Лекция 2. Демократические традиции Средневековья

  1. Особенности развития демократических форм в Средневековье

В раннее средневековье (конец V - середина XI в.) сильнее всего чувствовались традиции Римской империи. Государства создаются по образу и подобию позднего Рима, то есть как империи, но получаются в силу многих причин (экономических, этнических, социокультурных) слабо интегрированными образованиями (например, империя Карла Великого). Другой, более адекватной формой государственных образований раннего средневековья стали этнически более однородные королевства, скрепленные к тому же единой христианской верой. Средневековые христианские королевства строились по принципу иерархической пирамиды, на вершине которой находился монарх.

Вторую ступень иерархии занимало ближайшее окружение монарха, его свита, двор. Среди окружения монарха выделялись люди, занимавшиеся политической и административной работой: канцлер, отвечавший за королевскую печать и клерки, служащие канцелярии канцлера; люди, отвечавшие за военную организацию: коннетабль (командующий) и маршалы; люди, отвечавшие за сбор налогов и хранение казны: казначей и камергеры; ответственные за дворцовое хозяйство: дворецкие, кладовщики, конюхи; за королевскую охоту: ловчие, псари, трубачи, лучники; за повседневный быт короля: постельничьи, дворецкие. При этом должностные лица при монархе сами были крупными землевладельцами и сами содержали свои дворы. Часто король поручал им ведение самых различных дел политического, административного, военного или судебного характера.

Третью ступень в раннесредневековой монархии занимали подчиненные королю, но достаточно самостоятельные графы, также имевшие свой двор,  свою свиту и осуществлявшие управление своими графствами. Далее шли рыцари со своим небольшими дворами и оруженосцами.

Нижнюю ступень, основание монархической пирамиды занимали крестьяне. В такой жесткой иерархической системе места для демократии было менее всего.

На среднее средневековье приходится расцвет феодальных обществ (середина XI XIV в.). В этот период в Европе сложилась политическая система сословно-представительной монархии, в которой власть короля сочеталась с институтами, представлявшими интересы сословий: дворянства, духовенства и горожан. Органы сословного представительства (парламент в Англии, генеральные штаты в Нидерландах и Франции, кортесы в Испании, стортинг в Швеции и др.) играли важную роль в вотировании налогов, обсуждении законов и важнейших государственных решений, развитии политической системы, расширении и углублении политического процесса в демократическом направлении.

Политические системы сословно-представительных монархий лишь создавали некоторые условия, небольшое поле демократии, на котором демократия могла реализовать, но не обязательно реализовывала лишь некоторые свои возможности. К тому же речь идет о сословной  демократии, в которой каждое сословие получало возможности для реализации своих интересов в соответствии с положением, занимаемым сословием в социальной пирамиде средневекового общества.

Тем не менее, в сложившихся неблагоприятных условиях народовластие вновь стало проявляться в различных формах, прежде всего, в Северной Европе. В Скандинавских странах (примерно в 600-1000 гг.) были распространены местные собрания, в которых принимали участие свободные граждане, принимавшие законы и даже избиравшие или утверждавшие короля. В другой части Европы – в Альпах, на территории современной Швейцарии с 800 г. существовали особые отношения, которые привели к созданию Ретийской республики, а впоследствии  - Швейцарской конфедерации.

В средневековой демократии стали появляться политические институты, которые впоследствии привели к созданию системы, сочетающей в себе де­мократию на местном уровне со всенародно избранным парламен­том на высшем уровне. Такими основополагающими политическими институтами предстояло стать национальным парламентам, состоящим из выборных представителей, и всенародно избранным местным правительствам (или в современной интерпретации – органам местного самоуправления), подчиненных национальному правительству.

Впервые подобное сочетание политических институтов возникло в Англии, Скандинавских странах, Нидерландах, Швейцарии и еще в нескольких регионах, располагавшихся к северу от Среди­земного моря. Суть политических изменений сводилась к тому, что сво­бодные граждане и знать начинают принимать непосредственное участие в местных собраниях. К ним добавляются региональные и национальные собрания представителей, часть которых или все должны быть избраны.

Викинги проводили свои собрания (по-норвежски собрание – тинг) обычно на открытом месте, огороженном поставленными стоймя большими камнями. Во время подобных собраний свободные викинги обсуждали, при­нимали или отвергали законы, а так­же избирали или утверждали короля, который был обязан покля­сться в том, что будет следовать законам, принятым на «тинге».

Однако, равенство, которым так гордились викинги, было прерогативой только свободных людей, которые, в свою очередь, были далеко не равны между собой в имущественном и социальном плане. Ниже свободных людей стояли рабы - ими станови­лись военнопленные или те, кто был захвачен во вре­мя набегов на соседние племена, а также купленные на невольничьих рынках. Выше стояла родовая аристократия, обладавшая богатством, прежде всего землей, и наследственным статусом. Эту пирамиду венчал король, чья власть была ограничена тем, что он получал ее не по наследству, а в результате выборов, а также давая обязатель­ства повиноваться законам и следуя необходимости завоевывать лояльность знати и поддержку свободных простолюдинов. Класс свободных людей, несмотря на ограничения в равенстве, состоящий из крестьян, мелких арендаторов, землевладельцев-фермеров, был достаточно многочислен, поэтому мог оказывать длительное демократическое влияние на политичес­кие институты и традиции.

В других краях Европы местные условия также порой благопри­ятствовали прямому участию народа во властных институтах. Так, например, высокогорные альпийские луга обеспечивали опреде­ленную степень защиты и независимости свободным людям, за­нимавшимся скотоводством.

В позднее средневековье (XIVXV вв.) политическая система сословно-представительной монархии эволюционировала двумя путями. В тех странах, где королевская власть смогла консолидироваться, найти себе опору в лице дворянства, государственной бюрократии в усилении и централизации государства сословно-представительные монархии трансформировались в абсолютные монархии

Политическая система абсолютных монархий (например, Франции, Испании, России) представляла собой иерархическую пирамиду, на вершине которой находился король (император, царь). Ниже вершины власть могла быть разделена на законосовещательную, исполнительную и судебную, но места для демократии здесь было немного, ведь все ветви этой власти, включая духовную, замыкались на монарха. Итак, в абсолютной монархии любая власть начиналась и находила свое завершение на вершине властной иерархии, то есть полностью и исключительно зависела от решения монарха.

Политические системы других стран (например, Англии, Голландии, Швеции) эволюционировали по пути парламентаризма, который предусматривал строгое распределение прерогатив парламента и короля, законодательной и исполнительной власти. При этом ведущей, определяющей властью становилась парламентская. Роль короля, все более подчеркивалась почетными, представительскими и символическими функциями. Система парламентской монархии имела максимальные возможности среди всех имперско-монархических политических систем для эволюции в демократию.

В целом же в Средние века в виду изложенных выше обстоятельств существовало очень мало возможностей для развития демократии. Особенно это касается построения цельной демократической системы в большом государстве. Определенные возможности сохранялись со времен античности по поддержанию некоторых демократических институтов: советов, коллегий, выборов императоров, других должностных лиц. Особенно все сказанное касается высшего уровня власти.

На низшем уровне возможностей для поддержания и выживания демократических институтов, норм и традиций было несколько более. Здесь не мешала строго определенная христианским вероучением обязательная иерархия оставлявшая право принятия решений одному и только одному монарху. Хотя и здесь демократические советы и коллегии играли, в основном, не самостоятельную роль, а существовали при должностном лице, которое также в традиции времени и менталитета единолично (предварительно посоветовавшись со «своей» коллегией) принимал все важные решения.

2. Средневековые итальянские республики

В городах Северной Италии (Венеции, Флоренции, Генуе и др.) около 1100 г. возникли города-республики, где в работе органов власти принимали участие сначала высшие слои общества - знать, а затем и представители средних слоев – так называемый «средний класс».

Своеобразным путем формировались политические системы итальянских городов-государств. Посредничество в торговле между Европой и Востоком (арабский мир, Индия, Китай), развитие мануфактур для производства тканей, одежды, обуви, оружия, предметов роскоши, судов для собственного потребления и на продажу за границу, совершенствование финансового дела (внедрение банков, ломбардов), кредитование знати и коронованных особ повышало социальный статус и усиливало политические позиции купцов и ремесленников, выходцев из простолюдинов – пополанов (popоlas – лат. народ), увеличивало их возможности в политической борьбе за демократизацию общества и политических институтов.

В XIIXIII вв. горожане боролись против сеньоров - владельцев территорий, на которых расположены города, за самоуправление городов, то есть превращение их в независимые коммуны. В этой борьбе горожане нашли себе союзников в лице прикрепленных к земле и также зависимых от грандов (наместников церкви, епископов) крестьян. К XIV столетию большинство городов в первую очередь Северной и Средней Италии получили самоуправление, а большинство крепостных крестьян – свободу, что способствовало их переселению в города и дальнейшему подъему промышленности и торговли. Именно этот процесс освобождения итальянских городов из-под власти сеньоров и личного освобождения крестьян многие исследователи считают наиболее важным фактором демократизации средневековых обществ и установления в них республиканских политических систем.

В течение XIII в. в процессе демократизации и борьбы за власть между горожанами и грандами изменялась и политическая система. Аристократическая коммуна (в данном случае не самоуправляющаяся община, а государство), в управлении которой участвовали исключительно гранды, постепенно заменяется пополанской коммуной, опирающейся на более широкую социальную базу и открывавшую путь в политику, пусть номинально, представителям всех социальных групп, кроме совсем неимущих.

Старой аристократической коммуной управлял первый консул, избираемый из представителей нобилитета. Исполнительную власть возглавлял приглашаемый из другого города подеста.

В пополанской коммуне консульское правление устраняется, а первым лицом становится подеста – платный чиновник, избираемый на год. Важную роль в управлении начинают играть пополанские цеха, которые постепенно приобретают характер не только профессиональных организаций, но и политических союзов. В таких республиках, как Генуя, Венеция, Пиза, Парма и др. большинство мест в совете коммуны теперь занимают представители цехов и кварталов.

Флорентийская республика.

Развитие Флоренции было детерминировано культом «прекрасного». Здесь творили великие Леонардо да Винчи и Микеланджело, а Николо Маккиавели написал свою книгу «Государь». Именно Флоренцией правили такие неординарные личнос­ти, как Лоренцо Великолепный и Цезарь Борджиа, а идея свободы и не­зависимости личности достигла наибольшего расцвета. Но устойчивой республики так и не получилось. Флоренции не удалось создать сложную и сбалансированную структуру власти и представительства интересов. Поэтому периоды народного правления сменялись здесь олигархия­ми и тираниями.

Во Флоренции, например, согласно пополанской конституции, принятой  в 1250 г., вместе с подестой избирался из флорентийских граждан капитан народа, обладавший значительной военной и административной властью. По конституции 1293 г. гранды изгонялись из городских магистратов. Они теперь могли участвовать в политической жизни только, если становились членами цехов. Политические права не имели и не получили не организованные в цехи бедняки. Зато преимущества с точки зрения политического управления получили разбогатевшие на торговле, ремесленничестве, финансовых операциях простолюдины или «жирные пополаны», объединенные в корпорации.

Главным политическим институтом флорентийской коммуны (и аристократической и пополанской) была синьория. При этом совет синьории играл роль законодательного собрания, а канцелярия синьорииисполнительного органа. Канцелярия синьории состояла из первой канцелярии (или просто канцелярии синьории) и второй канцелярии.

Во главе канцелярии синьории стоял секретарь или канцлер, который ведал внешнеполитическими делами.

Секретарь второй канцелярии ведал внутренними делами республики.

Еще один секретарь синьории находился при комиссии десяти, которая занималась военными делами.

Но в выборах этих вполне демократически устроенных органах власти участвовало только 5-6 тыс. граждан из 90-тысячного населения Флоренции XIV в.

Борьба между группировками сторонников императора Священной Римской империи – гвельфами и сторонников Папы – гибеллинами, а также между белыми и черными гвельфами, между грандами и пополанами, а также между жирными и тощими пополанами вела к трансформации политической системы. Однако эта трансформация, как и изменения, происходившие в обществе в целом, не носили однонаправленного характера демократизации. Безусловно, личная свобода горожан и право самоуправления их города направляли политический процесс в сторону демократии, но представители высших сословий и богатых горожан вовсе не собирались уступать всю власть городским низам. А когда возникала реальная угроза потери власти, городские верхи принимали самые решительные и наиболее действенные меры по ее удержанию вплоть до изменения самой демократической политической системы. Примерами могут служить события во Флоренции, связанные с восстаниями чомпи (чесальщиков шерсти) в XIV в., когда флорентийский патрициат и купечество привели к власти род разбогатевших банкиров Медичи. В 1434 г. флорентийская коммуна под руководством Медичи сначала была трансформирована в синьорию - «мягкую», просвещенную монархию Козимо Медичи (1434-1464), а затем в «жесткую», хотя и просвещенную тиранию (по образу древнегреческих тираний) внука Козимо – Лоренцо Великолепного (1469-1492).

Политическая система Флоренции выдержала несколько трансформаций: от синьории (монархии) - к аристократической коммуне (аристократии, с чертами умеренной демократии), затем – к пополанской коммуне (народной республике или радикальной демократии), затем – к теократии - правлению монаха Савонаролы, когда ведущими принципами не только личной, но и государственной жизни стали принципы христианской церкви, после этого – вновь к аристократической коммуне и, наконец, -  к синьории и тирании.

Венецианская республика.

Венецианская республика была го­раздо более устойчива. Здесь не было таких выдающихся личнос­тей, как во Флоренции, но зато были созданы сложные институты. Венеция не была демократичес­кой республикой, так как основная часть населения не имела формальных прав. Политические должности могли занимать только представители трехсот семей - патриции, входившие в состав Большого Совета. По численности полноправного населения Ве­неции была сопоставима с Афинской демократией времен Перикла. Кроме патрициев в Венеции еще была значительная часть граждан, имевших право занимать административные, но не по­литические посты.

В Венеции коммуна, то есть политическая система демократического типа, начала проявлять себя, трансформируя единоличную власть дожа (герцога) и вообще синьорию (монархическое государство) в государство, построенное на принципах демократии, с 1140 г. Становление политических институтов коммуны заняло несколько десятилетий. В результате сформировалась своеобразная демократическая политическая система, включившая и сеньориальные и республиканские политические институты.

В наследство от сеньориальной политической системы венецианской коммуне достался институт дожа. Коммуна не стала отменять этот важный институт, а преобразовала его статус из неограниченного верховного правителя в представителя коммуны (государства). Дож избирался пожизненно по очень сложной процедуре.

Дож сохранил свою канцелярию, глава которой - канцлер, отвечавший за подготовку для дожа проектов законов, других правовых актов, различных справок и докладов также стал важным лицом нового государства.

Другими важными институтами власти венецианской коммуны стали Большой и Малый советы.

Большой совет также избирался из представителей знати, активно участвовавших в общественных делах и состоял из тридцати человек.

Малый совет состоял из шести человек. В системе власти Большой совет находился выше Малого.

Среди средневековых венецианских управленческих структур ведущую роль играли:

  • совет сорока, фактически являвшийся уголовным и гражданским судом и органом, контролирующим другие советы и магистратуры; избирался Большим советом;
  • сенат, решавший внешнеполитические вопросы; Большой Совет избирал 60 сенаторов, которые кооптировали в со­став Сената еще 40 человек;
  • коллегия мудрецов (экспертов, аналитиков, разработчиков политики, оказывавших поддержку всем советам и комиссиям); состояла из членов сената;
  • совет десяти, созданный для охраны конституционного порядка коммуны; избирался Большим советом;
  • сеньориясовет, включавший дожа, всех членов малого совета и трех наиболее влиятельных судей - членов совета сорока.
  • синьория и коллегия составляли Полную коллегию.  

Помимо многочисленных Советов и магистратур в политическую систему Венеции входило множество гражданских ассоциацийпрофессиональных гильдий и религиозных братств. По сути это было правление многочисленных гражданских комитетов, связанных очень сложной системой сдержек и противовесов. Именно эта сложность делала Венецию устойчивой.

Наличие достаточно развитой политической системы, включавшей многочисленные институты власти еще не означало, что политический процесс в Венеции протекал спокойно и предсказуемо. Как отмечает исследователь венецианской истории Жан-Клод Оке «образ гармонии и согласия между различными общественными слоями, аристократии, действующей для всеобщего блага, беспристрастных советов, всеобщих усилий ради величия и процветания Венеции не мог полностью скрыть некоторые острые внутренние конфликты в высших слоях государства. Дож и знать выступали гарантами единства общественных институтов против смут. В каждом конфликте народ брал сторону дожа, а не аристократии».

В политической истории Венеции было немало бунтов, восстаний, попыток государственного переворота, осуществлявшихся как группировками пополанов, так и «партиями» грандов, но венецианская коммуна проявила большую политическую устойчивость, чем флорентийская. Общая тенденция демократизации проявлялась в ней не как во Флоренции в приходе к власти радикальных режимов (пополанская коммуна, теократическая коммуна), и в радикальной смене институтов и всей политической системы (от монархии – к республике и опять – к монархии), а постепенным введением демократического элемента, то есть представителей простых горожан в уже функционировавшие органы власти. Политическая система Венеции к XII в. постепенно трансформировавшись в достаточно демократическую систему коммуны, далее, вплоть до своего заката, развивалась именно на этой основе.

С другой стороны венецианскую демократию не следует  идеализировать, ибо она предоставляла свободу, равенство и власть почти исключительно грандам и разбогатевшим выходцам из нижних слоев общества.

Средневековые республики часто воевали не только с монархическими государствами, но и друг с другом. Вся история Флоренции – это история войн и не только с герцогством Миланским и Французским королевством, но и с коммуной Пизы с целью удержать ее в орбите своего влияния, с коммунами Генуи и Венеции за свои торговые интересы, влияние в Италии и Европе. Все история Венеции – это также история войн за свои интересы и влияние на суше и на море, в которой войны с главным соперником на Адриатике – Генуэзской коммуной занимают самое главное место. Итак, средневековые демократии воевали не реже и не меньше, чем средневековые монархии.

В XVI веке Венеция воевала с коалицией европейских государств, затем успешно противостояла туркам, и только Наполеону удалось положить конец ее независимости.

Устойчивость институциональной организации Венецианской республики придавал исключительный патриотизм правящего класса. Высший слой и народ Венеции верили в то, что их страна — самое свободное и справедливое государство в мире. И гордились этим. Они рассматривали Венецию как наследницу Рима и Константинополя и считали суверенитет неотъемлемой частью республики.

С формированием национальных государств города-республики были обречены на слияние с более крупными и сильными образованьями, что явилось одной из важнейших причин потери ими самостоятельности и ликвидации демократических органов власти.

В дальнейшем на основе местных собраний стали появляться национальные собрания. Например, в Исландии национальный парламент – альтинг - возник в 930 г. и просуществовал три столетия, пока страна не была окончательно покорена Норвегией. Сначала региональные, а затем национальные собрания также образовались в Норвегии, Дании, Швеции.

В Швеции традиция народного участия в собрани­ях, заложенная в эпоху викингов, в XV в. породила предтечу со­временного парламента: король начал собирать представителей раз­личных сословий шведского общества — аристократии, духовен­ства, бюргерства, простолюдинов. Из этих собраний по прошествии времени и возник шведский риксдаг, или парламент.

При иных обстоятельствах этот процесс проходил в Нидерландах и Фландрии, где бурное развитие промышленности, ремесел, торговли, банковской системы помогло созданию город­ского среднего класса, представители которого сосредоточили в своих руках значительные экономические ресурсы. Правители, постоянно испытывавшие острую нужду в деньгах, не могли игнорировать их интересы, проводить налоговую политику без согласия владельцев. А для того чтобы заручиться их поддержкой, правителям приходилось созывать собрания предста­вителей городов и основных классов общества. Хотя нельзя утвер­ждать, что из этих собраний непосредственно развились современные нам орга­ны законодательной власти, но тем не менее они заложили традиции, ввели в оби­ход практику и внедрили в сознание людей идеи, которые благоприятно сказались на процессе демократического развития.

Существенное влияние на дальнейшее развитие демократических традиций оказала Реформация. Ключевыми политическими идеями Реформации провозглашались равенство перед божьим судом и высшая ис­тина, о которой может судить любой человек, знакомый с Евангелиями, и с этой позиции об­личать неправедную власть. Реформация стала первым в истории Европы успешным социальным движением, выдвинувшим народные массы на авансцену политического развития. С этого времени массовое участие в политике ста­ло приобретать широкий размах.

Несмотря на такие кардинальные изменения в перечисленных странах, в первую очередь, именно в Англии представительная власть стала обретать тот облик и формы, которые впоследствии, несколько столетий спустя, оказали определяющее влияние на практику представительного правления.

3. Формы народовластия в средневековой Руси. Вечевой строй

Россия всегда являлась европейской страной, поэтому на формирование демократической традиции существенное влияние оказали политический опыт античности и христианства.

Ряд институтов древнерусского государства уходит своими корня­ми в догосударственную эпоху. Эти институты по мере вызревания и становления государственности трансформировались и превра­щались в органы государства, приобретая новые черты и в то же время сохраняя определенные традиции. К таким институтам от­носится и вече - народное собрание.

Вече по своему про­исхождению - архаический институт, уходящий своими корнями в недра первичной формации. Оно изменяется в соответствии с переменами, проис­ходившими в социальной структуре восточно-славянского обще­ства. Как отмечал И.Я.Фроянов, племенное вече эпохи первобыт­ного строя отличалось от волостного вече второй половины XI-XII веков. Сосуществование и совместная деятельность не­скольких родов в составе племени предполагали принятие общих решений представителями этих родов. По мере разложения родов на отдельные семьи и постепенного перехода от родовой общины к соседской, с одной стороны, и объединения племен в суперпле­менные союзы - с другой, возрастало и значение совместно вы­работанных и одобренных как на межсемейном, общинном, так и на межпоселенческом уровне решений.

Если для управления родовой общиной было достаточно установить иерархию, построенную на основе кровнородственных связей, то в новых условиях особое значение приоб­ретало умение договориться всем вместе, выработать взаимоприем­лемое решение стоящих перед всеми задач. И все это делалось в ре­зультате совместного обсуждения свободными людь­ми общих проблем, которое приводило к их решению или, по крайней мере, к определению пути решения. Так закладывались основы народовластия. И отнюдь не случайно прослеживается се­мантическая и этимологическая близость понятий «совет», «совеща­ние», «вече». По словам Прокопия Кесарийского, «эти племена, сла­вяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве, и поэтому у них счастье и несчастье в жизни счи­тается делом общим». По-видимому, стремлением найти именно общее для всех решение объясняется традиция, насколько можно су­дить по источникам, и в более поздние времена определять волю на­родного собрания не формальным голосованием, а добиваясь еди­ногласия, точнее, согласия всех участников, когда не только слышны возгласы одобрения, но и не слышно высказываний «против».

Постепенное складывание государственности оказывает су­щественное влияние на развитие института народного собрания. Из института самоорганизации населения вече превращается в го­сударственный орган. В условиях углубления социальной диффе­ренциации и усложнения управления трансформировалось и вече. Нигде формально не были закреплены полномочия вече, однако известно, что на его рассмотрение выносились такие вопросы, как признание, приглашение или изгнание князя, а также назначение и смещение должностных лиц, одобрение законодательных актов, распоряжение финансами, установление денежных сборов, объяв­ление войны и заключение мира. Кроме того, вече выполняло неко­торые судебные полномочия, принимало и направляло послов и т.п.

Вече проводились в городах, являвшихся административ­ными центрами волостей. Таким образом, политическая жизнь сосредоточивалась в крупных городах, но вместе с тем существовало и множество горо­дов, именовавшихся пригородами, тяготевших к тому или иному вечевому городу.

В вече принимали участие все свободные взрослые мужчи­ны данной земли. Конечно, преобладали жители вечевого города в силу территориальной близости к месту проведения народного собрания. Однако и свободные селяне, и представители пригородов, прибывшие на вече, не были лишены права принимать в нем учас­тие. Аристократия в силу своей авторитетности, организованности, образованности, искушенности в политике играла заметную роль в деятельности народных собраний, но это вовсе не означает, что простые люди были лишь послушным орудием в ее руках. Источ­ники свидетельствуют, что простые горожане часто активно под­держивали те или иные предложения или же, наоборот, выступали ярыми противниками каких-либо проектов, увлекая за собой боль­шинство участников вече, а иногда инициатива полностью перехо­дила в руки рядовых жителей.

С конца X века государственное единство Киевской Руси обеспечивалось единством княжеского ро­да, представители которого правили во всех землях. Существовал определенный порядок замещения освободившихся престолов по старшинству, когда князь мог в течение всей своей жизни постепен­но перемещаться из менее престижных земель в более престижные. Однако, прибывая в тот или иной вечевой город для занятия прес­тола, он должен был заручиться поддержкой народного собрания. Земля в лице вече и князь при этом заключали договор - ряд.

По мере развития земельной собственности князья стали оседать в отдельных землях, передавая их по наследству. С XII века вместе с престолом потомкам князя стал переходить только один удел - великокняжеский. Князь, занимая великокняжеский прес­тол, во временное владение получал и территорию великого княже­ства, но при этом сохранял за собой и свой удел. Такое оседание кня­зей в отдельных волостях и послужило основой для феодальной раздробленности. Развивалась борьба монархического начала в ли­це князя, опирающегося на свою дружину, и демократического - в лице народного собрания. По-разному сложилась судьба этого института непосредственной демократии в различных частях стра­ны. Так, на юго-западе Руси то разгорался, то угасал конфликт меж­ду князем и аристократией. И та и другая сторона стремилась для укрепления своих позиций заручиться поддержкой народного соб­рания, что влекло за собой усиление значимости последнего.

На северо-востоке Руси после убийства Андрея Боголюбского в 1174 году началась гражданская война за наследование его прес­тола. При этом вечевой город Суздаль, ранее пригласив­ший Андрея Боголюбского на княжение, боролся с прямыми наследниками убитого князя и стремился посадить на великокня­жеский престол представителей другой ветви дома Рюриковичей. В гражданской войне победили прямые потомки князя Андрея. В результате роль вечевого города Суздаля, и соответственно вече, в управлении стала падать. Князь стал править, опираясь глав­ным образом на свою дружину.

Иным образом развивались отношения между обществом и князем в Великом Новгороде, что привело к созданию Новгородской республики, просуществовавшей с 1136 по 1478 гг.

4. Новгородская республика

В 1136 году новго­родское вече, опасаясь усиления княжеской власти, как это прои­зошло в других русских землях, изгнало князя Всеволода с формулировкой «не блюдет смердов» и приняло законодательный акт, по которому князь и представители его свиты, не имели права приоб­ретать землю в собственность в пределах территории, подвласт­ной этому городу.

В 1196 году съезд князей признал за Новгоро­дом право самому приглашать себе князя при условии, что он будет из Рюриковичей. Укреплению самостоятельности Новгоро­да, а позже и Пскова, и республиканских устоев в них способство­вал ряд факторов - мощные и политически активные купечество и ремесленники, включенность указанных городов в международ­ную торговлю и др.

В Новгороде, отдельно от вся­кого вече, существовало большое вече, т.е. полное законное собрание, которое юридически являлось верховной властью. Право собрания большого вече не принадлежало только сановникам, облеченным властью или правительственною обязанностью, за исключением князя и посадника, которые, будучи предводителями, вынуждены были советоваться с народом. Созвать вече - значило представить какой-либо значимый вопрос на обсуждение народа, и поэтому всякий, кто считал себя вправе говорить перед народом, мог и созвать вече. Удар в вечевой колокол был требованием народного голоса.

Полномочия вече:

Ø  устанавливало приговоры по управлению, договоры с князьями и с иностранными землями;

Ø  объявляло войны, заключало мир;

Ø  делало распоряжения о сборе войска и охранении страны;

Ø  призывало князей;

Ø  избирало владык;

Ø  уступало в собственность или в кормленье земли;

Ø  определяло торговые права и качество монеты;

Ø  иногда ставило миром церкви и монастыри;

Ø  устанавливало правила и законы.

Таким образом, вече являлось законодательной властью, но также исполняло функции судебной власти, особенно в делах, касающихся нарушения общественных прав.

Цензов на участие в вече не существовало. Деятельными членами на вече могли быть все граждане Новгорода - как богатые, так и бедные, как бояре, так и черные люди.

Все новгородское население делилось на лучших и меньших людей. Причем меньшие не были таковыми по политическим правам, а только по экономическому положению и фактическому значению. Неравенство фактическое при полном равенстве юридическом стало причиной многочисленных новгородских бунтов.

Кроме общего разделения на лучших и меньших, новгородское общество делилось на три класса: высший класс – бояре, средний – житьи люди, т.е. купцы и своеземцы, низший – черные люди.

Новгородское боярство, в отличие от боярства других княжеств, являлось не дружиной князя, а крупными землевладельцами и владельцами крупных капиталов. Боярство стояло во главе всего новгородского общества, являясь основной политической силой Новгорода. Получая со своих земель колоссальные доходы, бояре имели возможность подкупать на вече «крикунов» и проводить решения, нужные им. Кроме того, обладая большими капиталами, бояре ссужали ими купцов и таким образом стояли во главе торговых оборотов.

Средний класс новгородского общества в основном представлялся житьими людьми. Житьи люди – это население среднего достатка. Они представляли собой род акционеров, вкладывающих деньги в развитие международной торговли. Получая со своих земель доходы, житьи люди вкладывали их в купеческие предприятия, с чего и получали прибыль. В политической жизни города этот класс исполнял судебные и дипломатические поручения Совета господ, являлся представителем концов, в которых проживал.

В отличие от других русских княжеств, в Новгороде сохранился класс мелких землевладельцев – своеземцев. Но землевладение своеземцев несколько отличалось от обычного боярского землевладения - своеземцы очень редко владели землями в одиночку. Обычно своеземцы обрабатывали и приобретали землю сообща – некоторое подобие крестьянской общины. Своеземцы либо сами обрабатывали свою землю, либо сдавали ее в аренду крестьянам. Своеземцы отличались от крестьян тем, что имели полное право на землю.

Купечество было торговым классом, извлекающим прибыль из выгодного географического положения Новгорода. Купцы, в основном, работали с помощью капиталов бояр и житьих людей. Новгородское купечество вело крупную транзитную торговлю и имело собственные земельные владения.

Не принадлежавшее к первым двум классам население называлось «черными людьми», которые составляли большинство населения Новгородской республики. К ним принадлежали жившие в городах ремесленники и мелкие торговцы, сельское население: смерды и земцы. Они несли повинности по строительству и ремонту мостов и дорог, сооружению церквей и городских укреплений, в военное время призывались в ополчение. Черные люди, как и все свободное население Новгорода, имели право принимать участие в вече.

Основная масса сельского населения являлась смердами. Первоначально они имели свое собственное хозяйство и платили дань государству. С развитием боярского землевладения они все больше превращались в экономически зависимое население.

Самой бесправной группой населения в Новгороде были земцы (холопы), которые постепенно с развитием боярского землевладения теряли свои права.

Независимо от большого вече, каждый конец – а в Новгороде было пять концов - должен был иметь свое частное вече.

Решения вече постановлялись единогласно; в случае несогласия вече разделялось на партии, и сильнейшая силой заставляла согласиться слабейшую. Иногда, как результат распри, созывалось два вече; одно на Торговой, другое – на Софийской стороне. Конфликт кончался тем, что оба вече сходились на Великом мосту и дрались, если вмешательство духовенства не предупреждало кровопролития.

На вече не было понятия кворума, которое никак не влияло на принятие решения. Все население города, присутствовавшее на вече, могло не принять закона, а сотая часть населения могла принять закон, который был выгоден только этой части. Результат голосования определялся не по количеству голосов, а по мощи глотки кричащих: за что громче кричали, то и считалось принятым.

Так как вече собиралось не регулярно, а только тогда, когда его созывали, то необходим был постоянный орган власти, который бы занимался управлением Новгородской республикой. Таким органом власти стал Совет господ. Он состоял из старых и степенных посадников, тысяцких, сотских и архиепископа. Совет имел аристократический характер, число его членов в XV в. доходило до 50. Этот орган развился из древнего института власти – боярской думы князя с участием городских старейшин. В XII в. князь к себе на совет со своими боярами приглашал городских сотских и старост. По мере того как князь терял органические связи с местным новгородским обществом, он с боярами был постепенно вытеснен из совета. Его заменил местный владыка – архиепископ, который стал постоянным председателем Совета.

Полномочия Совета господ:

Ø  готовил и вносил на вече законодательные вопросы;

Ø  представлял готовые законопроекты, при этом не имея собственного голоса в принятии законов;

Ø  осуществлял общее наблюдение за работой государственного аппарата и должностных лиц республики, контролируя, таким образом, деятельность исполнительной власти;

Ø  совместно с князем, посадником и тысяцким решал вопросы о созыве вече и впоследствии направлял всю его деятельность.

Совет господ имел огромное значение в политической жизни Новгорода. Он состоял из представителей высшего новгородского класса, имевшего могущественное экономическое влияние на весь город, этот подготовительный совет часто и предрешал выносимые им на вече вопросы, проводя среди граждан подготовленные им самим ответы. Таким образом, вече очень часто становилось орудием для придания решениям Совета законности в глазах граждан.

Главой исполнительной власти в Новгороде был посадник. Посадник - это высшее выборное должностное лицо, являвшееся исполнительным органом вече, которому передавалось управление делами республики. Официально он избирался на вече из числа всех полноправных граждан Новгорода, но фактически - из немногих наиболее знатных родов Новгородской республики. Срок посадничества не был ограничен, но фактически посадники занимали свою должность по одному-два года. Посадники, сложившие с себя полномочия, назывались «старыми посадниками».

Полномочия посадника:

Ø  направлял всю деятельность Новгородской республики;

Ø  осуществлял контроль за работой всех категорий людей, проживавших на ее территории;

Ø  совместно с князем ведал вопросами управления и суда,;

Ø  командовал войсками во время походов;

Ø  наблюдал за строительством оборонительных сооружений;

Ø  вел дипломатические сношения с другими русскими княжествами и иностранными государствами;

Ø  руководил заседаниями Совета господ и вечевыми собраниями.

Посадник, как представитель города, охранял интересы Новгорода и всей Новгородской республики перед князем. Без него князь не мог судить новгородцев и раздавать новгородские волости. В отсутствие князя посадник управлял всем городом

Особенно интересно положение князя в Новгороде, сильно отличавшееся от положения князей в других Русских областях. Князь являлся в Новгороде высшей судебной и военной властью, руководил и управлял судом, скреплял сделки и утверждал в правах. Князь приглашался новгородским вече, но при этом был обязан подписать договор с Новгородом - ряд. По этим договорам определялась роль князя в управлении Новгородской республикой.

Смена князей на Новгородском престоле происходила доволь­но часто. За два столетия (1095-1304) князья менялись 58 раз, некоторые из них смогли удержаться на своем посту всего несколько месяцев. Ослабление вели­кокняжеской власти приводило к постепенному усилению роли посадников и расширению их функций. Они не только контролиро­вали действия князей, но и становились главными магистратами республики, сосредоточившими в своих руках всю полноту испол­нительной власти. Следует отметить, что в отдельные периоды власть князей усиливалась, и чаще всего это происходило во времена военной опасности. Так, например, в середине XIII века, когда с за­пада Новгороду угрожали немецкие рыцари - крестоносцы и шве­ды, а с юга татары.

Еще одним носителем исполнительной власти в Новгородской республике был тысяцкий. Тысяцкий занимался следующими вопросами:

Ø   регулированием торговых отношений;

Ø   торговым судом;

Ø   военным судом - судом над собранными ополченцами;

Ø   созывом ополчения;

Ø   обороной города и республики;

Ø   имел полицейские функции.

Он также, как и посадник получал свои полномочия на неопределенный срок, имел в подчинении целый штат мелких агентов, которые исполняли различные судебные и административно-полицейские распоряжения, объявляли решения вече и призывали к суду, извещали суд о преступлении, производили обыски и т.д.

Также одной из важнейших выборных должностей в Новгородской республике был архиепископ. После отсоединения от Киевской Руси в 1136 г. епископ Новгородский стал избираться на вече. Вече выбирало три кандидатуры на этот пост и бумажки с этими кандидатурами клали на престол Софийского Собора, а потом слепой или мальчик выбирал одну из бумажек. Претендент, имя которого было написано в этой бумажке, становился епископом Новгородским, а с 1156 г. - архиепископом Новгородским. Архиепископ Новгородский:

Ø   председательствовал на заседаниях Совета господ;

Ø   осуществлял право церковного суда;

Ø   наблюдал за торговыми мерами и весами;

Ø   был хранителем государственной казны.

К его голосу постоянно прислушивались высшие чины новгородской администрации. Архиепископ являлся крупнейшим феодалом Новгородской республики, владел обширными землями, образовавшимися, в основном, из конфискованных владений князя.

Судебная власть в Новгороде не была отделена от исполнительно-административной. Судебными полномочиями обладали многие органы власти и управления: вече, архиепископ, князь, посадник, тысяцкий. При вступлении в должность выборные приносили присягу - «крестное целование». Суд не сосредотачивался в отдельном ведомстве, а был распределен между разными правительственными властями. Суд был очень доходным, что и служило причиной его раздробления между различными органами управления. Возникновение новых правительственных институтов вносило осложнения в существовавшую судебную систему.

Судопроизводство усложнялось еще комбинациями разных юрисдикций в смешанных делах, где встречались стороны различных подсудностей. В тяжбе церковного человека с мирянином городской судья судил вместе с владычным наместником или его тиуном (уполномоченным). Княжеского человека с новгородцем судила особая комиссия, состоявшая из двух бояр, княжеского и новгородского, и, если они не могли согласиться в решении, дело докладывалось самому князю, когда он приезжал в Новгород, в присутствии посадника. Тысяцкий судил преимущественно дела полицейского характера, а также торговые. Он был первым из трех старшин в купеческом совете, который с участием посадника разбирал дела между новгородцами и купцами немецкого двора в  Новгороде. 

Во второй половине XIV в. в северо-восточной Руси усили­лась тенденция к объединению земель. Центром объедине­ния стало Московское княжество, выделившееся из Владимиро-Суздальского еще в XII в.

В течение XV в. московские великие князья из князей-вот­чинников становились монархами централизованного госу­дарства. Усиление их власти происходило за счет сокращения власти удельных князей и татарских ханов. Формировалась самодержавная, т. е. политически независимая, власть. С идео­логических позиций эта власть представлялась в качестве обя­занности, общегосударственного, державного служения.

Ярким представителем «князей собирателей» был Иван III. Он сравнительно скоро и успешно разрешил стоящие перед ним задачи. Неудивительно, что позднее с именем Ивана связывалось представление о великих преобразованиях и огромных успехах Русского государства, за что он и был прозван «Великим».

Иван III начал с покорения и присоединения Новгорода – «главы русских республик». Новгородская республика, в которой хозяйничала боярская аристократия, приходила в упадок одновременно с усилением Московского княжества и собиранием вокруг него земель, поэтому избежать присоединения Новгорода, которое произошло в 1478 г., к создававшемуся Русскому государству было невозможно.

С 13 по 15 января 1478 г. все жители Новгорода были приведены к присяге Ивану III. Новгородское вече прекратило свое существование, а вечевой колокол был отправлен в Москву.

Таким образом, было покончено с «главой русских респуб­лик» - Новгородом. Пал древний вечевой строй. Некогда он давал воз­можность народным массам бороться с боярской аристократией, но к XV веку вече превратилось в арену деятельности олигархов. В силу этого новгородские низы поддержали Ивана, несмотря на то, что он уничтожил их вечевые по­рядки. Кроме того, сепаратизм бояр, их попытки отдать Новгород в компенсацию за сохранение собственного господства польско-литовс­кому королю и магистру ордена немецких рыцарей, их явная антинаци­ональная и антинародная политика способствовали укреплению патри­отического чувства новгородцев, стремившихся к слиянию с Москвой в единое Русское государство.

Так же стоит отметить, что в то время, когда Новгородское государство с его республиканским устройством и слабой централизацией приходило в упадок по причине социальных противоречий, монархическая Москва собирала под свою руку земли и созидала новое Русское государство: сильная государственная власть доказала свою целесообразность в России.

Кроме Новгорода также в Пскове продолжились и развились традиции управления с сильным народным собранием и приглашаемым на время князем. Псков перестал быть пригородом Новгорода по договору 1347 года. От Новгорода также отделился, превратившись в самостоятельную республику, город Хлынов, переимено­ванный в конце XVIII века в Вятку.

Управление Новгородом и Псковом строилось в целом оди­наково, хотя имелись и некоторые отличия. В Пскове также главен­ствующее положение сохранялось за вече. Оно избирало и увольня­ло всех должностных лиц, приглашало и изгоняло князя. В отличие от Новгорода псковское вече избирало двоих посадников, которые пред­седательствовали на народном собрании, контролировали деятель­ность князя и других должностных лиц. Судебные функции князь осуществлял только в присутствии посадника. Избирался также ты­сяцкий, который в мирное время ведал торговлей и осуществлял суд по торговым делам, а в военное - командовал опол­чением. Псковское вече избирало епископа (в Новгороде - архиепископа). Епископ председательствовал в Совете господ, называвшемся в Пскове – Оспода, хранил государствен­ную казну, ведал архивом, осуществлял записи актов гражданского состояния. Оспода предварительно рас­сматривал вопросы, выносимые на рассмотрение вече, координиро­вал деятельность различных должностных лиц. В состав Оспода входили действующий посадник, а также бывшие посадники, тысяцкий, сотские, кончанские и уличанские старосты. Псков делился на шесть концов. В каждом конце, на каж­дой улице созывалось свое вече, избирались соответственно конча­нские и уличанские старосты. Пригороды также пользовались опре­деленным самоуправлением.

В конце XV века утратил независимость Хлынов, а Псков вошел в состав Московского госу­дарства в 1510 году.