© Н.А.Баранов

Тема 8. Международные соглашения в области нераспространения стратегических ядерных вооружений

1. Создание стратегических средств: противостояние СССР и США

После создания ядерного оружия особая роль стала отводиться созданию средств межконтинентальной дальности для доставки ядерных боезарядов на территорию противника. Несмотря на то, что Соединенные Штаты с 1949 г. не обладали монополией на ядерное оружие, Советский Союз был вынужден считаться с тем, что США были способны нанести стратегический ядерный удар по территории СССР. К середине 1950-х годов на вооружении США находились свыше 1200 бомбардировщиков, которые могли доставить на территорию Советского Союза около 2000 ядерных боезарядов. Отражение угрозы ядерного нападения требовало создания потенциала сдерживания, которое в свою очередь требовало разработки средств, способных нанести удар по территории Соединенных Штатов.

Первыми советскими носителями ядерного оружия, способными достичь территории США, стали созданные во второй половине 1950-х годов тяжелые бомбардировщики. В 1949-1951 гг. была разработана система дозаправки в воздухе, которая позволяла значительно увеличить радиус действия стоявших на вооружении бомбардировщиков Ту-4. Первыми советскими межконтинентальными бомбардировщиками стали самолеты 3М и Ту-95, работа над которыми была начата в 1951 г. Эти самолеты, которые начали поступать на вооружение Дальней авиации в 1956-1957 гг., до начала 60-х годов оставались единственными стратегическими носителями ядерного оружия, которыми обладал Советский Союз. Несмотря на это, масштабы их развертывания были ограниченными - к концу 1962 г. было развернуто около 100 Ту-95 и 60 3М, которые могли доставить на территорию США от 200 до 250 ядерных зарядов.

Относительно небольшой масштаб программы создания стратегических бомбардировщиков был обусловлен целым рядом факторов, наиболее существенным из которых стало успешное завершение работ по созданию межконтинентальной баллистической ракеты Р-7 (SS-6), разработка которой была начата в 1954 г. Первые летные испытания Р-7 были проведены в мае 1957 г., а 4 октября и 3 ноября 1957 г. ракета была использована для запусков первых искусственных спутников Земли. Первые космические пуски продемонстрировали лидерство Советского Союза в области создания баллистических ракет и привели к тому, что ракетной программе было придано исключительно большое значение. Советское руководство считало, что появление межконтинентальных баллистических ракет в значительной степени способно скомпенсировать преимущество в средствах доставки ядерного оружия, которым в конце 1950-х годов обладали Соединенные Штаты. В результате в начале 1960-х годов была проведена реорганизация Вооруженных сил и оборонной промышленности, которая была призвана обеспечить приоритетное развитие ракетных сил и ракетной техники.

В декабре 1959 г. был образован новый вид Вооруженных сил - Ракетные войска стратегического назначения, в состав которых вошли первые межконтинентальные ракеты Р-7.

Однако ракетные комплексы Р-7 оказались очень несовершенными и в 1961 г. было начато развертывание новой межконтинентальной ракеты Р-16 (SS-7), которая выгодно отличалась от Р-7 по степени боеготовности и эксплуатационным характеристикам. В то же время, эта ракета также не была в полной мере пригодна для масштабного развертывания, которое позволило бы Советскому Союзу обеспечить примерное равенство с США.

В 1962 г. Советский Союз с помощью баллистических ракет и бомбардировщиков мог доставить на территорию США не более 300 боезарядов. В составе же стратегических сил США в 1962 г. находились около 1300 бомбардировщиков, способных доставить на территорию СССР свыше 3000 боезарядов. Кроме этого, в состав стратегических сил США в 1962 г. входили 183 межконтинентальные ракеты Atlas и Titan, а также 144 ракеты на девяти подводных лодках Polaris. В октябре 1962 г. США начали развертывание новых твердотопливных ракет Minuteman, отличавшихся очень высокой боевой эффективностью.

Преимущество в области стратегических вооружений, которым обладали Соединенные Штаты в начале 1960-х годов, в полной мере проявилось в ходе Карибского кризиса в октябре 1962 г. Непосредственной причиной кризиса стало решение советского руководства о размещении на Кубе ракет средней дальности Р-12 (SS-4) и Р-14 (SS-5), которые, находясь на ее территории, могли угрожать значительной части территории США. После того, как развертывание ракет было обнаружено, Соединенные Штаты установили морскую блокаду Кубы и в ультимативной форме потребовали вывода советских ракет с острова. Советский Союз в итоге был вынужден уступить требованию США и обязался не развертывать ядерного оружия на Кубе. В качестве ответного шага США обязались не осуществлять вооруженного вторжения на Кубу и ликвидировать ракеты средней дальности, развернутые на территории Турции. События Карибского кризиса послужили дополнительным свидетельством того, что в условиях холодной войны обеспечение безопасности государства требует создания эффективных стратегических сил, сопоставимых по возможностям со стратегическими силами США.

Основными ракетными комплексами наземного базирования, сделавшими возможным достижение количественного паритета с США в 1960-х годах, стали комплексы с тяжелой ракетой Р-36 (SS-9) и легкой универсальной ракетой УР-100 (SS-11). Развертывание ракет, начатое в ноябре 1966 г., отличалось очень высокими темпами. К 1971 г. количество развернутых комплексов Р-36 было доведено до 260, а УР-100-до 990. Кроме этого, в 1968 г. была принята на вооружение первая советская твердотопливная межконтинентальная ракета РТ-2. Эта ракета была поставлена на боевое дежурство, однако масштабы ее развертывания были ограничены 60 пусковыми установками.

Наряду с усилиями по созданию и развертыванию наземных МБР второго поколения, в СССР шла работа над созданием подводного ракетоносца, который по боевой эффективности должен был соответствовать развертываемым в США подводным лодкам Polaris. Первые работы в этом направлении были начаты еще в 1958 г., а к 1962 г. был разработан и утвержден технический проект ракетоносца 667А (Yankee I), который предполагалось оснастить комплексом с 16 ракетами Р-27 (SS-N-6). Строительство первого ракетоносца 667А было начато в 1964 г., а в 1967 г. он вошел в состав флота. К концу 1969 г. было построено 12 таких ракетоносцев, которые начали нести боевое патрулирование у берегов США. Всего в ходе осуществления программы строительства подводных лодок 667А были построены 34 подводных крейсера.

Другой программой, которой советское руководство придавало большое значение, было создание систем противоракетной обороны, предназначенных для отражения стратегического ракетного удара. Работы в этом направлении начались во второй половине 1950-х годов, а в 1962 г. СССР приступил к строительству сооружений Московской системы ПРО. Кроме этого, прорабатывались различные варианты систем противоракетной обороны территории страны.

Наряду с созданием оборонительных систем, значительное внимание уделялось созданию средств, способных преодолевать противоракетную оборону. В рамках этой программы был создан орбитальный вариант ракеты Р-36, предназначенный для нанесения удара с незащищенного системой ПРО направления. Первые ракеты Р-36 в орбитальном варианте были поставлены на боевое дежурство в 1969 г. Кроме этого, в августе 1968 г. были начаты летные испытания варианта ракеты Р-36, оснащенного тремя боевыми блоками, не имевшими индивидуального наведения. Увеличение количества боевых блоков было призвано повысить вероятность преодоления рубежей противоракетной обороны.

В США к 1965 г. было закончено развертывание 800 ракет Minuteman I, в дополнение к которым в 1966 г. было начато развертывание 200 более точных ракет Minuteman II. Кроме этого, группировка наземных МБР США включала в себя 54 ракеты Atlas. В 1970 г. началась замена Minuteman I ракетами Minuteman III, которые были оснащены тремя боеблоками индивидуального наведения и обладали очень высокой точностью. Программа развертывания ракетоносцев Polaris, в ходе которой была построена 41 подводная лодка, была завершена в 1967 г. Планировалось, что в 1971 г. в состав флота войдет первый ракетоносец Poseidon, оснащенный 16 ракетами C-3, несущими по 10 боеблоков индивидуального наведения. В стратегической авиации США к концу 1960-х годов был полностью завершен переход на бомбардировщики B-52, количество которых составило 360. Кроме этого, планировалось использовать в стратегических целях бомбардировщики FB-111A, размещавшиеся на территории Европы. Также как и Советский Союз, США вели работу над созданием системы противоракетной обороны.

Наращивание количества стратегических наступательных вооружений, произошедшее в 1960-х годах, а также осознание возможного дестабилизирующего влияния, которое может оказать развертывание систем противоракетной обороны, заставили Соединенные Штаты и Советский Союз начать переговоры об ограничении наступательных и оборонительных вооружений. Эти переговоры, начатые в 1969 г., завершились в 1972 г. подписанием двух соглашений, известных как Договор ОСВ-1 и Договор по ПРО.

2. Ограничение вооружений: Договор ОСВ-1 и Договор по ПРО

Первые консультации о возможности начала переговоров об ограничении вооружений были начаты в 1967 г., а конкретная договоренность о начале переговоров была достигнута в июле 1968 г. После задержки, вызванной вводом советских войск в Чехословакию и президентскими выборами в США, переговоры были начаты в ноябре 1969 г. Первоначально предполагалось, что предметом переговоров станет всеобъемлющее соглашение, касающееся как наступательных так и оборонительных вооружений. Однако в процессе обсуждения наступательных вооружений Советский Союз последовательно настаивал на обязательном учете средств передового базирования США, расположенных в Европе. В итоге было решено, что соглашение о наступательных вооружениях не будет иметь всеобъемлющего характера и не будет включать ограничений на бомбардировщики. В то же время, стороны согласились заключить полномасштабное соглашение об ограничении оборонительных средств.

В основу соглашения об ограничении наступательных вооружений был положен принцип, в соответствии с которым ограничению подлежало количество пусковых установок баллистических ракет как наземного, так и морского базирования. Количество бомбардировщиков, а также количество боезарядов соглашением никак не ограничивалось. На ранних стадиях переговоров СССР и США обсуждали возможность запрета на оснащение баллистических ракет боеголовками индивидуального наведения, однако сторонам не удалось найти взаимоприемлемого решения этой проблемы.

Ставшие результатом переговоров документы - Договор об ограничении систем противоракетной обороны (Договор по ПРО) и Временное соглашение о некоторых мерах в области ограничения стратегических наступательных вооружений (Договор ОСВ-1) - были подписаны 26 мая 1972 г. и вступили в силу 3 октября 1972 г. Срок действия Договора ОСВ-1 составлял 5 лет, Договор по ПРО обладал неограниченным сроком действия.

Основным положением Договора ОСВ-1 стало обязательство СССР и США не начинать с 1 июля 1972 г. строительства новых стационарных пусковых установок баллистических ракет наземного базирования, а также не увеличивать количество подводных лодок и пусковых установок баллистических ракет морского базирования. Кроме этого, соглашение запрещало создание новых шахтных пусковых установок тяжелых ракет, а также переоборудование существующих ШПУ в пусковые установки тяжелых ракет. В результате установления этих ограничений была фактически заморожена структура группировок баллистических ракет наземного базирования. На момент подписания соглашения в СССР были построены или находились в процессе строительства 1416 шахтных пусковых установок, 308 из которых предназначались для размещения тяжелых ракет Р-36 (SS-9) и Р-36М (SS-18 Mod 1). Кроме этого, к числу тяжелых ракет относились 18 орбитальных ракет Р-36, развернутых на полигоне Байконур.

Установленные ОСВ-1 ограничения на количество подводных ракетоносцев относились только к подводным лодкам построенным после 1964 г. и, таким образом, не касались советских подводных лодок проектов 629 (Golf), 658 (Hotel) и 701 (Hotel III). Поскольку Договор разрешал завершение строительства подводных лодок и шахтных пусковых установок, начатого к моменту его заключения, определение строящейся подводной лодки было сформулировано таким образом, чтобы дать СССР возможность построить 62 "современных" подводных ракетоносца, на которых могло быть развернуто не более 740 ракет. В дополнение к этому СССР мог дополнительно развернуть 210 баллистических ракет морского базирования за счет уничтожения такого же количества наземных пусковых установок ракет Р-16У и Р-9А. Это положение давало СССР возможность иметь до 950 ракет морского базирования. В целом, Договор ОСВ-1 никак не ограничивал советскую программу создания стратегических ракетоносцев.

Основное положение Договора об ограничении систем противоракетной обороны заключается в запрете создания противоракетной обороны территории страны или района и запрете на создание базы для такого развертывания. В качестве исключения Договор по ПРО разрешал развертывание двух противоракетных систем, одна из которых предназначена для обороны столицы, а другая - для обороны позиционного района баллистических ракет. Основным ограничением, накладываемым на эти системы, стало ограничение количества перехватчиков. В составе каждой из двух систем ПРО разрешалось иметь не более 100 противоракет и их пусковых установок. Кроме этого, определенные ограничения накладывались на количество и места размещения радиолокационных станций системы ПРО, а также на места размещения РЛС системы предупреждения о ракетном нападении. В 1974 г., СССР и США подписали протокол к Договору по ПРО, который сократил количество разрешенных к развертыванию систем с двух до одной.

3. Договор ОСВ-2

После подписания Договора ОСВ-1 Советский Союз и США продолжили переговоры о дальнейшем ограничении стратегических вооружений. Однако достижение договоренности о содержании следующего этапа контроля над вооружениями оказалось гораздо более сложной задачей. Поскольку новое соглашение, в отличие от ОСВ-1, должно было носить всеобъемлющий характер, Советский Союз настаивал на обязательном учете американских средств передового базирования в балансе стратегических сил. Усилия США в основном были направлены на установление ограничений на количество и возможности советских ракетных комплексов наземного базирования, в частности тяжелых ракет и ракет, оснащенных РГЧ ИН. Проблема тяжелых ракет стала более острой после того, как в 1973 г. СССР провел первые испытания разделяющихся головных частей с боеблоками индивидуального наведения.

Значительное преимущество в суммарном забрасываемом весе ракет, которым обладал Советский Союз, в сочетании с установленным в ОСВ-1 запретом на развертывание новых ракет означало, что СССР мог значительно превзойти США в количестве развернутых боезарядов.

Первой договоренностью достигнутой после 1972 г. стало так называемое Владивостокское соглашение, основные положения которого были согласованы во время встречи в верхах во Владивостоке в ноябре 1974 г. В соответствии с этим соглашением СССР и США обязались ограничить количество стратегических носителей 2400 единицами, из которых только 1320 могли быть оснащены головными частями с боеблоками индивидуального наведения.

При заключении Владивостокского соглашения Советский Союз пошел на значительные уступки. Основной уступкой стало снятие требования о включении в будущий договор средств передового базирования США. Кроме этого, СССР согласился на установление одинаковых ограничений для обеих сторон, отказавшись от требования о равенстве возможностей стратегических сил. Соединенные Штаты, в свою очередь, пошли на включение в договор тяжелых бомбардировщиков и отказались от попыток сократить количество советских тяжелых ракет.

Переговоры об ограничении стратегических вооружений, приведшие к заключению Договора ОСВ-2, продолжались до 1979 г. Как и на ранних стадиях переговоров, основные усилия США были направлены на ограничение количества боезарядов на советских межконтинентальных ракетах наземного базирования. Советский Союз в свою очередь настаивал на установлении ограничений на развертывание крылатых ракет воздушного базирования, а также пытался добиться запрета на развертывание крылатых ракет морского и наземного базирования. Кроме этого, оставалась нерешенной проблема стратегических возможностей бомбардировщика Ту-22М, а также ряд проблем связанных с проверкой выполнения Договора.

Поскольку новое соглашение не было подготовлено к моменту истечения срока действия Договора ОСВ-1, в октябре 1977 г. СССР и США объявили, что будут продолжать соблюдать предусмотренные ОСВ-1 ограничения. Содержание Договора ОСВ-2 было в основном согласовано к концу 1978 г. и 18 июня 1979 г. в ходе встречи в верхах в Вене этот документ был подписан.

Договор ОСВ-2 основывался на согласованных во Владивостокском соглашении ограничениях, к которым был добавлен ряд дополнительных ограничений. Кроме этого, ОСВ-2 предусматривал некоторое сокращение количества стратегических носителей, которое должно было быть проведено в течение двух лет, а также ряд ограничений на количество боеблоков, которыми могли оснащаться носители, и ограничения на модернизацию стратегических систем. Предусматривалось, что Договор будет находиться в силе до 31 декабря 1985 г. Сопровождавший Договор протокол, срок действия которого был ограничен тремя годами, устанавливал ограничения на развертывание мобильных ракет и крылатых ракет морского и наземного базирования.

Основным положением Договора ОСВ-2 стало ограничение количества стратегических носителей на уровне 2400 единиц. Кроме этого, стороны обязались к 1 января 1981 г. сократить количество носителей до 2150. Из общего количества стратегических систем только 1320 носителей могли быть оснащены головными частями с боеблоками индивидуального наведения. В число 1320 носителей с РГЧ ИН включались как ракеты наземного и морского базирования, так и тяжелые бомбардировщики, оснащенные крылатыми ракетами большой дальности. Без учета бомбардировщиков количество оснащенных РГЧ ИН носителей не должно было превышать 1200 единиц. Кроме этого, отдельное ограничение было установлено на оснащенные РГЧ ИН баллистические ракеты наземного базирования, количество которых не могло превышать 820.

В целях ограничения общего количества боезарядов, Договор ОСВ-2 устанавливал пределы на оснащение ракет боевыми блоками индивидуального наведения. В частности, запрещалось увеличивать количество боеблоков на баллистических ракетах наземного базирования, а также оснащать ракеты морского базирования более чем 14 боевыми блоками. Тяжелые бомбардировщики существующих типов не должны были оснащаться более чем 20 крылатыми ракетами, а с учетом новых бомбардировщиков среднее количество крылатых ракет, приходящихся на бомбардировщик, не должно было превышать 28. Таким образом, в отличие от ОСВ-1, в новом Договоре устанавливались определенные ограничения на количество боезарядов, которые могли быть развернуты на стратегических носителях.

В целом, Договор ОСВ-2, хотя и ставил определенные рамки для количественного наращивания стратегических сил, не мог в полной мере решить проблему качественного совершенствования вооружений. К моменту подписания Договора как США, так и СССР в основном закончили процесс перехода к системам, оснащенным РГЧ ИН. Кроме этого, в процессе переговоров обе стороны сделали все возможное для того, чтобы сохранить существовавшие у них на тот момент программы модернизации стратегических сил. В то же время, Договор ОСВ-2 позволил сделать дальнейшее развитие наступательных вооружений более стабильным и предсказуемым процессом, что с учетом заметно осложнившихся в конце 1970-х годов советско-американских отношений стало очень большим достижением.

Существенное ухудшение советско-американских отношений не позволило довести процесс ОСВ-2 до вступления Договора в силу. После ввода советских войск в Афганистан в декабре 1979 г. администрация США отозвала Договор из сената, который рассматривал вопрос о его ратификации. Тем не менее, поскольку стороны не заявили о намерении отказаться от ратификации Договора, США и СССР продолжали в целом соблюдать его положения. Исключениями стали отказ Советского Союза от сокращения общего количества носителей до 2400, разрешенных Договором, а также объявление ракеты "Тополь" модернизацией ракеты РТ-2П. Соединенные Штаты впоследствии также нарушили положения Договора ОСВ-2. В 1986 г., в ходе реализации программы развертывания оснащенных крылатыми ракетами бомбардировщиков, США превысили установленный в Договоре предел на количество носителей с РГЧ ИН.

4. Начало разоружения: Договор СНВ-1

Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений (Договор СНВ-1) был подписан 31 июля 1991 г. Основными положениями Договора СНВ-1 являются сокращение количества стратегических носителей до уровня 1600 единиц и количества боезарядов, размещенных на этих носителях, до 6000 единиц. В дополнение к общим ограничениям на количество боезарядов в Договоре СНВ-1 установлены ограничения на боезаряды, числящиеся за баллистическими ракетами наземного и морского базирования, количество которых не должно превышать 4900 единиц, а также за мобильными ракетами наземного базирования, на которых должно быть развернуто не более 1100 боезарядов. Количество тяжелых ракет должно быть сокращено вдвое, так что их число не должно превышать 154 единицы. Кроме этого, Договором ограничивается суммарный забрасываемый вес баллистических ракет, который не должен превышать 3600 тонн.

На момент подписания Договора в составе стратегических сил СССР находились 1398 баллистических ракет наземного базирования, 940 баллистических ракет морского базирования, размещенных на 62 подводных лодках, а также 162 стратегических бомбардировщика, из которых 99 были оснащены крылатыми ракетами. Всего за 2500 носителями, в соответствии с правилами засчета Договора СНВ-1, числился 10271 боезаряд.

США на момент подписания Договора располагали 2246 носителями, за которыми числилось 10563 боезаряда. В число носителей США входили 1000 баллистических ракет наземного базирования, 672 ракеты морского базирования и 574 бомбардировщика, из которых 189 были оснащены крылатыми ракетами. Суммарный забрасываемый вес МБР и БРПЛ у СССР составлял 6626.3 т, у США - 2361.3 т.

Вскоре после подписания Договора СНВ-1 Соединенные Штаты и СССР в одностороннем порядке осуществили ряд мер по снижению боеготовности своих ядерных сил. Эти меры, о которых было объявлено в конце сентября - начале октября 1991 г., были в первую очередь призваны снизить вероятность несанкционированного использования ядерного оружия. В число мер вошли снятие с боевого дежурства всех ракет старых типов, которые должны были быть ликвидированы в соответствии с Договором СНВ-1, и снижение уровня боеготовности стратегических бомбардировщиков. Наиболее важным шагом стало снятие с кораблей и подводных лодок всех крылатых ракет, а также других нестратегических ядерных систем. Часть ядерных крылатых ракет морского базирования подлежала уничтожению, а часть была направлена в хранилища. Кроме этого, уничтожению подлежали все тактические ядерные заряды находившиеся на вооружении сухопутных войск. Советский Союз обязался остановить развертывание ракетных комплексов железнодорожного базирования, а развернутые железнодорожные комплексы были ограничены в передвижениях и размещены в пунктах базирования.

5. Договор СНВ-2

Работа над договором, который бы предусматривал более глубокие, чем СНВ-1, сокращения стратегических сил, была начата практически сразу после распада Советского Союза. Соглашение, зафиксировавшее основные положения будущего договора, который стал известным как СНВ-2, было достигнуто уже в июне 1992 г. Основными положениями этого соглашения стали сокращение суммарного количества боезарядов до уровня в 3000-3500 единиц, а также ликвидация всех ракет наземного базирования, оснащенных боевыми блоками индивидуального наведения, в том числе всех тяжелых ракет. Кроме этого, в июне 1992 г. СССР и США договорились об изменении правил заcчета боезарядов, числящихся за стратегическими бомбардировщиками.

Подписание Договора СНВ-2 состоялось 3 января 1993 г. Столь быстрое заключение соглашения стало возможным в основном благодаря тому, что Договор СНВ-2 в значительной мере опирался на процедуры и положения согласованные при заключении СНВ-1. Новый Договор фактически лишь устанавливал новые количественные ограничения и некоторые новые процедуры.

Основным положением Договора СНВ-2 стало обязательство России и США осуществить сокращения количества боезарядов на стратегических носителях до уровня в 3000-3500 единиц. При этом на баллистических ракетах морского базирования не может быть размещено более 1750 боезарядов. Другим ключевым положением Договора является требование ликвидации всех баллистических ракет наземного базирования, оснащенных более чем одним боеблоком и всех тяжелых ракет. Пусковые установки ракет с РГЧ ИН должны быть либо ликвидированы, либо переоборудованы в пусковые установки моноблочных ракет. Все пусковые установки тяжелых ракет, а также сами ракеты подлежат уничтожению в соответствии с предусмотренной Договором процедурой. Исключение сделано для 90 пусковых установок, которые могут быть переоборудованы для размещения моноблочных ракет при условии соблюдения специальной процедуры.

В целом, при заключении Договора СНВ-2 Россия сделала ряд уступок, которые впоследствии существенно затруднили его ратификацию. Договор находился на рассмотрении Федерального Собрания с 20 июня 1995 г., и его ратификация состоялась лишь в апреле 2000 г., более чем через четыре года после одобрения Конгрессом США. Однако, тем не менее, Договор так и не вступил в силу, поскольку Россия увязала его ратификацию с одобрением нью-йоркских протоколов к СНВ-2 и Договору ПРО, подписанными в 1997 г. Последние, а особенно Заявления к Договору ПРО, встретили жесткую оппозицию в американском Конгрессе. А когда к власти в США в 2001 г. пришла администрация Буша вопрос отпал сам собой, поскольку новое руководство США взяло твердый курс на развертывание масштабной системы противоракетной обороны территории США и отказ от Договора ПРО.

 

Таблица 1 Состав СЯС России (СССР)

  Сентябрь 1990 г. Январь 1997 г. Январь 2002 г.
Компонент триады Носители Ядерные заряды Носители Ядерные заряды Носители Ядерные заряды
МБР 1398 6612 762 3700 726 3150
БРПЛ 940 2804 664 2496 332 1744
ТБ 162 855 79 562 78 624
Всего 2500 10271 1505 6758 1136 5518

6. Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО)

Договор о нераспространении ядерного оружия - многосторонний международный акт, разработанный Комитетом по разоружению ООН с целью поставить прочную преграду на пути расширения круга стран, обладающих ядерным оружием, обеспечить необходимый международный контроль за выполнением государствами взятых на себя по Договору обязательств с тем, чтобы ограничить возможность возникновения вооружённого конфликта с применением такого оружия; создать широкие возможности для мирного использования атомной энергии.

Одобрен Генеральной Ассамблеей ООН 12 июня 1968 и открыт для подписания 1 июля 1968 в Москве, Вашингтоне и Лондоне. Ратифицирован СССР 24 ноября 1969 (Российская Федерация - правопреемник СССР по выполнению Договора). Вступил в силу 5 марта 1970 после сдачи на хранение ратификационных грамот государствами-депозитариями (СССР, США и Великобритания подписали в 1968), а также 40 другими странами.

Франция и КНР подписали Договор в 1992. 11 мая 1995 свыше 170 стран-участниц договорились продлить действие Договора на неопределённый срок без каких-либо дополнительных условий.

Участниками договора являются почти все независимые государства мира. Не являются участниками договора Израиль, Индия, Пакистан и КНДР.

Договор устанавливает, что государством, обладающим ядерным оружием, считается то, которое произвело и взорвало такое оружие или устройство до 1 января 1967 (то есть СССР, США, Великобритания, Франция, Китай).

По Договору, каждое из государств — участников Договора, обладающих ядерным оружием, обязуется:

Ø      не передавать кому бы то ни было это оружие или другие ядерные устройства, а также контроль над ними ни прямо, ни косвенно;

Ø      равно как и никоим образом не помогать, не поощрять и не побуждать какое-либо государство, не обладающее ядерным оружием, к производству или приобретению каким-либо иным способом ядерного оружия или других ядерных взрывных устройств, а также контроля над ними.

Каждое из государств — участников Договора, не обладающих ядерным оружием, обязуется:

Ø      не принимать передачи от кого бы то ни было ядерного и/или других ядерных взрывных устройств, а также контроля над ними ни прямо, ни косвенно;

Ø      равно как и не производить и не приобретать каким-либо иным способом ядерного оружия или других ядерных взрывных устройств и не принимать какой-либо помощи в их производстве.

Договор закрепляет неотъемлемое право всех государств-участников развивать исследования, производство и использование ядерной энергии в мирных целях без дискриминации и в соответствии с Договором. Договор обязывает его участников обмениваться в этих целях оборудованием, материалами, научной и технической информацией, содействовать получению благ неядерными государствами от любого мирного применения ядерных взрывов.

Важным дополнением к договору являются резолюция Совета Безопасности ООН от 19 июня 1968 и идентичные заявления трёх ядерных держав — СССР, США и Великобритании по вопросу о гарантиях безопасности неядерных государств — участников договора. В резолюции предусматривается, что в случае ядерного нападения на неядерное государство или угрозы такого нападения Совет Безопасности и прежде всего его постоянные члены, располагающие ядерным оружием, должны будут немедленно действовать в соответствии с Уставом ООН для отражения агрессии; в ней подтверждается также право государств на индивидуальную и коллективную самооборону в соответствии со статьёй 51 Устава ООН до тех пор, пока Совет Безопасности не примет необходимых мер для поддержания международного мира и безопасности. В заявлениях, с которыми каждая из трёх держав выступила при принятии этой резолюции, указывается, что любое государство, совершившее агрессию с применением ядерного оружия или угрожающее такой агрессией, должно знать, что его действия будут эффективным образом отражены при помощи мер, принятых в соответствии с Уставом ООН; в них провозглашается также намерение СССР, США и Великобритании оказать помощь тому неядерному участнику договора, который подвергнется ядерному нападению.

Контроль за нераспространением ядерного оружия осуществляется с помощью Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), с которым каждый участник Договора, не обладающий ядерным оружием, обязан заключить соответствующее соглашение.

Пять государств, обладающих ядерным оружием, приняли на себя обязательства не применять его против государств, не располагающих таким оружием, за исключением ситуации, когда они отвечают на ядерный удар или на нападение с применением обычных средств, совершённое в союзе с ядерным государством. Эти обязательства, однако, не были включены в текст самого Договора, и конкретная форма таких обязательств могла со временем изменяться.

В статье VI и преамбуле Договора указывается, что ядерные государства будут стремиться к сокращению и уничтожению своих ядерных запасов. Тем не менее, за более чем 30 лет существования Договора мало что было сделано в этом направлении. В статье I ядерные государства обязуются не «побуждать какое-либо государство, не обладающее ядерным оружием, … приобретать ядерное оружие» — однако принятие ядерным государством военной доктрины, основывающейся на возможности нанесения упреждающего удара, равно как и иные угрозы применения вооружённой силы, можно в принципе рассматривать как такого рода побуждение. В статье X говорится, что любое государство вправе выйти из Договора, если оно сочтёт, что вынуждено сделать это ввиду какого-либо «чрезвычайного события» — например, ввиду предполагаемой угрозы.

Три государства — Индия, Пакистан и Израиль — отказались подписать Договор. Эти государства утверждают, что Договором создан своего рода избранный клуб ядерных государств, куда остальные не допускаются — однако в Договоре не содержится этического обоснования законности такого разделения. Индия и Пакистан обладают ядерным оружием, что запрещено Договором. Израиль занимается ядерными разработками в ядерном центре в городке Димона (пустыня Негев). Официальный Израиль отказывается подтвердить или опровергнуть утверждения о своих ядерных разработках.

В ЮАР была осуществлена программа создания ядерного оружия — предположительно, при содействии Израиля, и возможно, был произведён испытательный ядерный взрыв над Атлантикой, однако впоследствии ядерная программа была закрыта и ЮАР подписала ДНЯО в начале 1990-х, предварительно уничтожив свой небольшой ядерный арсенал. Индия и Пакистан объявили об обладании ядерным оружием и провели его испытания.

КНДР ратифицировала Договор, но отозвала свою подпись после конфликта с МАГАТЭ.

Иран также подписал Договор, но с 2004 он находится под подозрением в нарушении Договора и разработке ядерного оружия. МАГАТЭ не может доказать причастность Ирана к разработкам ядерного оружия.

Основной проблемой с точки зрения контроля за соблюдением ДНЯО является то, что один и тот же процесс — обогащение урана — может быть использован как для получения ядерного топлива для АЭС, так и в создании ядерной бомбы. Выработка ядерных материалов для бомбы может осуществляться тайно, под видом производства ядерного топлива (в чём подозревают Иран) — или, как в ситуации с Северной Кореей, государство-участник ДНЯО может просто выйти из Договора. Другими словами, наличие или отсутствие политической воли — это всё, что может помешать любому государству, развивающему ядерную энергетику, создать собственную ядерную бомбу. Однако создание ядерной бомбы представляет собой значительно более сложный процесс, чем обогащение урана в мирных целях. Для запуска процесса на АЭС урановая руда должна быть обогащена до 4-5% содержания чистого урана, для атомного реактора на АПЛ - 20%, для бомбы - 75%.

Мохаммед аль-Барадеи, руководитель МАГАТЭ, считает, что в наше время ядерную бомбу могли бы создать не менее 40 государств — было бы желание. В мире существует настоящий «чёрный рынок» ядерных материалов, всё новые и новые страны предпринимают попытки приобрести технологии производства материалов, пригодных для использования в ядерном оружии. Налицо также явно выраженное желание террористов заполучить оружие массового уничтожения. Всё это, по мнению аль-Барадеи, радикально изменило общую ситуацию в области ядерной безопасности.

Каждые пять лет проводятся конференции по рассмотрению действия ДНЯО. Последняя такая конференция прошла в мае 2010 г.

На этой конференции аль-Барадеи представил предложения по укреплению режима нераспространения:

Ø      отказ от строительства новых установок по обогащению урана и выделению плутония на ближайшие пять лет;

Ø      перевод всех исследовательских реакторов, работающих на высокообогащенном уране, на использование низкообогащенного урана;

Ø      ужесточение требований по проведению инспекций МАГАТЭ;

Ø      ужесточение действий Совета Безопасности ООН в отношении любой страны, которая выходит из ДНЯО;

Ø      ужесточение расследований и судебных преследований любой незаконной торговли ядерными материалами и технологиями;

Ø      ускорение ядерного разоружения государств - участников ДНЯО, обладающих ядерным оружием;

Ø      принятие мер, направленных на устранение существующего дефицита безопасности в регионах, подобных Ближнему Востоку и Корейскому полуострову.

7. Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ)

Вопрос о запрете на проведение ядерных испытаний находится в международной повестке дня более 50 лет. При этом движение к Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ, одобрен спецсессией ГА ООН 10 сентября 1996 г. и открыт к подписанию 24 сентября того же года) осуществлялось поэтапно.

В 1963 г. СССР, США и Великобритания подписали договор о запрещении испытаний в трех средах.

В 1974 г. последовала советско-американская договоренность об ограничении подземных испытаний 150 кт, а в 1976 г. указанный потолок был распространен на ядерные взрывы в мирных целях.

Примечательно, что первой страной, подписавшей ДВЗЯИ, были США, однако его ратификации до сих пор не последовало. Вместе с тем, продолжает действовать введенный президентом Дж.Бушем в 1992г. добровольный мораторий на ядерные испытания.

На январь 2010 г. Договор подписали 182 государства, а 151 (включая Россию, Великобританию, Францию и всех союзников США по НАТО) ратифицировали его.

Тем не менее, Договор до сих пор не вступил в силу, поскольку из 44 стран, чья ратификация ДВЗЯИ является необходимым условием его задействования, Индия, Пакистан и КНДР не подписали документ, а КНР, Египет, Индонезия, Иран, Израиль и США не ратифицировали.

Если основным стимулом авторов договора 1963 г. было требование мирового сообщества предотвратить вредные для здоровья человека радиоактивные выбросы, то разработчики ДВЗЯИ на Женевской конференции по разоружению исходили из необходимости укрепления режима ядерного нераспространения путем запрета на любые ядерные взрывы, как неотъемлемого элемента процесса создания ядерного оружия.

ДВЗЯИ до сих пор не ратифицирован Сенатом США. В апреле 2010 г. спецпомощник вице-президента США Дж. Вольфстол заявил, что несмотря на оптимистические оценки перспектив ратификации ДВЗЯИ администрация пока не может сказать, в какие сроки это произойдет. По его словам, предстоит серьезная работа с законодателями: «Надо будет убедить их, что в течение последних 15 лет мы сумели поддерживать надлежащую боеготовность ядерного арсенала, а также были в состоянии обнаруживать ядерные испытания других стран. Следует также иметь в виду, что высшим приоритетом для США сейчас является ратификация нового договора по СНВ».

Как представляется, изложенные соображения являются достаточно реалистичным отражением ситуации вокруг ратификации ДВЗЯИ Соединенными Штатами. Судя по всему, вопрос ратификации Договора будет переведен в практическую плоскость после ноябрьских частичных перевыборов в Сенат, то есть не ранее начала 2011 года. Администрации же пока придется сконцентрироваться на продвижении соглашения СНВ-3 и договора с Россией о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, направленного Б.Обамой в Конгресс в середине мая.

Договор состоит из преамбулы, 17 статей, двух Приложений и Протокола. В соответствии со Статьей I Договора:

1.      Каждое государство-участник обязуется не производить любой испытательный взрыв ядерного оружия и любой другой ядерный взрыв, а также запретить и предотвращать любой такой ядерный взрыв в любом месте, находящемся под его юрисдикцией или контролем.

2.      Каждое государство-участник обязуется далее воздерживаться от побуждения, поощрения или какого-либо участия в проведении любого испытательного взрыва ядерного оружия и любого другого ядерного взрыва.

Статья II учреждает Организацию по ДВЗЯИ для достижения целей Договора и осуществления его положений, включая положения по международному контролю за его соблюдением.

Статья III предписывает осуществление национальных мер для реализации положений Договора.

Статья IV определяет режим контроля Договора, включая международную систему мониторинга, консультации и разъяснения, инспекцию на месте, меры по укреплению доверия.

Статья VI определяет процедуру урегулирования споров.

Статья ХIV определяет порядок вступления в силу Договора.

Протокол к Договору регламентирует средства контроля за выполнением Договора.

Участие в Договоре ядерных государств

РФ США Великобритания Франция КНР
24.09.96
30.06.00
24.09.96
-
24.09.96
06.04.98
24.09.96
06.04.98
24.09.96

В современных условиях растущие возможности КНДР и Ирана в области баллистических ракет вызывают растущее беспокойство. Обе страны обладают ракетами средней и меньшей дальности и продемонстрировали, в той или иной мере, наличие технологии межконтинентальных баллистических ракет. КНДР подозревается в обладании ядерным оружием, Иран имеет определенные проблемы с МАГАТЭ и подозревается в намерении приобрести ядерное оружие.

Наиболее вероятной причиной причиной обладания ядерным оружием данными государствами - желание получить средство сдерживания США от применения силы. В нынешнем мире сложилась ситуация, когда только наличие ядерного оружия и средств его доставки является гарантией от внешнего вмешательства. Примеры Югославии и Ирака с одной стороны, и КНДР – с другой являются наглядными тому иллюстрациями.

Для защиты от этих угроз США строят глобальную систему противоракетной обороны: развернули два позиционных района ПРО – на Аляске и в Калифорнии, планируется развертывание третьего позиционного района ПРО. В нынешнем состоянии система ПРО строится для защиты от одиночных пусков. Однако строится она как открытая система, предполагающая ее дальнейшее качественное и количественное совершенствование, интегрирование с информационными средствами наземного, морского, воздушного и космического базирования и системами боевого управления. В будущем такая система может оказаться способной полностью нейтрализовать потенциал ответного удара, особенно после дальнейших сокращений наступательных ядерных вооружений.

Российских военных беспокоят американские планы развертывания глобальной ПРО. Это беспокойство основано как на известных возможностях уже имеющихся и планируемых для размещения средств ПРО США, так и на перспективах их дальнейшего развития и наращивания.

Отметим, что замена Соединенными Штатами принятых предыдущей администрацией планов по развертыванию элементов ПРО в Польше и Чехии сняла остроту восприятия российской стороной этих проектов, и на время приглушило кризис в отношениях России и США по этому вопросу.

Естественно, что односторонние действия США по созданию такой системы ПРО, а также по развитию высокоточного оружия отнюдь не способствуют поддержанию стратегической стабильности вообще и сокращению ядерных вооружений России в частности. Поэтому российская сторона настояла на включении положения о взаимосвязи стратегических наступательных и стратегических оборонительных вооружений в текст нового договора СНВ-3.