© Н.А.Баранов

Тема 9. Права человека как фундаментальная цель в деятельности политико-административных систем европейских стран

1. Защита прав и свобод человека как одна из главнейших функций государства

Политическая философия нового времени исходит из того, что главным предназначением государства является обеспечение прав человека и гражданина. Каждое человеческое право выражает на­сущные потребности индивидуума, группы, общества, отдельных народов и человечества в целом. Причем проблема прав и свобод человека не сводится только лишь к личным интересам и потреб­ностям людей, а охватывает еще и общественный и государствен­ный строй, институты власти, все социально-экономическое, поли­тическое и духовное развитие народов и обществ. Состояние с пра­вами и свободами человека, степень их реализации, соблюдение ба­ланса интересов всех участников общественных процессов, уважи­тельное отношение к правам каждого человека или пренебрежение ими лежат в основе социального климата в государстве, стабильнос­ти или нестабильности. Вот почему как отдельные общества, так и человечество в целом все более связывают решение всех проблем их социально-экономического, политического и духовного развития с правами человека и благом человека.

Демократизация и постоянное совершенствование политической системы является условием реализации гражданских и политичес­ких прав. Экономические, социальные и культурные права человека можно реализовать путем преодоления отсталости и бедности. Обеспечение жизнеспособного развития человека возможно, только поставив его в центр всех процессов развития. Главная цель здесь состоит в том, чтобы поставить человека в такую окружающую среду, которая гарантировала бы всем людям безопасную и творчес­кую жизнь. Жизнеспособное развитие направлено, таким образом, на содействие возвышению человеческого достоинства и реализа­цию всех его прав и свобод, как экономических, социальных, куль­турных, так и гражданских и политических. А все это, вместе взя­тое, требует обеспечения должного управления государственными и общественными делами, совершенствования институтов власти, обеспечения правления закона[1].

Понимание проблемы прав человека неразрывно связано с по­ниманием самого человека как живого существа, части природы, общественного явления, разумного творца, главного объекта и субъ­екта исторического действия. Другими словами, проблема прав и свобод человека — это одна из основных проблем, если не вся суть философии жизни. Это — проблема разумности и справедливости человеческих отношений, места индивидуума и групп людей в них, отношений общества и государства к человеку и наоборот.

Права и свободы человека — это сложный комплекс естествен­ных и рукотворных условий и факторов, необходимых для нормаль­ного функционирования индивидуума как творца, работника, чело­века и гражданина, придающих общественной жизни то или иное качество, делающих ее полноценной и комфортной или бедной и тяжелой для ее участников. Это — прямое выражение человеческого достоинства и одно из главных составляющих феномена, именуемо­го гуманизмом, человечностью. Корректное соблюдение всеми участниками общественной жизни прав и свобод каждого человека, эффективное содействие этому во всех случаях, когда отдельные индивидуумы по тем или иным причинам оказываются неспособ­ными сделать это самостоятельно, уважительное отношение к их жизни и свободе равнозначны уважению достоинства человека и осознанию своей собственной принадлежности к роду человеческо­му. В этом, в конечном счете, и состоит истинный гуманизм.

Права человека по праву считаются выражением его гордости и достоинства. Один из авторов проекта Всеобщей декларации прав челове­ка лауреат Нобелевской премии Р. Кассэн назвал права человека «особой ветвью общественных наук, предметом которой является изучение человеческих отношений и человеческого достоинства при определении прав и способностей, необходимых для полного разви­тия личности каждого человека».

Международные декларации, пакты и конвенции о правах чело­века классифицируют их по многим параметрам. Это:

   права человека и права гражданина;

   права абсолютные и неотъемлемые, и права относительные и прогрессивные;

• права естественные, универсальные, и права позитивные и приобретаемые.

Все они, в свою очередь, делятся на:

а) права человека, имеющие целью защиту жизни, свободы, а также физической и моральной целостности личности (право на жизнь, свободу от рабства, крепостного и принудительного труда, свобода от пыток или жестокого нечеловеческого или деградирую­щего обращения или наказания, свобода от произвольного ареста или задержания, право на справедливый суд, право на частную жизнь, право на свободу мысли, совести и религии);

б)         гражданские и политические права (право на свободу мнения и выражения, право на мирные собрания и ассоциации, право вы­бора и быть избираемым и т. д.);

в)         экономические, социальные и культурные права во всем их многообразии.

Другой критерий классификации прав и свобод человека — это способ пользования ими. В этой связи права и свободы человека делят на индивидуальные, групповые и коллективные. Подобное де­ление является несколько относительным, ибо не всегда можно с точностью определять, какие права к какой группе относятся.

Все права человека взаимосвязаны и дополняют друг друга. Все они «проистекают из достоинства и ценности, присущих человечес­кой личности, и ...человеческая личность является центральным субъектом прав человека и основных свобод и, соответственно, должна быть основным пользователем этих прав и свобод, и актив­но участвовать в их реализации», — говорится в преамбуле Деклара­ции Всемирной конференции по правам человека в Вене (июнь 1993 г.).

Речь идет, таким образом, о единой и стройной системе прав и свобод, обусловленной многогранностью самой жизни. Она диффе­ренцирована на множество сфер, областей и аспектов, в которых все люди в той или иной степени принимают участие. Каждая из них порождает особую группу прав и свобод человека.

Г. Гроций отождествлял право со справедливостью: право озна­чает то, что справедливо. По его мнению, это моральное качество, приданное человеку и справедливо наделяющее его некоторой осо­бой привилегией совершать какое-то специфическое действие. Его права являются врожденными, хотя они иногда относятся так же и к вещам, как пользование землей, природными ресурсами, и назы­ваются реальными правами, в противоположность персональным пра­вам. Совершенное моральное качество человека именуется способ­ностью, а несовершенное — склонностью. Применительно к при­родным явлениям первое предполагает действие, а второе — власть.

Исследователи и защитники современной демократии неразрыв­но связывают права человека с общественными отношениями, че­ловеческим достоинством и формированием способностей, необхо­димых для полного развития личности каждого человека. Так, один из крупных исследователей прав человека К. Васак видел прямую связь между состоянием государст­венного управления и правами человека. Наука прав человека, счи­тал он, «рассматривает отдельного человека, живущего в государст­ве, который, подвергнувшись оскорблению, или, став жертвой си­туации, пользуется защитой закона, должным заступничеством на­ционального суда или суда международной организации... и теми правами, особенно правами равенства, которые гармонизируются с требованиями общественного порядка».

Естественно поэтому, что без признания и уважения достоин­ства человека на всех этапах его жизни и постоянного равнения государственных институтов на этот фактор не может быть и речи о каких-то реальных правах и свободах.

Права и свободы — это не только некие юридические нормы, устанавливаемые государствами или международным сообществом, за нарушение которых неизбежно следует такая-то кара (если не на государственном уровне, то на международном). Они должны пони­маться так же и как первичные условия успешного функционирова­ния любого социума, нормальной жизнедеятельности свободного человека, реализации им всех своих человеческих потенций.

Внимательный анализ всей мировой практики в области прав и свобод человека показывает, что в большинстве стран права и сво­боды человека провозглашаются и пропагандируются лишь в дема­гогических целях. Как правило, пишут и говорят о правах и свобо­дах вообще, а человек при этом как бы отсутствует. Это не просто небрежность или недостаточное понимание проблемы, а определен­ная тактика политической власти. Ведь если акцент делается на права, то проблема становится чисто юридической, с акцентом на законы, кодексы, судебные институты и карательные учреждения. Таким подходом как бы обосновывается необходимость дальнейше­го усиления политического общества и зависимости от него всего живущего и функционирующего в нем, то есть гражданского обще­ства. Когда же акцент делается на слове «человек», проблема приоб­ретает, во-первых, социальный и гуманистический, и, во-вторых, универсальный характер.

Одним из первых на принципиальные различия между общест­вом и государством указал англо-американский мыслитель Т. Пейн. «Некоторые авторы так путают общество с государством, — писал он, — не делают малейших или никаких различий между ними; в то время как они не только различны, но и имеют разное происхожде­ние. Общество порождено нашими потребностями, государство — нашими пороками и злом; первое способствует продвижению наше­го счастья в положительном направлении, объединяя наши привя­занности и интересы, последнее — отрицательно, ограничивая наши недостатки. Первое поощряет общение, второе создает разли­чия. Первое — патрон, последнее — каратель».

Гражданское общество — это синоним социума в эпоху буржуаз­ной демократии, это сообщество граждан. Социум существует всег­да, начиная с появления на земле людей. Он функционировал пер­воначально как родовое, а затем рабовладельческое или феодальное общество. Родовое общество еще не знало имущественного нера­венства между людьми, а соответственно, и публичной власти со всеми ее институтами. Оно функционировало как одномерное обра­зование, оценивавшее деяния всех своих членов в соответствии со сложившимися здесь естественным образом нормами и правилами. Оно — носитель социальной власти, необходимой для упорядочива­ния и цементирования общественной жизни. Политическое общест­во, государство, политическая власть — явления более позднего происхождения. Они возникают тогда, когда социальные, религиоз­ные, этнические, нравственные нормы оказываются уже недостаточными для урегулирования усложнившихся отношений между людьми и их группами. Возникает необходимость в сильной и авто­ритетной публичной власти, в единых для всех его членов общества правовых (в дополнение к уже существующим, социальным), нор­мах жизни. Практическая реализация этой потребности происходит путем образования политического общества или государства и ведет к формированию, наряду с уже существовавшими и извечными для человека экономической, социальной и духовной сферами жизни и относительно самостоятельной политической сферы. Политическое общество, государство не заменяют собой гражданское общество, а только лишь наделяет его некоторыми новыми чертами и характе­ристиками, делают многомерным. Говоря образно, гражданское об­щество и государство — это то же самое, что человек и его одежда или человек и его жилье, которых он изобрел и постоянно совер­шенствует для своих собственных удобств. Первое более устойчиво, постоянно, подвергается преимущественно качественным измене­ниям, второе же — мобильно, более изменчиво. Государство — это своего рода шагреневая кожа, сужающаяся или расширяющаяся в зависимости от обстоятельств. Подобно одежде на человеке, коли­чество и качество которой зависят от климатических и иных факто­ров, государства может быть «больше» или «меньше» в зависимости от социального климата внутри отдельных обществ и их качествен­ных характеристик, а также от международного климата. Утверж­дать или полагать, что государство, его институты управляют граж­данским обществом — это примерно то же самое, что и допускать, что наша одежда или зонтик в наших руках для защиты от дождя управляют нами. Эти, создаваемые человеком, атрибуты защищают его от невзгод, болезней, делают его жизнь уютной, здоровой, а по­ведение — оптимистичным. Примерно таковы же и функции поли­тического общества, государства, политической власти, но приме­нительно ко всему гражданскому обществу.

Существуют объективные критерии соответствия политической власти своему призванию и ожиданиям гражданского общества. Их много. Наиболее важными и определяющими из них являются:

   степень общественного согласия в обществе и безопасности его граждан;

   степень реализации прав и свобод каждым членом этого обще­ства;

   авторитет государства как арбитра, как планировщика и регу­лировщика социально-политических процессов;

   верность государства и его служащих своему долгу, их компетентность и тесная связь с народом, которому они служат;

   обусловленные всеми ими показатели человеческого и общественного развития (жизненный уровень, здоровье людей, интеллек­туальный потенциал, продолжительность жизни, социальный кли­мат).

Эффективное управлениеэто обеспечение максимальной гар­монии общественных отношений и безопасности каждого их участ­ника путем правового регулирования возникающих между ними от­ношений как собственников средств производства и неимущих, работодателей и наемных работников, хозяев и подневольных, произ­водителей и потребителей, представителей разных социальных, эт­нических, религиозных, культурных и иных групп и слоев. Это — правовое регулирование отношений и проблем владения, пользова­ния, купли, продажи, обмена, распоряжения, получения и передачи знаний, их применения на практике. Безопасность члена граждан­ского общества, человека и гражданина — это прежде всего безопас­ность его жизни, возможность трудиться[2], реализовать его знания и способности, получать за свой труд нужное количество необходимых средств существования, учиться, иметь возможность отдыхать, вос­станавливать затраченную энергию, лечиться, пройти качественную социализацию, оставаясь на всех этапах жизни свободным и равно­правным членом своего общества. Отсюда одна из наиважнейших функций власти — гарантировать каждому члену общества возмож­ность трудиться в соответствии с его способностями и дарования­ми, а также получать справедливое вознаграждение за свой труд (оплата труда, заработную плату, жалованье) в соответствии с его количеством и качеством.

Власть обязана в долгосрочных интересах всего общества и ста­бильности государства управлять этими процессами, правовым путем регулировать отношения купли-продажи, гарантируя оплату труда в разумных размерах. Такая необходимость признана ныне всем мировым сообществом, что нашло свое выражение в междуна­родных соглашениях о правах человека, провозгласивших право ра­ботника на достойное вознаграждение за свой труд. ВДПЧ говорит о праве на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, «обеспечивающее достойное человека существование для него само­го и его семьи и дополняемое, при необходимости, другими средст­вами социального обеспечения». Эта формулировка повторена в международных пактах о правах человека, в Европейской социаль­ной хартии и в конвенциях МОТ.

Государственная власть призвана законодательно устанавливать пределы дозволенного в обществе и, в данном случае, не позволять оплачивать труд ниже международно признанного уровня. Во мно­гих странах это делается и практически — в одних фактически, в других — формально. Как правило, устанавливается минимальнаяпочасовая оплата труда. В 2000 г. в США она составляла 5 долл. 70 центов, в Новой Зеландии — 7 долл. 20 центов за час труда взрослых и 4 долл. 50 центов за час труда детей до 14 лет. Можно ли считать политическое управление рациональным, если мини­мальный размер оплаты труда устанавливается в размере 5—7 долл. в месяц, ставя граждан в условия ниже физиологического миниму­ма? Даже прожиточный минимум — это сигнал тревоги, опасная черта, ниже которой начинается разрушение организма с необрати­мыми последствиями для здоровья человека.

Плоды земли и ее недр, даже согласно Библии, призваны слу­жить живущим людям, и это естественно, что признается ныне и нормами международного права и правам народов. Суверенитет над природными ресурсами, гласит резолюция ООН «О постоянном су­веренитете над природными ресурсами» (Резолюция ГА ООН 1803 (XV11) от 14 декабря 1962 г.), должен осуществляться в интересах национального развития и благосостояния населения стран, на терри­тории которых эти богатства и ресурсы располагаются. Открытие, развитие и размещение этих ресурсов, а также вложения иностран­ного капитала в этих целях должны происходить в соответствии со свободно установленными самими народами правилами и условиями. Полученная прибыль должна быть распределена в размерах, согла­сованных государством-реципиентом и инвестором. Это ни в коем случае не должно вести к ослаблению суверенитета государства над его естественными богатствами и ресурсами. Национализация, кон­фискация или реквизиция могут быть основаны на соображениях общественной целесообразности, безопасности или национального интереса, которые очевидным образом стоят выше индивидуальных или частных интересов, независимо от того, являются они внутрен­ними или иностранными.

2. Национальные средства защиты прав и свобод человека

Человеческие общества, вырабатывая определенные нормы и правила жизни, формируя соответствующие институты власти и уп­равления, наделяя их теми или иными правами и полномочиями, строго следят за тем, чтобы соблюдался баланс интересов общего и отдельного, целого и его частей, государства и его граждан, граж­данского и политического обществ. Гражданское общество стремит­ся к тому, чтобы власть государства сводилась к необходимому ми­нимуму («ночной сторож», «комитет по управлению делами граж­дан», «блюститель порядка и законности в обществе», «выразитель воли и защитник интересов граждан»). Не делегированные государ­ству права сохраняются за индивидами, и защита их становится за­дачей всего общества.

Наиболее близкими к индивиду, массовыми и доступными ему являются национальные средства защиты прав человекаинститу­ты как гражданского, так и политического обществ. Права и свобо­ды человека — это тот аспект человеческой жизни, главным источ­ником угрозы для которой является часто само государство. Всем институтам власти, и, прежде всего, государству, олицетворяющему собой политическую власть, свойственно стремление к абсолютиза­ции собственной власти, что возможно только путем ограничения прав и свобод живущих в нем людей. Обуздать «Левиафана» может только гражданское общество. И самыми эффективными в деле за­щиты человека от него оказываются средства, механизмы и инсти­туты гражданского общества. Это — образовательные институты, ассоциации, объединения и организации групп и слоев населения (женщин, инвалидов, ветеранов, наемных работников, военнослу­жащих, ученых, врачей и т.д.), общественные комиссии и центры по защите прав человека.

Главным национальным средством защиты прав и свобод чело­века является Основной закон (Конституция) государства, которая определяет форму политического управления и соотношение прав и обязанностей граждан и учреждаемого ими государства. Она рас­пределяет власть и властные полномочия между субъектами и ин­ститутами политического общества, устанавливает процедуры их формирования и способы их взаимодействия с тем, чтобы ни один из них не выходил за рамки своих, определенных законом, полно­мочий. Четко фиксируется цель деятельности каждого института и обязательства каждого субъекта сложной системы политических от­ношений. Если Конституция является действительным выражением всенародной воли, в которой закреплена наилучшая для общества форма политической организации и максимально полно учтен ба­ланс интересов всех образующих политическое общество элементов, она соблюдается всеми элементами политической системы, а нару­шение ее воспринимается как тяжкое преступление. Иначе склады­вается ситуация, когда так называемая Конституция составлена не­известно кем и навязывается обществу. В таком случае она не будет соблюдаться никем.

Конечно же, одного лишь провозглашения прав и свобод чело­века в Конституции и в других правовых актах недостаточно. Фор­мально многие абсолютистские страны в плане «словесного обеспе­чения» защиты прав и свобод человека намного опережают буржу­азно-демократические страны мира. Так, английский билль о пра­вах состоит из 13 пунктов, американский билль о правах — из 10 поправок, а российский билль, содержащийся в Конституции РФ 1993 г. — из 48 пунктов. В Конституции Турции 1982 г. их на­считывается более 70. К тому же США ратифицировали менее 10 из более 100 универсальных и континентальных соглашений о пра­вах человека, а Россия — более 30. Но в Англии, США и в других странах есть эффективные средства защиты провозглашенных, пусть даже меньше количеством прав, а в России и в Турции их пока что нет или почти нет. А как говорили еще древнеримские правоведы, ubiremediumibijus (только там, где есть средство защи­ты, есть право). И, напротив: ubijusibiremedium (право есть только там, где есть средства защиты).

Следовательно, нужно усиленно работать над созданием эффек­тивных средств защиты прав и свобод человека. Самым действен­ным и надежным средством, как уже говорилось, является само гражданское общество, члены которого хорошо знают о всех своих правах и свободах, дорожат своим человеческим достоинством, спо­собны и готовы защищать их. Отсюда первый вывод, к которому уже давно пришло международное сообщество: учить людей науке прав и свобод человека. Высказанные еще Платоном мысли о том, что «кто знает, тот и властвует», сведущий человек мудр или мудр тот, кто сведущ, в данном случае подтверждаются полностью. Знаю­щий человек не позволит попирать свои права, будет знать, что и как защищать. Говоря образно, чем светильник горит ярче, тем меньше тьмы вокруг него. Так и человек, просвещенный знанием о том, какую неповторимую ценность он собой представляет, что обеспечивает его достоинство и гордость, какими правами и свобо­дами он обладает. Такой человек никому не позволит ущемлять свои естественные права, манипулировать собой.

Один из основополагающих постулатов почти всех международ­ных соглашений о правах человека состоит в том, что признание каждым человеком достоинства, равных и неотделимых прав всех ос­тальных членов человеческого сообщества является общей основой сво­боды, справедливости и мира на земле, что все права человека универ­сальны, неразделимы и взаимозависимы друг от друга. Поэтому самым действенным способом защиты прав человека и человеческого до­стоинства являются соответствующее «программирование» челове­ка, усвоение каждым индивидом вместе с молоком матери правил социального поведения. Необходимо превратить сознание каждого члена сообщества в носителя высоких гуманистических ценностей и самоуважения, обязательно включающего в себя также уважение личности другого человека, прав и свобод других людей. Этому че­ловек учится всю свою жизнь, осмысливая опыт предшествующих поколений людей и усваивая нормы поведения своего собственного социума, но начинается этот процесс, как правило, в семье и в школе. Весь образовательный процесс должен быть ориентирован на это. И люди все более осознают это.

В ноябре 1974 г. 18-я сессия Генеральной конференции ЮНЕСКО приняла рекомендацию включить права человека и фундаменталь­ные свободы в число предметов школьного и вузовского образова­ния. Согласно рекомендациям ЮНЕСКО, образование должно под­черкивать истинные интересы народов. Оно должно быть направле­но на уничтожение условий, которые увековечивают и ухудшают главные проблемы, воздействующие на выживание человечества и его благосостояние — неравенство, несправедливость, международ­ные отношения, основанные на использовании силы, — и содейст­вию международному сотрудничеству, необходимому для совмест­ного решения общечеловеческих проблем. Обучающиеся должны изучать такие проблемы как: равенство прав народов и право наро­дов на самоопределение; поддержание мира; характер и влияние экономических, культурных и политических отношений между странами; содействие соблюдению прав человека; сохранение куль­турного наследия человечества; включение прав человека в обуче­ние государственных служащих, полицейских сил и военных и др.

Институты гражданского общества предупреждают нарушение прав человека, создают определенные гарантии для их соблюдения и воздвигают барьеры на пути нарушителей. Важную роль в защите социальных и экономических прав наемных работников играют профессиональные союзы и их объединения на разных уровнях. Общественные комиссии, советы и центры по защите прав человека собирают и обобщают конкретные факты нарушения прав человека различными институтами государства, факты их бездействия, пре­дают их гласности и делают достоянием общественности. Это — своего рода сторожевые башни и естественные рубежи защиты че­ловека, и в то же время колокола, в которые передовые и прогрес­сивные люди звонят в каждом случае нарушения прав человека, и которые не прекратят звонить, пока ошибка не будет исправлена. Количество таких объединений населения постоянно растет, а круг их деятельности расширяется.

По примеру общественных учреждаются и государственные ко­миссии по различным аспектам прав и свобод человека. Это: ко­миссии по правам человека (Австралия, Канада, новая Зеландия); корпорации или комиссии по развитию коренных народов (Чили, Колумбия); советы, управления или посредники по вопросам наци­ональных меньшинств и межрасовых отношений (Китай, Новая Зе­ландия, Румыния).

Исключительно важную роль в защите прав и свобод человека играют такие институты гражданского общества, как национальные комитеты «Амнести интернейшнл» (Международная амнистия), хельсинкские группы правозащитников, национальные общества международного права и др.

Международная амнистия, как сказано в ее статусе, — это орга­низация, основанная на всемирном добровольном членстве, целью которой является продвижение прав человека, провозглашенных во Всеобщей декларации прав человека и в других международных ин­струментах. В начале XXI в. Международная амнистия объединяла в своих рядах более 1 млн. человек из 140 стран мира, организован­ных в секции и группы. Это — беспристрастная и независимая от любых правительств, политических убеждений и религиозных веро­ваний организация, финансируемая исключительно за счет пожер­твований ее членов. Особое внимание эта правозащитная организа­ция уделяет международным кампаниям за освобождение заложников совести[3], за проведение скорых и справедливых расследований дел политических заключенных, за отмену смертной казни, пыток и других жестоких форм обращения с заключенными, за прекращение практики политических убийств и исчезновения людей. Она высту­пает и против таких действий оппозиционных групп, как захват за­ложников, пытки и убийства заключенных, помогает беженцам, опасающимся возвращаться в страны, где их фундаментальные че­ловеческие права могут оказаться в опасности, сотрудничает с ООН, с международными и региональными межправительственны­ми организациями по защите прав человека. Международная ам­нистия стремится убедить государства ратифицировать международ­ные соглашения о правах человека, осуществлять их и обучать им своих граждан.

После Совещания глав государств и правительств в Хельсинки в июле 1975 г. и принятия им Заключительного акта, в котором дого­варивались соблюдать коллективно выработанные нормы взаимоот­ношений между странами и народами и гарантировать своим граж­данам предусмотренный международными соглашениями прав и свобод, появились хельсинкские группы правозащитников. Эти группы следят за тем, как их государства выполняют взятые ими на себя обязательства, предают гласности каждый, ставший известным им, случай нарушения прав человека. Эта работа имеет огромное значение, так как государства, вынужденные считаться с мировым общественным мнением, как правило, пытаются устранить ставшие известными факты и, по возможности, не допустить их повторения.

Выработать политические средства защиты конституционных прав и свобод человека, накладывать на их нарушителей санкции, вынести решения об исправлении допущенных ошибок, выплачи­вать жертве правонарушения соответствующую компенсацию и со­здавать правовые заслоны на пути нарушения прав человека могут только институты государства. И то только при том условии, если оно само функционирует в полном соответствии с интересами гражданского общества и выработанными последним нормами. Ими являются легитимность и устойчивость права, демократич­ность общественного строя, действенность и всеобщность закона (закон един для всех членов общества), четкое фиксирование как прав и свобод членов политического общества, так и механизма их реализации, неотвратимость наказания за отклонение от уста­новленных норм права, независимо от должности и социально-политического статуса нарушителя. Социальный мир и порядок в обществе, единство гражданского и политического обществ как своеобразных партнеров, демократическая природа государства, его соответствие своему прямому назначению — цели обеспечения без­опасности  жизни,  свободы  и  равенства граждан,  содействия  их стремлению к счастью — важнейшие условия и гарантии прав и свобод человека.

Первым и наиважнейшим условием гарантии прав и свобод че­ловека является строгое соблюдение Конституции страны всеми субъектами социально-политических процессов, прежде всего самим государством. Объективно в этом заинтересованы все участ­ники этих процессов, а государственность, кроме много другого, оз­начает еще и единое правовое поле. Непосредственное управление процессом реализации прав человека, обеспечением правопорядка и законности в стране осуществляет множество политических инсти­тутов: прокуратура, суд, правоохранительные органы, омбудсмены и уполномоченные по правам человека и др.

Прокуратура является институтом по контролю над соблюдени­ем в государстве его правовых норм, в том числе и в плане недопу­щения нарушения законности и ущемления прав и свобод граждан. Но во многих обществах прокуратура продолжает рассматриваться с позиций времен абсолютизма как «государево око», защитник (стражник) интересов государства. Можно, конечно, сказать, что государство — это граждане и, защищая его, прокуратура защищает и их. Это верно лишь в том случае, если действительно существует полная гармония интересов государства и его граждан. Но часто го­сударство ассоциируется только с его институтами власти и долж­ностными лицами, от которых исходит главная угроза правам чело­века. В этом случае стражник интересов государства никак не может превратиться в защитника прав гражданина, ибо никому не дано служить одновременно и добру и злу. Чтобы не было нарушений, прокуратура должна стать институтом, неза­висимым от исполнительной, но подконтрольным законодательной власти, объективно заинтересованной в том, чтобы принимаемые ею законы исполнялись. Контрольным органом в этом плане и должна стать прокуратура.

Считается, что функции по защите прав человека выполняет суд. Так полагали и теоретики политико-правовых наук, обосновы­вая необходимость разделения властей и существования независи­мой судебной власти, где стороны конфликта могли бы на равно­правной основе защищать свои права. Полагают, что вопрос о том, кто вправе решить спор между королевской властью (прерогативой) и представительным органом народа (статусом), остро встал в нача­ле XVII в. в Англии. Глава юстиции королевства Кок ответил на этот вопрос, заявив, что его должен решить не король и не парламент, а суд. Король обрадовался подобному суждению, ибо был уве­рен, что судьи должны будут решать такие споры всегда в пользу короля. В этом его убедил лорд Ф. Бэкон — «амбициозный», как его именует Черчилль, правовед, полагавший, что судьи должны стать «львами перед троном». Будучи назначаемы королем, считал Бэкон, они должны будут вести себя так же, как и все остальные его слуги.

Как видно, сомнения относительно направленности симпатий и антипатий судей, их объективности и непредвзятости существовали даже тогда, когда спор шел о взаимоотношениях между двумя вет­вями государственной власти. Они становятся еще более острыми и трудно разрешимыми, когда речь идет о конфликтах между государ­ством и отдельным человеком или группой людей. Тем более при решении спора между государством, являющимся главным наруши­телем прав и свобод человека, и отдельным гражданином, индиви­дом — жертвой произвола со стороны всесильного Левиафана. По­стулат «суд независим и подчиняется только закону» весьма далек от реальной действительности, пока что это всего лишь идеал. Суд — институт государственной власти, политический институт. Его работники, — служащие государства, являющегося не только работодателем, но и, говоря образно, программистом их действий. Суд является институтом государственной власти, руководствуется в своей деятельности законами государства, и он объективно будет защищать государство, выражать его волю. Это априори вложено в закон, которым суд обязан руководствоваться.

Нередко суды действительно помогают восстанавливать закон­ность, в том числе и попранные права и свободы индивидов. Часто в качестве цены уже нарушенного права человека, суд устанавлива­ет компенсацию, в том числе и за моральный ущерб. Больше спра­ведливости и беспристрастности в решениях судов можно наблю­дать в случаях, когда сторонами тяжбы являются индивиды или равно весовые институты гражданского общества — предприятия, учреждения, объединения граждан. Справедливости и беспристраст­ности становится значительно меньше, или совсем не остается, когда сторонами конфликта выступают гражданин и государство, институт гражданского общества и то же самое политического об­щества. Здесь действует «принцип Ф. Бэкона»: судьи, как слуги правителя, становятся «львами перед троном», то есть «защищают» его. Многоопытный Т. Джефферсон никогда не верил ни в демо­кратичность, ни в гуманизм, ни в независимость суда. «Суды любят людей всегда, как волки любят овец», — писал он Д. Джею в 1789 г. Джефферсон считал власть суда опасной для общества и его членов, так как «судьи находятся в должности пожизненно и не ответствен­ны, как другие органы, перед избирателями».

Во всех случаях, когда возникает конфликт между государством и гражданами, арбитром должен стать не чисто политический, а как минимум, социально-политический институт в лице избираемого гражданами, а не назначаемого властями, суда. Соответственно, и арбитром при решении вопроса о правах человека может стать либо общественный суд, состоящий из знатоков международного кодекса прав человека и руководствующийся исключительно его нормами, либо же международный суд такой же компетенции. Во всяком слу­чае, этот орган должен находиться в равном отдалении от всех вет­вей государственной власти и быть выборным. Близкий к этому ва­риант был найден в начале XIX в. в лице так называемого омбудсмана (от шведского слова umbud + man — сила, авторитет, лицо, являющееся переводчиком или представителем других людей). В со­временном языке утвердилось английское произношение этого слова (омбудсмен). Это — лицо, уполномоченное представительным органом охранять права и свободы человека и осуществлять кон­троль над должностными лицами государства для соблюдения ими государственных и международных актов без права изменения при­нятых последними решений. Омбудсмен назначается парламентом на четыре года, но сам парламент не имеет права вмешиваться в его деятельность.

Учреждая такой же пост, Финляндия значительно расширила полномочия омбудсмена. Здесь под надзором омбудсмена находятся все должностные лица государства, за исключением прези­дента страны и министра юстиции. С согласия парламента он может контролировать деятельность всех министров правительства, деятельность судебной системы, и в случае нарушения судьями за­конов, он обладает правом привлечь их к ответственности. Сейчас омбудсмен как конституционный институт существует во многих странах мира. Согласно ст. 86 Конституции Аргентины, «омбудсмен — независимый орган, созданный в рамках Национального Конгресса и работающий целиком автономно и без получения указаний от любой власти. Миссия омбудсмена — защи­та и охрана прав человека и других прав, гарантируемых и защища­емых Конституцией и законами страны. Он может выступать сторо­ной в судебном процессе, обладает иммунитетом и привилегиями законодателей, избирается и освобождается Конгрессом двумя тре­тями голосов присутствующих членов каждой палаты». Функции современного омбудсмена, как с учетом своего личного опыта рабо­ты в качестве омбудсмена Испании определял А. Хиль-Роблес, со­стоят в защите и охране человека «от государства, от действий орга­нов государственной администрации».

В России аналог этого института появился только в 1990-х годах в лице уполномоченного выборного органа (Государственной думы, Законодательного собрания и т. д.) по правам человека.

3. Взаимодействие национальных и международных систем защиты прав человека

Права и свободы человека — объект не только государственного, но и межгосударственного управления, поскольку они нуждаются в международной защите, и могут быть защищены эффективно лишь усилиями всего международного сообщества. Именно этим обуслов­лено наличие, наряду с национальными биллями о правах человека и институтами их защиты, также и Международного кодекса прав человека, континентальных инструментов и институтов защиты этих прав, а также сотен специальных деклараций, пактов, хартий, конвенций о правах человека.

Государства являются субъектами мировой политики и соуправ­ляющими глобальными процессами. Учреждая те или иные между­народные институты и подписывая соглашения по решению тех или иных проблем, государства берут на себя определенные обязатель­ства перед континентальным или всемирным сообществами. Соот­ветственно, и выполнение этих обязательств участниками соглаше­ний становится объектом многоуровневого контроля.

Каждое международное обязательство государства в области прав и свобод человека должно быть подкреплено соответствующим национальным правовым актом[4]. В них следует определять кон­кретные пути и механизм защиты прав и свобод человека в данной стране, установить институты, непосредственно ответственные за выполнение государственных обязательств, а также меры санкций или наказаний к нарушителям данных обязательств. Государства имеют право сделать оговорки к тем или иным принимаемым им на себя обязательствам, отодвигать их выполнение на определенный срок, приступать к их выполнению постепенно, прогрессивно, по мере создания или возникновения соответствующих условий.

В случаях непринятия государственных законодательных актов о способах реализации предусмотренных в международных инстру­ментах прав человека, сами эти международные инструменты могут быть приравнены к внутренним законам подписавшего их государ­ства. Так, ряд стран-членов Совета Европы придали Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (ЕКЗПЧОС) статус своего государственного закона и включили ее в националь­ные конституции. После вступления России в Совет Европы и ра­тификации и ею ЕКЗПЧОС последняя стала для нее документом, имеющим приоритет перед ее собственными законами в этой об­ласти.

Существуют нормы международного права, которые государства обязаны соблюдать независимо от того, подписывали они соответ­ствующие документы или нет. Это так называемые нормы обычая, признанные всем международным сообществом. К числу таковых относятся все положения Всеобщей декларации прав человека (ВДПЧ).

Международная система защиты прав и свобод человека основа­на на единстве и взаимосвязи национальных и интернациональных средств защиты этих прав. Это логично и рационально. Человек яв­ляется гражданином определенного государства и в случае наруше­ния его прав и свобод он первоначально обращается к национальным средствам, прибегая к их помощи последовательно по восходя­щей линии. После безуспешного исчерпания всех национальных средств, он вправе прибегнуть, соблюдая установленную процедуру, к помощи многоуровневых международных институтов. При этом человек имеет право выбирать одно из них по своему усмотрению. Более надежным и эффективным, безусловно, является обращение к континентальным средствам защиты, где очередь жалоб меньше, чем на глобальном уровне, куда стекаются иски со всех концов пла­неты. В таком случае глобальные средства могут быть использованы в последнюю очередь.

Для реализации прав и свобод человека важны мир и спокойст­вие на земле. Они благоприятствуют сотрудничеству народов и го­сударств, обмену достижениями, способствующими развитию эко­номики, науки и культуры, росту жизненного уровня населения. Чем больше сообщающихся сосудов между государствами, народа­ми и континентами, тем быстрее достижения одних стран и наро­дов, в том числе и в области реализации прав и свобод человека, становятся достоянием всех остальных. Вот почему обеспечению мира и безопасности на земле, содействию развитию стран всегда придавалось и придается такое значение. Отставание целых стран и даже групп стран, по причине которого невозможно реализовать многие права человека, имеет не только объективные, но и вполне зависимые от стран и народов причины (недемократичность суще­ствующих политических режимов, безответственность властей, хи­щения государственных средств, коррупция должностных лиц госу­дарств и т.д.). Объективные причины устраняются, воздействуя на условия, их порождающие. Субъективные причины могут быть уст­ранены относительно быстро и легко. Здесь важны воля и реши­мость народов как отдельных стран, так и всего международного сообщества.

На базе гражданских обществ в отдельных странах складывается глобальное гражданское общество (универсум), которое способно воздействовать тем или иным образом на политические режимы тех стран, где такое общество пока еще слабо и не способно выступать в качестве равноправного партнера политического общества. Гло­бальное гражданское общество формирует элементы и глобального политического общества в лице многочисленных, функционирую­щих на разных (глобальном, континентальном и региональном) уровнях, политических институтов.

Международные институты призваны создавать в мире в целом и на отдельных континентах климат сотрудничества и взаимопомо­щи при решении стоящих перед человечеством задач. Это — все­мерное содействие совершенствованию (модернизации) институтов гражданского и политического обществ, осуждение и бойкот дикта­торских режимов, международное сотрудничество в борьбе с нару­шителями прав и свобод человека и многое другое.

Это относится и к выполнению международных обязательств го­сударств по сотрудничеству в борьбе с международной преступнос­тью, угрожающей правам и свободам человека, в том числе и в борьбе с коррупцией, представляющей собою главную угрозу правлению закона, демократии, социальной справедливости и правам человека. Коррупция препятствует экономическому развитию стран и извращает принципы распределения и функционирования эконо­мики. Государства обязаны не только предус­мотреть в своем внутреннем законодательстве решительные и дей­ственные меры по борьбе с коррупцией. Они должны также эффек­тивно сотрудничать между собой во всех вопросах, касающихся коррупции, сообщая друг другу имеющуюся у них информацию, признавая судебные решения иностранных государств, участвуя в возмещении судебных издержек в соответствии с условиями между­народных соглашений и т.д.

Международная система защиты прав и свобод человека весьма широка и сложна: международные суды, трибуналы, институты контроля, учреждаемые для контроля над реализацией каждого международного соглашения о правах и свободах человека.

Между­народные правозащитные институты выполняют разные функции: информационную, исследовательскую, примирительную, по выне­сению решений и по наложению санкций. Есть институты для вы­полнения конкретных функций, а есть и такие, которые осущест­вляют все перечисленные функции одновременно. В силу специфи­ки субъектов международного права число институтов, наделенных правом выносить решения, весьма ограничено, хотя заметна тен­денция к их постепенному увеличению. К их числу можно отнести Европейский, Межамериканский и Африканский суды по правам человека.

Нормы взаимоотношений между государствами в области прав человека сформулированы и конкретизированы в «Декларации о за­щите прав человека и принципы невмешательства во внутренние дела государств», принятой Институтом международного права 13 сентября 1989 г. Этот документ исходит из бесспорного постула­та о том, что права человека являются прямым выражением досто­инства человеческой личности. Их защита отвечает интересам всех государств, а потому требует дальнейшего расширения их солидар­ных действий для обеспечения этих прав во всем мире. В случаях нарушения прав человека в том или ином государстве, члены ООН имеют право предпринимать индивидуально или коллективно дип­ломатические, экономические и другие меры, исключающие приме­нение вооруженной силы, в отношении государства-нарушителя своих обязательств. Такие меры не могут рассматриваться как неза­конное вмешательство во внутренние дела других государств (ст. 2). Меры по обеспечению коллективной защиты прав человека обосно­ваны, когда они предпринимаются в ответ на серьезные нарушения этих прав, а именно широкомасштабные или систематические нару­шения или когда нарушаются права и свободы, которые не должны быть попраны ни при каких обстоятельствах. Представление по дипломатическим каналам или устное выражение государствами озабоченности в связи с нарушениями прав человека или неодобре­ние подобных действий являются необходимыми и законными при всех обстоятельствах.

Все меры, предпринимаемые индивидуально или коллективно для защиты прав человека должны соответствовать условиям:

1)  за исключением случаев исключительной срочности, от госу­дарства, нарушающего права человека, должно быть формально по­ требовано прекращение совершаемых им действия;

2)  предпринимаемые меры должны быть пропорциональны се­рьезности нарушения;

3)  они должны быть ограничены государством-нарушителем;

4)  при этом должны приниматься во внимание интересы индивидуумов и третьих стран, а также влияние принимаемых мер на стандарт жизни населения соответствующей страны.

Предложение государством, группой государств или междуна­родными гуманитарными институтами продовольственного или ме­дицинского снабжения государству или территории, где живет стра­дающее население, не должно рассматриваться как незаконное вме­шательство во внутренние дела того государства. Однако это снаб­жение не должно принимать характера угрозы вооруженной интер­венции (ст. 5). Признается крайне желательным усиление интерна­циональных методов и процедур, в частности методов и процедур международных организаций, имеющих целью предупредить, нака­зать и исключать нарушения прав человека (ст. 7).

Даже самый совершенный механизм защиты прав и свобод че­ловека не даст ничего, если сами субъекты этих прав и свобод (люди) не будут должным образом реагировать на каждый случай нарушения их прав. Индивидуумы, граждане и государства, ущем­ленные в своих правах, первыми приводят в движение существую­щий правозащитный механизм, ибо последний не везде имеет право по своей собственной инициативе начинать рассмотрение дела, возбуждать иски, выносить решения. Этот механизм приво­дится в действие заявлениями и исками тысяч и тысяч граждан и го­сударств, ставших жертвами нарушения как их собственных прав, так и не желающих мириться с фактами попрания прав и свобод других людей.

Международные институты, как это и предусмотрено соглаше­ниями о правах человека, рассматривают два типа заявлений и исковиндивидуальные и межгосударственные. Первые исходят от непосредственных жертв нарушения прав человека и имеют целью устранение данного нарушения. Отдельные лица вправе об­ращаться в международные институты по защите прав и свобод че­ловека только после того, как ими будут исчерпаны все внутренние (национальные) средства защиты. По мнению интерпретаторов международных договоров по правам человека, это необходимо для того, чтобы предоставить правительствам возможность исправить допущенные ими нарушения собственными средствами в рамках своей национальной правовой защиты. Но может быть правомер­ным и другое объяснение. Люди, как правило, больше доверяют международным институтам, независимым от правительств отдель­ных стран, а, соответственно, обеспечивающим большую объектив­ность при рассмотрении жалоб, чем своим национальным судам. Поэтому естественно их желание обойти бюрократические перепонки и волокиту в национальных судах и сразу же обратиться за под­держкой в международные инстанции.

Следующее непременное условие, которое должно быть соблю­дено заявителем: иск нельзя передавать в другие органы защиты. Такая проблема возникает во всех случаях, когда нарушено право, предусмотренное одновременно и международным и региональным соглашениями о защите прав человека и основных свобод. Сущест­вует международная договоренность о том, что в случае возникно­вения таких проблем, первое слово должно принадлежать регио­нальному институту.

Наконец, все международные институты устанавливают сроки времени, когда можно обращаться к ним с заявлением. Как прави­ло, этот срок ограничен 6 месяцами после последнего рассмотрения дела в национальных институтах. В 1980—1990-х годах некоторые институты (ЮНЕСКО, МОТ) продлили эти сроки, справедливо по­лагая, что жертва могла быть лишена возможности реализовать свою волю в этот период, скажем, будучи посаженной в тюрьму, за­пертой в психиатрической больнице и т.д. Но при всех условиях, считают они, этот срок должен оставаться разумным. Общее требо­вание состоит в том, что заявление не должно быть анонимным, истец обязан идентифицировать себя. ЮНЕСКО допускает упроще­ние и этого требования: заявление не обязательно должно быть подписано самой жертвой. Когда жертва лишена такой возможнос­ти по независящим от нее обстоятельствам, в качестве защитника ее прав и интересов могут выступать группа людей или обществен­ная организация.

Одним из первых международных институтов по продвижению и защите прав человека является Экономический и социальный совет ООН (ЭКОСОС), избираемый ее Генеральной Ассамблеей в количестве 54 членов. Он уполномочен выносить рекомендации от имени ООН в целях поощрения «уважения и соблюдения прав че­ловека и основных свобод для всех». ЭКОСОС наделен правом по­лучать от государств-членов ООН и ее специализированных учреж­дений доклады о мерах, предпринимаемых ими во исполнение дан­ных рекомендаций, и сообщать Генеральной Ассамблее свои заме­чания к докладам государств.

В целях реализации возложенных на него обязанностей ЭКО­СОС своей резолюцией от 16 февраля 1946 г. создал Комиссию по правам человека, которая начала свою деятельность в 1947 г. с рабо­ты над проектом Всеобщей декларации прав человека. Затем при участии Комиссии были разработаны проекты двух международных пактов о правах человека. В соответствии с резолюциями ЭКОСОС № 728 F (1959 г.), № 1235 (1967 г.) и № 1503 (1970 г.) Комиссия по правам человека стала рассматривать жалобы на нарушения прав человека, поступающие в ООН со всех концов мира.

При Комиссии по правам человека созданы рабочая группа спе­циальных репортеров, призванных изучать на местах различные ас­пекты нарушения прав и свобод человека, и ряд подкомиссий по отдельным аспектам прав человека (комиссии по правам женщин, по предупреждению дискриминации, по делам национальных меньшинств и т.д.). Принятие международных пактов о правах человека потребовало дальнейшего совершенствования контрольного меха­низма ООН путем создания новых институтов (для контроля над реализацией положений каждого международного инструмента предусматривается специальный институт) и конкретизации полно­мочий существующих институтов.

Высшим наблюдательным органом по международному Пакту о гражданских и политических правах является Комитет по правам человека, состоящий из граждан участвующих в Пакте государств, обладающих высокими нравственными качествами, признанной компетентностью в области прав человека и достаточным юриди­ческим опытом. Участвующие в этом Пакте государства обязаны представлять доклады о принятых ими мерах по претворению в жизнь прав, признаваемых в настоящем Пакте, и о прогрессе, до­стигнутом в использовании этих прав во всех случаях, когда того потребует Комитет.

Комитет по правам человека изучает все полученные ими мате­риалы и составляет свои обобщающие доклады, которые представ­ляются всем участвующим в Пакте государствам. Он может также высказать им и замечания, какие сочтет целесообразными. Комитет вправе препроводить ЭКОСОС эти замечания вместе с экземпляра­ми докладов, полученных им от участвующих в Пакте государств. Эти государства, в свою очередь, вправе представлять Комитету свои соображения по любым из высказанных им замечаний. Еже­годно Комитет по правам человека через Экономический и соци­альный совет представляет ГА ООН доклад о состоянии реализации гарантируемых Пактом прав в мире.

Международные институты контролируют деятельность госу­дарств и по выполнению ими их обязательств по обеспечению рав­ноправия женщин, борьбе с пытками, расизмом, апартеидом, расо­вой дискриминацией. Естественно, что для надзора над выполнени­ем положений этих конвенций созданы и соответствующие органы. Ими являлись и являются Специальный комитет против пыток, Ко­митет по устранению дискриминации против женщин, Комитет по апартеиду, Постоянная рабочая группа экспертов, Комитет по уст­ранению расовой дискриминации, специальные докладчики о ситуации с правами человека и фундаментальными свободами коренных (ин­дейских) народов. Координирует деятельность всех этих институтов Верховный Комиссар ООН по правам человека.

Таким образом, права и свободы человека являются объектом многоуровневого управления через разветвленную систему институ­тов. Есть институты гражданского и политического обществ. Хотя институты защиты прав и свобод человека политического общества располагают большими возможностями (кадрами, ресурсным обес­печением и т.д.), более эффективными пока что остаются институ­ты гражданского общества. Это означает, что государство пока еще не выполняет в полном объеме своей основной миссии. Для успеш­ного решения этой задачи следует подумать над тем, как объеди­нить средства гражданского и политического обществ, а также ко­ординировать усилия государственных и межгосударственных правозащитных институтов защиты прав человека с тем, чтобы объеди­нить положительные стороны и тех, и других.

[1] «Мы знаем, что демократия и права человека окажутся иллюзорными без социальной справедливости и жизнеспособного развития, — писала Верховный комиссар ООН по правам человека М. Робинсон в январе 1998 г. в обращении к Комиссии ООН по развитию. — Бедность лишает миллионы людей их фундаментальных прав. Общества, в свою очередь, ли­шаются вклада этих людей. Достижение жизнеспособного развития требует признания взаимозависимости между уважением к правам человека, жиз­неспособным развитием и демократией» (Integrating human rights with sus­tainable human development. A UNDP policy document United Nations Devel­opment Programme. 1998. January. Forward).

[2] Человек издревле понимал, что труд для него является нечто большим, чем просто способом добывания средств существования. «Люби труд: он нужен тебе если не для добывания продовольствия, то для твоего физичес­кого развития, — писал известный просветитель и гуманист В. Пени. — Это полезно для твоего организма и для твоего ума. Он предотвращает по­роки безделья, которые очень часто проистекают из ничего неделания и порождают самое злое». Сад, лаборатория, работный дом, усовершенство­вание и воспитание являются приятным и выгодным разнообразием жизни в противовес праздности; здесь отсутствуют плохие сопутствующие, про­тивные характеру природы и искусства. Такое разнообразие просвещает и сохраняет хорошую конституцию тела и ума. (Penn, William. Some Fruits of Solitude. Creation of machine-readable version: Judy Boss. University of Virginia Library Electronic Text Center. 1999. P. 57—58). Ф. Энгельс выразил значи­мость труда в жизни человека формулой «труд создал человека».

[3] Ими считаются люди, задержанные из-за религиозных убеждений, эт­нического происхождения, пола, цвета кожи, языка, национального или социального происхождения, экономического или семейного положения и кто не использовал или не оправдывал насилие.

[4] «...Государство обязуется принять необходимые меры в соответствии со своими конституционными процедурами и положениями настоящего Пакта для принятия таких законодательных или других мер, которые могут ока­заться необходимыми для осуществления прав, признаваемых в настоящем Пакте», — гласит параграф 2 ст. 2 МПГПП.

Литература

Государственная политика и управление. Учебник. В 2-х ч./ Под ред. Л.В.Сморгунова. М.: РОССПЭН, 2006-2007.

Политико-административное управление: Учебник. / Под общ. ред. В.С.Комаровского, Л.В.Сморгунова. М.: Изд-во РАГС, 2004.