооружений из этих стран в 2006–2010 гг. составил 75 % от всей международной торговли оружием, что чуть меньше по сравнению с 80 % в 2001– 2005 гг. Основными регионами-получателями в 2006–2010 гг. были Азия и Океания (43 % импорта), Европа (21 %), Ближний и Средний Восток (17 %), Америка (12 %) и Африка (7 %). На Индию приходилось 9 % совокупного импорта основных видов обычных вооружений, и она стала в период 2006–2010 гг. основным получателем оружия, оттеснив Китай (6 %) на второе место; за этими двумя странами следовали Южная Корея (6 %), Пакистан (5 %) и Греция (4 %). Попытки контролировать потоки оружия являются малоэффективными в силу рыночного характера военного производства и торговли оружием. 

Как отмечают исследователи, «влияние внешних факторов на вероятность вооруженного конфликта и его динамику имеет связь в случае прямого военного вмешательства со стороны внешней силы, однако в большинстве случаев такое внешнее вмешательство все чаще носит опосредованный характер. Военная внешняя помощь, оказываемая сторонам конфликта, увеличивает вероятность начала вооруженной борьбы, его продолжительность и интенсивность. Экономическая помощь никогда не была напрямую связана с началом прямого военного противостояния, но массированная экономическая помощь поддерживала стороны, вовлеченные в конфликт, и таким образом влияла на продолжение борьбы в некоторых случаях». Однако исследователи также отмечают, что сами категории внешнего и внутреннего являются очень условными, и зачастую не отражают всю сложность взаимосвязи факторов.

6)     Борьба за власть и слабость государства

Одной из главных причин насильственных конфликтов в этом регионе большинство исследователей называют борьбу за политическую власть и процесс создания национальных государств. К. Холсти в 1996 г. предложил теорию «слабого государства» – weak state, которая позднее была трансформирована политиками в термин «неудавшееся государство» – failed state. Мы можем также встретить термин «квазигосударство». Теория Холсти доказывает, что главной причиной насилия и войн в странах третьего мира является слабость или распад государства. В этих странах государство или центральная политическая власть не способны эффективно контролировать разнородные политические, этнические и религиозные группы в рамках общества и управлять ими. Политическое руководство нередко отличается крайним авторитаризмом, власть персонифицирована. Отсутствие механизма эффективного управления страной и обществом приводит к сопротивлению со стороны управляемых, что провоцирует государство на применение насильственных мер, а это, в свою очередь, генерирует насильственный ответ оппозиции. Таким образом, «слабые государства» находятся перед дилеммой – усиление своей власти или оппозиция этому усилению.

Главная проблема «слабого государства» – это отсутствие легитимности, опирающейся на поддержку населения страны. Формальное международное признание того или иного правительства не означает его внутреннюю легитимность. Многие аналитики говорят о существующем разрыве между легальностью – законностью того или иного правительства и его легитимностью, т.е. поддержкой со стороны населения страны.

Сами институты государственной власти и процесс разделения власти между различными политическими, этническими и социальными группами представляются важными факторами сохранения или отсутствия стабильности государства. «Неспособность государства гарантировать права меньшинствам в целом приводит к насильственным конфликтам во всех трех регионах (Африка, Азия и Центральная и Южная Америка), однако в Азии и Африке они в первую очередь основаны на политике принадлежности (конфликты идентичности), а в Центральной Америке больше порождены идеологическими противоречиями».

Мацуо Масацугу группирует основные причины внутренних конфликтов по четырем категориям, следуя логике работы американского политолога-международника Майкла Брауна (табл. 6.3).

Таблица 6.3. Причины внутренних конфликтов (после 1945 г.)*

1

2

Структурные факторы

Слабое государство (недостаток легитимности, плохая работа институтов власти)

Проблемы безопасности внутри государства (дилемма внутренней безопасности)

Этническое разнообразие / «неудовлетворенные» этнические меньшинства / географическая концентрация

Политические факторы

Дискриминационные принципы в политических институтах (государство благоволит определенным группам в ущерб другим группам)

Исключающие национальные идеологии (нация, основанная на принципе гражданства, или этническом или религиозном)

Межгрупповая политика (межгрупповая борьба за власть) 

Политика элиты (политика руководства страны по отношению к другим группа внутри страны или вовне)

Экономические / социальные факторы

Экономические проблемы (безработица, инфляция, бедность, борьба за ресурсы)

Дискриминационная экономическая система (экономическое неравенство, особенно основанное на таких критериях, как этническая принадлежность, класс, регион и т.д.)

Экономическое развитие и модернизация (напряжение существующей социальной и политической системы и рост ожиданий)

Культурный фактор / Особенности восприятия

Традиции культурной дискриминации (образование, религия, язык, попытки ассимиляции)

История проблем во взаимоотношениях групп (столкновение этнических мифов)

* Masatsugo Matsuo. Peace and Conflict Studies. A Theoretical Introduction. Hirosima: Keisuisha, 2005. P. 125.

7) Процесс формирования национальных государств

Процесс послевоенной деколонизации в Африке и Азии сменился процессом дальнейшего дробления созданных государств и формирования новых национальных государств, большому числу территориальных споров. Существующие границы многих стран третьего мира отражают произвольное разделение территории, не учитывая реальное расселение этнических групп, исторически сложившихся особенностей экономического уклада народов, населяющих эти страны. Так, например, для многих народов, населяющих Африку, до сих пор характерен кочевой образ жизни, для которого существование государственных границ является серьезным препятствием для нормальной жизни. С процессом сезонной миграции постоянно сталкиваются многие страны.

В странах третьего мира сосуществуют этносы и группы, находящиеся на различных уровнях социально-экономического и политического развития. В некоторых странах количество различных этнических групп доходит до 70 и более (например, Конго, Берег Слоновой Кости). Население этих стран представляет собой пеструю картину различных племен, которые зачастую не объединены общими экономическими, культурными, языковыми или какими-либо еще связями. Период колонизации по-разному отразился на положении и развитии этих групп. Одной из острейших проблем этих стран является борьба за власть между старыми и новыми политическими элитами, борьба за доступ к ресурсам, за равенство прав в экономической и политической сферах. Часто официальным языком этих стран является один из европейских, что, как ни парадоксально, составляет основу для общения множества языковых групп.

Самым известным случаем такого рода в 1990-е гг. явился этнический конфликт в Руанде, африканском государстве, где в 1994 г. погибло по разным данным от 800 тыс. до 1 млн человек при общей численности населения около 9 млн человек. Кровавые столкновения произошли между двумя основными этносами, населяющими страну, – тутси и хуту. Хуту являются доминирующим по численности этносом (90 % населения), который во время бельгийского господства находился в подчиненном положении по сравнению с тутси. Тутси (9 % населения) составляли экономическую и административную местную элиту, поддерживаемую во времена колониального господства, а после приобретения Руандой независимости в 1962 г. стали костяком политической элиты. Тутси в большинстве своем имеют хорошее образование, традиции лидерства в экономической и политической сфере, в управлении и продолжают занимать более высокое социальное положение. Политическая нестабильность в стране и гибель в авиакатастрофе президента страны – хуту по национальности привели к взрыву эмоций и резне, направленной против тутси, в которой участвовали хуту – представители всех слоев общества, включая и местную интеллигенцию – врачей, учителей, священников. 

8)   Конфликты идентичностей

Одной из особенностей конфликтов в странах третьего мира является то, что они являются проявлением «разделенности общества». Разделительные линии, формирующие противостоящие группы, не всегда проходят по этническому или религиозному признаку. Множество различных факторов в разнообразных сочетаниях становятся основой для формирования конфликтующих групп. Именно сложность определения общих факторов, формирующих группы в конфликтах, привела к выдвижению идеи о конфликтах «идентичностей». 

Эрни Ригер отмечал, что «конфликты идентичности появляются, когда общество в ответ на неудовлетворение базовых потребностей в экономическом и социальном благополучии обращается к усилению своей коллективной идентичности для борьбы за политическое признание. Почти две трети текущих вооруженных конфликтов могут быть определены как конфликты идентичности, и по некоторым подсчетам в почти 70 современных политических конфликтах вовлечены группы, формально организованные для усиления коллективной идентичности». Дж. Бертон подчеркивал в своих работах, что «идентифицирующие группы, стремящиеся к признанию собственной самобытности и самоопределению, обладают большей силой, чем просто военная мощь». Этот тезис был подтвержден вооруженными конфликтами, сопровождавшими смену власти и волнения, в Ливии, Египте и Сирии во втором десятилетии XXI в. 

Большинство исследователей отмечают, что особенностями конфликтов в третьем мире являются применение военной силы и других насильственных мер, не ограничиваемое существующими международными нормами, активное участие в насильственных конфликтах негосударственных игроков. В развивающихся странах решение проблемы безопасности, стремление утвердиться на международной арене, укрепить власть внутри страны, правительства многих стран решают за счет развития своего военного потенциала. Именно страны третьего мира являются основным покупателем оружия. В бюджетах развивающихся стран зачастую больше средств идет на вооружения, чем на систему образования или здравоохранения. Оружие массового поражения – ядерное, бактериологическое, химическое – часто становится желаемым элементом национального могущества. В 1998 г. Индия и Пакистан стали ядерными державами, в 2006 г. к ним присоединилась Северная Корея. Ядерные разработки Ирана вызывают постоянное беспокойство международного сообщества. Ирак применял химическое оружие в войне с Ираном (1980–1988 гг.), для подавления курдских волнений на севере Ирака. В начале 2013 г. активно обсуждалась проблема применения химического оружия в ходе гражданской войны в Сирии, с неопределенностью того, кто его использовал: повстанцы или правительственные войска.

Слабая государственная власть, несоблюдение международных норм и договоренностей в сфере вооружений и ОМУвсе это делает конфликты в третьем мире очень тревожащими и опасными для всего мирового сообщества в целом.    

  1. Феномен асимметричных конфликтов в международных отношениях

Еще одной из выявленных особенностей конфликтов в третьем мире в послевоенный период является их асимметричность. Многие антиколониальные движения являлись примером асимметричного конфликта, где стороны заведомо обладали разными силовыми возможностями. Особенностью многих конфликтов является неспособность более сильных участников столкновения навязать свою волю слабой стороне, подчинить ее своим интересам и достичь поставленных целей. Таким образом, один из важнейших постулатов политики и военной науки о том, что более сильный побеждает в борьбе и способен навязать свою волю противнику, был поставлен под сомнение. 

По подсчетам американского исследователя Айвана Арегин Тафта, в период 1800–2003 гг. более сильные страны одержали победу в 71,5 % асимметричных конфликтов, однако разбивка статистики на более короткие интервалы конкретизирует эту тенденцию в ХХ в.: 1900–1949 гг. – в 65,1 %, и в 1950–1999 гг. – в 48,8 %. 

Проблема асимметричного конфликта рассматривалась такими учеными и практиками-международниками, как Р. Арон, Э. Макк, еще в 1970-е гг., однако до недавнего времени эта проблема не привлекала большого внимания аналитиков, политиков и военных и в основном рассматривалась как теория, кардинально не меняющая представлений об особенностях конфликтов между неравными противниками. Существенное изменение в отношении асимметричных конфликтов произошло после окончания холодной войны и особенно с ростом угрозы международного терроризма в конце 1990-х – начале 2000-х гг. Все это заставляет более внимательно проанализировать особенности и закономерности протекания так называемых асимметричных конфликтов.

Эндрю Макк в своей статье «Почему большие нации проигрывают малые войны», опубликованной в 1975 г., рассмотрел особенности асимметричных конфликтов, которые опровергли опыт властвования великих держав в третьем мире, причем этот опыт нельзя сводить только к колониальному господству и его свержению. Эти конфликты показали ошибочность упрощенного понимания силы и способности достичь победы через силовое преобладание. Хотя в большинстве таких конфликтов сильные страны не потерпели военного поражения, но им не удалось достичь победы. Поражение в таких конфликтах носило политический характер, так как сильным не удалось навязать свою волю слабому противнику.

Таким образом, главный рациональный смысл применения силы для достижения целей и как причина начала войны был потерян. В каждом случае асимметричного конфликта победа повстанцев обеспечивалась не их способностью нанести военное поражение более сильному противнику, что было нереальным ожиданием, а отсутствием у их сильного противника политической способности продолжать войну. В таких асимметричных конфликтах повстанцы могли добиться политической победы даже в результате отступления или поражения. 

Рассматривая причины поражения великих держав, Макк анализировал другие асимметрии, характерные для такого рода конфликтов. Главная состояла в том, что асимметрия сил сопровождается асимметрией отношений противников, проявленной в разнонаправленности «тотальной войны» (т.е. полной мобилизации сил и ресурсов для победы) слабой стороны и феномена «малой войны» (т.е. неспособности или нежелания полной мобилизации сил и ресурсов) более сильного противника.

Одним из наиболее ярких примеров такой ситуации являлась война во Вьетнаме, которую вели США в 1961–1973 гг. США вели войну в поддержку режима Южного Вьетнама против сил Социалистической Республики Вьетнам (Северный Вьетнам). Война первоначально носила характер вооруженного конфликта между различными политическими силами Вьетнама за его объединение, так как страна была разделена на две части согласно Женевским соглашениям 1959 г. Северный Вьетнам выбрал социалистический путь развития, а Южный – капиталистический. Локальный конфликт быстро перерос в крупномасштабную войну – в 1968 г. численность американских войск доходила до 550 тыс. человек. СССР и КНР оказывали помощь Северному Вьетнаму, однако размер этой помощи был несопоставим с военным участием США.

Эндрю Макк отметил, что эта война показала, насколько неверным является убеждение в том, что превосходство в военной силе гарантирует победу, и которое при определенных условиях может быть контрпродуктивным. Война во Вьетнаме также показала, что театр военных действий не ограничивается непосредственным местом ведения боев и влияет на политическую и социальную ситуацию во всех вовлеченных странах.

Фактически война шла на двух фронтахкровопролитная и жестокая в джунглях Индокитая и другая, которая велась ненасильственными методами, но оказала решающее воздействие на результат войны – в рамках политических и социальных институтов США. Природа отношений между двумя этими конфликтами, которые, по сути, были двумя сторонами одного конфликта, являлась решающим моментом для понимания исхода этой войны. Как отмечал в статье Э. Макк, эта ситуация не была уникальной, за несколько лет до этого вьетнамским повстанцам удалось нанести политическое поражение Франции, которая была вынуждена покинуть этот регион. В обоих случаях была разрушена политическая способность или воля на языке стратегов к продолжению мобилизации ресурсов для борьбы. 

Такие конфликты нередко принимают форму затяжных партизанских войн. Мао Цзэдун, лидер китайской революции, в своих работах обосновал эффективность ведения подобных войн против превосходящего по силе противника. Зачастую решающим элементом победы является готовность населения воюющих стран к политической мобилизации и возможным жертвам ради победы, соотнесение цены за достижение победы в такой войне. Генри Киссинджер, госсекретарь США в период Вьетнамской войны, так определил «уравнение партизанской войны»: «партизанская армия выигрывает до тех пор, пока способна избежать поражения; обычная армия обречена на поражение, если не может одержать решающей победы. Патовая ситуация почти никогда невозможна».

Война во Вьетнаме показала, что целью войны как средства является подчинение воли противника, и большинство стратегов, аналитиков и военных сходятся в этом мнении. Однако на практике достаточно распространенным является представление о том, что разрушение силовых возможностей является решающим фактором победы, что делает понятие воли к продолжению войны несущественным элементом анализа, так как воля должна подкрепляться существующими реальными возможностями. Как показывает анализ асимметричных конфликтов, разрушение воли к продолжению войны может оказаться более эффективным методом нанесения политического поражения или навязывания своей воли противнику, который может по-прежнему обладать военно-силовым комплексом для продолжения войны. В таком случае, если воля сильного противника к продолжению войны подорвана, его силовые возможности не имеют решающего значения.

Ни в одном из конфликтов в странах третьего мира повстанцы не обладали серьезной возможностью вторжения на территорию развитой державы или нанесения ей серьезного военно-материального ущерба. Победа была возможна только в результате разрушения политической способности продолжать войну. Суть поражения заключалась в том, что более сильная сторона не имела политической способности продолжать мобилизацию людских и материальных ресурсов на продолжение военных действий во имя заявленных целей и была вынуждена идти на компромисс со слабой стороной

Война во Вьетнаме являлась событием, оказавшим сильнейшее воздействие на внешнюю и внутреннюю политику США. Э. Макк перефразировал известную фразу фон Клаузевица: «политика может стать продолжением войны другими средствами». В 1968 г. США удалось нанести решающее поражение повстанческим войскам, которое могло бы стать поворотной точкой в войне, однако этот момент стал поворотным совершенно в другом смысле. Оппозиция войне в США достигла такого уровня, что планы дальнейшей мобилизации сил и дополнительного размещения американских войск не получили одобрения на уровне Конгресса.

Анализируя структуру данного конфликта, необходимо акцентировать асимметрию его основных компонентов. За явным неравенством сил стоят более существенные асимметрии, а именно, асимметрия отношений к конфликту. Для США война имела «ограниченное» значение, она не затрагивала важнейших интересов, не представляла серьезной угрозы национальной безопасности. Для Вьетнама эта война носила «тотальный» характер. В условиях «ограниченной» войны для США была невозможна ни политически, ни логически полная мобилизация ресурсов для достижения победы. Явное превосходство в силе делало такую возможность просто нереальной. Таким образом, сама мобилизация и «силовые ресурсы» воюющих сторон представлялись различными.

Одним из мощнейших мобилизационных ресурсов, способных объединить всю нацию во имя одной цели, является национализм. Многие политологи обращали внимание на особенности политической мобилизации в случае угрозы нации. Как правило, перед лицом общего внешнего врага политические оппоненты объединяются, находят общие «национальные интересы». В условиях конфликта, который воспринимается большинством общества как общенациональная опасность, население страны готово на мобилизацию всех ресурсов общества, на подчинение всех интересов одному – победе над внешним врагом. Опыт партизанских войн также показывает, что выигрывает та сторона, которая получает поддержку со стороны населения

Ведение «ограниченной» войны также требует мобилизации и поддержки населения, однако в данном случае процессы протекают по другим законам. Различные группы общества по-разному воспринимают выгоды от ведения такой войны, ее легитимность. Чем дольше ведется «ограниченная» война, чем больше издержки на ее ведение, чем больше количество погибших – тем сильнее критика, тем больше расслоение в обществе по отношению к войне. Ведение войны сопровождается ростом налогов, необходимых для покрытия расходов, инфляцией, может быть введена система призыва на военную службу.

Важным компонентом готовности вести войну является готовность профессиональных военных и военных по призыву отдать свою жизнь в случае отсутствия прямой военной угрозы нации. Вопрос выживания нации, который остро стоит перед обществом, ведущим тотальную войну, совершенно по-другому воспринимается нацией, ведущий ограниченную войну. Чем больше потери, тем больше оппозиция в стране-метрополии, тем острее дискуссии о моральности войны, о тех целях, которые преследуются в войне. Особенно существенным отношение к войне становится в ходе освободительных и антиколониальных движений. 

Таким образом, Э. Макк сформулировал следующие составляющие теории асимметричного конфликта. Поражение великих держав было обусловлено:

1) потерей политической воли к продолжению войны;

2) комплексом асимметричных отношений между противниками;

3) применением асимметричных стратегий борьбы (партизанские);

4) влиянием невоенных факторов.

Р. Арон так характеризовал суть асимметрии в отношениях «повстанец – колонизатор»: «Националисты, требующие независимости для своей нации (которая в прошлом существовала или нет, которая жива или нет в сердцах масс) более одержимы, чем управители колониальных государств. По крайней мере, в нашем веке они верят в святость своего дела больше, чем их противники в законный характер своего господства. Шестьдесят лет назад француз не сомневался в цивилизаторской миссии Франции, так же, как и англичанин – в тяжелой ответственности белого человека. Сегодня же он сомневается в том, что имеет моральное право отказывать народам Африки и Азии в праве на родину (которая не может быть Францией), даже если эта родина всего лишь мечта, даже если она неспособна быть действительно независимой». «Асимметрия воли, интереса, антипатии в воинственном диалоге консерваторов и повстанцев явилась последней причиной того, что французские авторы называют поражением Запада».

Арон также отмечают важную особенность таких конфликтов – их абсолютный характер. Повстанцы ведут борьбу с абсолютным врагом, с которым невозможно примирение, и единственным выходом из конфликта является уничтожение врага.

Таким образом, теория асимметричного конфликта предлагает ряд объяснений феномену, когда более слабой в военном и силовом отношении стране удается нанести поражение более сильной державе. Главной причиной поражения сильной державы является подрыв ее политической воли к продолжению войны. Истощение политической воли происходит за счет внутренних процессов в политике, экономике, обществе. Международные факторы также могут оказывать давление на поведение воюющей страны, ограничивая ее устремления и методы достижения целей. 

Рассмотрение существующих особенностей асимметричных конфликтов получило свое дальнейшее подтверждение в современных войнах. Война в Ираке, начатая в 2003 г., показала, насколько непродуктивным является выбор стратегии с точки зрения обычной логики превосходства в силе. После разрушения силовых возможностей и самой структуры режима С. Хусейна сильнейшие страны мира столкнулись с непрекращающимся сопротивлением, постоянными атаками со стороны местного населения. Война, которая подразумевалась как освободительная для народа Ирака, превратилась в партизанскую войну против западной оккупации

Другой формой признания необходимости пересмотра соотношения силы, воли, победы и поражения в международных отношениях стало понятие асимметричных угроз или вызовов. Асимметричные угрозы можно определить как способность более слабого в ресурсном и силовом отношении противника нанести серьезный удар или ущерб преобладающему по силе противнику и оказать, таким образом, влияние на исход конфликта. Если асимметричный конфликт понимается как асимметрия возможностей и интересов, то асимметричные стратегии борьбы означают нахождение слабых сторон у сильного противника и нанесение ударов по этим слабым точкам. В асимметричных конфликтах используются асимметричные стратегии.                                                         

Примером асимметричной стратегии или угрозы являются действия террористических групп, распространение оружия массового поражения у слабых в экономическом и политическом отношении стран. Наличие ОМУ, ядерного оружия является одним из желанных способов обретения веса и силы у некоторых стран развивающегося мира. Американский аналитик корпорации Рэнд Мартин Либикки в статье с красноречивым названием «Переосмысливая войну: Новый рык мыши?» указывает на то, что в современных условиях «практически любой элемент силы может быть приобретен на глобальном рынке».

Асимметричные угрозы заставляют сильных игроков международных отношений пересматривать военные доктрины, систему подготовки военных кадров, уделять больше внимания раннему выявлению и предупреждению возможных опасностей. Для более слабых в ресурсном и силовом отношении участников международных отношений асимметричные стратегии все чаще становятся выбором борьбы.

Исходя из анализа асимметричных конфликтов можно выделить следующие факторам, которые определяют причинность поражения сильной стороны:

  1. Победа более слабого противника обусловлена его высокой волей к победе и потерей воли к победе более сильной стороной. Данная гипотеза отражала дихотомию «малой войны» сильного противника и «тотальной войны» слабой стороны. Гипотеза обращает внимание на различия в способности государства и политической элиты мобилизовать ресурсы общества (людские, материальные и нематериальные) на достижение победы в зависимости от важности войны для общества.
  2. Победа является следствием усталости более сильного противника и нежеланием сильной стороны продолжать расходовать ресурсы и приносить человеческие жертвы во имя победы. Такая победа является не военной победой как таковой, а результатом истощения более сильного игрока, или, как писал К. фон Клаузевиц, это стратегия, направленная на достижение «негативной политической цели».
  3. Победа более слабого противника обусловлена преимущественным использованием асимметричных стратегий и тактик борьбы: 1) партизанская война; 2) террористические акции; 3) затяжная война.
  4. Победа обусловлена невоенными факторами, среди которых важное место занимает влияние общественного мнения сильной стороны на прекращение войны, а также средств массовой информации, которые освещают ход военных действий.
  5. Поражение сильной стороны является следствием острых разногласий в политической элите и усиления позиций противников войны, что особенно проявляется во время политических выборов.
  6. Ход борьбы определяется в большей степени участием внешних сил, а не прямых участников. Это может быть вмешательство других стран, оказание военной, технической, экономической помощи одной из сторон.
  7. Поражение великой державы обусловлено давлением и осуждением международного сообщества.

Во всех вышеизложенных гипотезах зависимая переменная может принимать два противоположных значения: это поражение сильной стороны или политическая победа слабой стороны в вооруженном конфликте. Сам факт поражения или победы не всегда можно определить однозначно, однако в большинстве случаев это возможно сделать, сопоставляя цели сторон и ситуацию, к которой они пришли по окончании конфликта. Таким образом, можно также попытаться определить, когда более слабой стороне удалось достичь победы над сильным противником, а также выявить степень влияния различных факторов на такой исход борьбы.

Слабая сторона может быть представлена самыми различными акторами:

-       политической группой или движением;

-       зависимой территорией;

-       внесистемной террористической группой.

Объединяет все эти категории вступление в вооруженное противостояние с регулярными вооруженными силами государства с определенной политической целью: как правило, это создание независимого политического образования – государства или автономии в рамках существующего государства. Тогда факторами, определяющими причины победы слабого над сильным, будут являться:

1) постоянная воля к победе, проявляемая в способности к массовой мобилизации ресурсов на борьбу на протяжении длительного времени;

2) затяжная война как проявление отсутствия поражения в борьбе против преобладающего в силе противника;

3) преимущественное использование партизанских и террористических стратегий и тактик борьбы;

4) поддержка населением борьбы (активная поддержка партизан и террористических групп, участие в вооруженной борьбе);

5) объединение политической элиты и всего общества на борьбу, преодоление разногласий;

6) получение материальной, военной, технической и иной помощи от сторонних стран, в первую очередь от других великих держав;

7) апелляция к международному сообществу за поддержкой справедливых целей борьбы и осуждение противника в аморальности целей и методов ведения войны.

Вооруженные конфликты, где силы и ресурсы противников были существенно несоразмерны: для определения данной асимметричной характеристики (асимметрия сил и ресурсов) можно воспользоваться расчетами, логически полагая, что государство обладает большими возможностями мобилизовать материальные и нематериальные ресурсы, чем негосударственный актор. Следовательно, асимметричные конфликты по статусу участников совпадают с определением асимметричности по наличествующим силам и ресурсам сторон. Дополнительно к выборке конфликтов между симметричными акторами можно добавить выборку внутри этой категории для исключения из нее таких случаев, где несоразмерность сил была очевидной между статусно равными сторонами. К таким случаям мы можем отнести шесть эпизодов:

-       Китай – Мьянма, 1969 г.;

-       Кипр – Турция, 1974 г.;

-       Китай – Вьетнам, 1978–1988 гг.;

-       Аргентина – Великобритания, 1982 г.;

-       Гренада – США, 1994 г.;

-       Ирак – Кувейт и международная военная коалиция, 1991 г.

В продолжение развития теории асимметричного конфликта можно выделить устойчивые формы выделения асимметрий в аналитике международных отношений:

  1. Рассмотрение столкновения различающихся по статусу противников в рамках одной правовой системы – политико-правовой подход.
  2. Характеристика неравенства силовых и ресурсных возможностей противников – традиционный подход.
  3. Объяснение политического поражения в вооруженном конфликте доминирующей стороны – парадоксальный подход.
  4. Характеристика тактик и стратегий борьбы, компенсирующих неравенство в силах и ресурсах противников – тактико-стратегический подход.
  5. Акцентуация несовпадения интересов сторон и их отношений к конфликту – субъективистский подход.
  6. Характеристика мотивации сторон к продолжению борьбы – мобилизационный / психологический / идеологический подход.
  7. Различия в организации противников, когда борьба происходит между государством или группой государств и негосударственным актором (террористической организацией с сетевой структурой) – структурный подход.

Использование теории асимметричного конфликта в аналитической работе требует использования целостного (холистского) подхода, при котором все элементы конфликта рассматриваются во взаимосвязи. Важно выделять базовые асимметрии:

1) несоразмерность ресурсных и силовых возможностей и

2) статусов противников, которые действуют в единой системе отношений.

Причем система может представлять собой как государство, так и систему международных отношений с существующей в ней иерархией сил и возможностей разных государств. 

К сопутствующим асимметриям, т.е. тем, которые являлись следствием базовых асимметрий, можно отнести следующие

-     асимметричные формы борьбы (партизанские, затяжные войны с использованием террористических действий);

-     усиление асимметрий в отношениях между противниками (мобилизационные возможности);

-     отношение к конфликту (воля к победе);

-     политическое, а не военное поражение сильного и политическая победа слабого противника (парадоксальное проявление асимметрии). 

Обострение проблемы международного терроризма в начале XXI в., который относят к проявлению асимметричности отношений и форм борьбы, также показывает важность и востребованность концепции асимметричного конфликта для понимания сути происходящего и нахождения адекватного ответа на новые вызовы безопасности.

Подводя итоги об особенностях конфликтов в странах третьего мира, необходимо подчеркнуть, что этот регион наиболее подвержен вооруженным конфликтам, в отношении которых развитые страны пытаются реализовать различные миротворческие стратегии. Опасность вооруженных конфликтов в странах региона для мира в целом объясняется:

-     включенностью региона в глобальную экономику и политику;

-     ростом неконтролируемых потоков мигрантов из стран Юга в страны Севера;

-     наличием вооружений, которые могут представлять реальную угрозу всему миру (ОМУ);

-     ростом антизападных настроений и радикальных движений, использующих террористические стратегии.

Таким образом, асимметричные конфликты являются существенной чертой современных международных отношений, для понимания которых необходимо применение соответствующей аналитической модели.

Литература

Дериглазова Л.В.  Конфликты в международных отношениях: учеб. пособие. –  2-е изд., испр. и доп. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2013. С. 134-158.

Дериглазова Л.В. Асимметричные конфликты: уравнение со многими неизвестными. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2009. – 284 с.