© Н.А.Баранов

Баранов Н.А. Политические основания российской модернизации // Вестник философии и социологии КГУ. Курск, 2010. №2. С.140-143.

Политические основания российской модернизации

Политическое развитие является частью модернизационного процесса, под которым понимается переход от традиционного общества, основанного на господстве традиций, обычаев, религии, сакральном отношении к власти, к современному обществу, основанному на внедрении нововведений во всех областях общественной жизни, рыночной экономике, рациональном восприятии окружающего мира, демократических политических институтах.

В качестве особенности политического развития России отечественные исследователи (В.Лапкин, В.Пантин и др.) отмечают контроль бюрократического государства над проведением наиболее важных преобразований и связанном с этим периодическим расхождением процессов модернизации государства и модернизации общества. Если в большинстве стран Запада модернизация осуществлялась средним классом, то в России из-за слабости и малочисленности данной категории населения основным субъектом модернизации выступает бюрократический аппарат, осуществляющий преобразования в первую очередь в собственных интересах, а не в интересах общества. Вплоть до ХХ века модернизация государства не только существенно опережала модернизацию российского общества, но и во многом происходила за счет торможения его развития, консервации самых отсталых и застойных структур и отношений [1, 41-42.].

В ходе модернизационных преобразований, которые В.Пантин и В.Лапкин определили как четвертая волна российской модернизации [1, 112-115], должны сформироваться основные условия и предпосылки для дальнейшего развития рынка и реального участия в политической жизни страны более широких слоев населения, произойти становление и развитие современного общества, основанного на непрерывно происходящих нововведениях.

В данном контексте становится актуальным переход от сложившейся в стране политической практики управляемой демократии к открытой, плюралистичной, восприимчивой системе власти, основанной на демократических институтах. Причем для И.К.Пантина процесс демократизации в современной России должен опережать экономическую модернизацию, так как, по его мнению, «в противном случае у российского общества не будет того духовного  и политического потенциала, который необходим для преодоления гигантских трудностей на пути формирования рыночного хозяйства» [2, 178].

Политическая модернизация способствует созданию таких политических институтов, которые в наибольшей степени отвечают современным потребностям общества, связанным с развитием человека, повышением качества жизни. Как показывает опыт развитых стран, демократические институты являются более предпочтительными, так как предоставляют гражданам возможность формировать органы власти и осуществлять контроль за их деятельностью. Демократическая институционализация предполагает, что судьба страны зависит не от воли одного человека и его окружения, а от выстроенности структурных элементов.

По мнению Даниэла Белла, нельзя на пустом месте построить демократический режим или импортировать его: все, на что следует рассчитывать, - это возможность использовать складывающуюся ситуацию и помогать демократическим силам [3, 164]. Приоритетным же фактором для распространения демократических ценностей и идеалов является потребность в свободе, которая должна произрастать снизу, постепенно либерализуя политическое пространство. Таким образом, происходит смена ценностного измерения политики.

Свобода предшествует демократии и предполагает наличие у человека неотчуждаемых прав, гарантирующих свободу человека. Условием свободы выступает равенство не только мнений, но и свободы их высказывать таким образом, чтобы быть услышанным. В то же время никто не может дать гарантий от тирании большинства, поэтому вопрос о соотношении демократии и свободы очень сложен. Опасность демократии заключается в том, что люди ценят свое неучастие в политике, передоверяя ее профессионалам. Однако для того, чтобы политика после такого абсентеизма была народной, необходимо «научить» власть работать ради общественного блага.

В России произошло противопоставление идеи свободы и демократии идее патриотизма и государственности, так как в отечественной политической практике всегда была и остается на первом месте государственность и только потом - идеологические приоритеты: коммунизм, либерализм, демократия и т. д. Поэтому возникает потребность понимания равной значимости ценностей индивидуальной свободы и национального суверенитета.

Созданная В.Путиным вертикаль власти основана на господстве и подчинении и не оставляет выбора для человека. Такая система удобна для людей несамостоятельных, патерналистски настроенных, внутренне несвободных. Следует отметить, что вертикаль власти остановила центробежные тенденции в стране, повысила значимость федерального центра и его влияние на региональные процессы, восстановила единую систему власти. Как отмечал А.Мигранян, это были «действия со стороны властей, более или менее адекватные сложившейся реальности» [4, 73]. Однако вертикаль власти проникла во все сферы жизнедеятельности общества и стала препятствием для развития инициативы и свободного волеизъявления граждан, источником всевластия бюрократии, неподконтрольной обществу, способствовала расширению коррупции. В результате положительный эффект вертикали власти, выразившийся в установлении политической стабильности в начале 2000-х гг., сменился негативными факторами, что явилось вполне закономерным результатом проводимой политики. Вертикаль власти стала воспроизводиться во всех социальных процессах, подчиняя себе практически всю сферу общественных отношений. Под нее подстроились чиновники, для которых вертикаль оказалась наиболее понятной системой власти – удобной для бюрократии и неэффективной для общества.

Вертикаль власти не справилась с финансово-экономическим кризисом, требует увеличения государственного финансирования всех значимых проектов, личного вмешательства первых лиц государства для решения даже региональных политических и экономических проблем, что свидетельствует о ее неэффективности и необходимости перехода к отношениям, в большей степени зависимым от граждан и определяемым ими.

В условиях инновационного развития общества существует объективная потребность в расширении политического поля, допуске к участию в принятии политических решений различных политических и социальных субъектов, отказе от политического монополизма, какими бы благими намерениями он ни оправдывался. Принципиально важным для России является смена персоналистской парадигмы управления на институциональную.

Д.Медведев в своих последних статьях и выступлениях критикует сложившуюся социальную практику и делает акцент на необходимости всесторонней «модернизации, основанной на ценностях и институтах демократии», что позволит построить «настоящую Россию – современную, устремлённую в будущее молодую нацию, которая займет достойные позиции в мировом разделении труда» [5].

Своеобразие современной российской ситуации заключается в том, что народ пока не может возвыситься до демократии, а государство еще не в состоянии стать народным, демократическим. Низкий уровень гражданственности, конформизм по отношению к власти, нетребовательность и смирение, сочетающиеся с неуважением к закону являются основными препятствиями на пути построения демократического общества.

Как было отмечено в одном из докладов Института современного развития в декабре 2008 г., «Россия – страна с «недостроенной демократией» (по причине слабости многих ее институтов) и «замороженной либерализацией» [6, 70]. Причем общество признает ведущую роль в развитии демократии и расширении свобод граждан за федеральной властью, допуская существенное влияние средств массовой информации и интеллектуальной элиты. Значительная часть российских граждан поддерживает линию на инициированную сверху и управляемую государством либерализацию общественно-политической жизни. Однако такая либерализация должна соответствовать общественным установкам, т.е. являться следствием или дополнением к высоко ценимым завоеваниям последних лет – стабильности и порядку, социально-экономическому благополучию.

Фактически речь идет об управляемой сверху либерализации политической жизни страны, сопутствующей демократическому процессу, что способствует переплетению задач модернизации элит и демократизации общества. Причем следует отметить позитивные сдвиги за последнее время: если несколько лет назад в России стояла проблема создания спроса на демократию, то теперь можно говорить о расширении такого спроса. Демократический выбор становится все более востребованным как различными политическими силами, так и в общественном дискурсе и, что важно для нашей страны, среди политической элиты.

«Демократия распространится в мире настолько, насколько те, кто пользуется властью во всем мире и в отдельных странах, захотят ее распространить» [7, 339] - утверждает С.Хантингтон, несмотря на подробно исследуемые им другие условия демократизации. Дж.Мюллер полностью поддерживает своего американского коллегу, называя убеждение политических лидеров в продвижении демократии единственным условием для демократизации [8, 179]. К такому мнению привели ученых примеры успешной демократизации в экономически бедных, социально отсталых, исламских и других государствах. Продолжая данную точку зрения, учитывая персоналистские тенденции в российской политике, с высокой долей вероятности можно предположить, что судьба демократии находится в руках российских политических лидеров, в их желании и способности демократизировать страну.

Инновации не могут распространяться в несвободном обществе. Приоритет ценностей человеческого достоинства, свободы и права уже декларируется политическим руководством. Однако практика современного государственного строительства свидетельствует о том, что граждане не только не дорожат свободой, но и зачастую не умеют ею распорядиться, вследствие чего повсеместно наблюдается засилье бюрократического аппарата, препятствующего проведению демократических реформ. Чрезмерное развитие административной системы неизбежно грозит существованию свободы, потому что административные учреждения занимают или пытаются занять позицию монополий в своей области и являются препятствием любой попытке частной инициативы.

Прорыв в свободное общество России дается с большим трудом. Аналогичные проблемы стояли перед российским государством в XIX и в начале XX вв., когда самодержавие препятствовало проведению прогрессивных преобразований в стране. Даровав народу гражданскую свободу, император не подкрепил этот шаг свободой политической, в связи с чем Б.Н.Чичерин выразил уверенность в том, что «раньше или позднее это совершится» [9, 166],  так как «государство, в котором задерживается общественная самодеятельность, не в состоянии тягаться со свободными странами [10, 7].

Общинный характер жизненного устройства в значительной степени повлиял на развитие России. Он явился препятствием на пути развития личности, так как ограничивал свободу человека, а в целом – общественно-политическое развитие государства.

Свобода очень опасный феномен для власти - свободный человек неудобен, он слишком самостоятелен, у него много потребностей, с ним приходится согласовывать свои действия или, наоборот, оправдываться за непродуманные решения. Свободы добиваются активные люди, она не дается человеку государством просто так, как подарок, ее нужно завоевать. За свободу боролись и умирали во все века человеческого существования.

Свобода не может быть абсолютной. И.Берлин предостерегает, что «абсолютная свобода для волков – это смерть для овец»[11, 18]. Поэтому свободу сильных необходимо ограничивать, чтобы предоставить каждому человеку возможность достойно существовать. Это требование является чрезвычайно актуальным для современной России, так его невыполнение привело к резкой дифференциации общества, появлению большого количества недостаточно обеспеченных людей. Бедный человек не может быть свободным. Он несвободен в выборе средств к существованию, чувствует себя ущемленным и неуверенным в решении вопросов, как личного, так и профессионального характера. «Пока каждый человек не может жить свободной от элементарной нужды и страха жизнью, - считает Р.Дарендорф - конституционные права остаются пустым обещанием…» [12, 58]. Российские либералы еще в XIX веке призывали власть во что бы то ни стало поднять благосостояние народа, связывая уровень жизни с обеспечением гражданской свободой.

В современном обществе потребность к свободе ведет к политической конкуренции на основе реального плюрализма, к проведению общественных дискуссий по всем значимым вопросам. Такие благоприятные условия может обеспечить только инновационно мыслящая политическая элита. В российских условиях для реализации объявленных инновационных проектов и преодоления сопротивления инертного бюрократического аппарата необходима политическая воля, сочетающаяся с наступательной позицией активной части общества по значимым и резонансным вопросам.

Российская власть стала фактором объединения общества, когда стали решаться вопросы социальной справедливости и усиления могущества страны. При этом ценности свободы и прав человека, по-прежнему, находятся на периферии общественного сознания и не являются объединяющим фактором. С точки зрения автора, их значимость повысится лишь в том случае, если они смогут вписаться в поддержанную обществом парадигму развития.

 Можно согласиться с выводами доклада ИНСОРА «Россия XXI века: образ желаемого завтра» в том, что «политически активные граждане должны получить возможность выбора путей для реализации своих устремлений», что позволит включить здоровые силы оппозиции в реализацию модернизационного проекта [13, 52]. Либерализация, начавшись в политике и распространившись на повседневные практики, откроет возможности свободной самореализации наиболее активных и продуктивных категорий граждан.

Для инновационного общества востребована постоянно изменяющаяся, совершенствующаяся, адаптирующаяся к объективной реальности, эффективно решающая новые проблемы современности демократия, которая возможна лишь в открытом обществе свободно мыслящих людей, объединенных общими стремлениями, направленными на повышение качества жизни.

В России является распространенной точка зрения относительно «национальных особенностей» демократии, которые обусловлены своеобразием политического, социального, культурного развития и других компонентов, определяющих уникальность и самобытность каждого общества. Не опровергая данный тезис, необходимо отметить, что при всех этих различиях демократизирующиеся страны объединяет следование фундаментальным принципам, которые и являются всеобщими и универсальными ценностями демократии, необходимыми для инновационного развития общества. Пренебрежение этими принципами свидетельствует о нежелании власти проводить политику демократизации, скрываясь за социокультурными особенностями страны. Усиление влияния силовых структур на политику, ограничения прав и свобод граждан под любым предлогом, использование административного ресурса в избирательном процессе, излишнее государственное вмешательство в деятельность независимых средств массовой информации не может иметь цивилизационных оправданий, а свидетельствует только об авторитарных устремлениях власти.

В качестве первоочередных задач политической модернизации, с точки зрения автора, в ближайшей перспективе является создание широкого общественного спроса на свободу, рекрутирование инновационной элиты, смена ресурсно-затратного тренда в экономике как препятствия для свободы, формирование новых потребностей и ценностей, которые станут основой для демократического развития общества.

 Библиографический список:

1. Пантин В.И., Лапкин В.В. Политическая модернизация России: циклы, особенности, закономерности. М., 2007.

2. Пантин И.К. Судьбы демократии в России. М., 2004.

3. Белл Д., Иноземцев В.Л.  Эпоха разобщенности: Размышления о мире XXI века. М., 2007.

4. Мигранян А. Путинские реформы государственного устройства // Российская политика: Курс лекций / Под ред. В.Никонова. М., 2006.

5. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации, 12 ноября 2009 г. [Электронный ресурс]: Официальный сайт Президента России. URL: http://www.kremlin.ru/transcripts/5979 (дата обращения: 22.06.2010).

6. Демократия: развитие российской модели / Под общ. ред. И.Ю.Юргенса. М., 2008.

7. Хантингтон С. Третья волна. Демократизация в конце ХХ века./ Пер. с англ. М., 2003.

8. Мюллер Дж. Капитализм, демократия и удобная бакалейная лавка Ральфа / Пер. с англ. М., 2006.

9. Чичерин Б.Н. Россия накануне двадцатого столетия. Берлин, 1900.

10. Чичерин Б.Н. Конституционный вопрос в России. СПб., 1906.

11. Берлин И. Философия свободы. Европа. М., 2001.

12. Дарендорф Р. После 1989: Мораль, революция и гражданское общество. Размышления о революции в Европе. М., 1998.

13. Россия XXI века: образ желаемого завтра. М., 2010.

К другим статьям

На первую страницу