Санкт-Петербургский государственный университет

На правах рукописи

Баранов Николай Алексеевич

  Эволюция современной демократии:

политический опыт России

Специальность 23.00.02 - политические институты, этнополитическая конфликтология,

национальные и политические процессы и технологии

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора политических наук

 Санкт-Петербург

2008


 

Диссертация выполнена на кафедре политологии Федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Балтийский государственный технический университет «Военмех» им. Д.Ф.Устинова»

Научный консультант:       доктор социологических наук, профессор

Исаев Борис Акимович

  

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Бурдукова Ирина Ивановна

 доктор философских наук, профессор

Мутагиров Джамал Зейнутдинович

 доктор политических наук

Сунгуров Александр Юрьевич  

 Ведущая организация:       Российский государственный педагогический университет им. А.И.Герцена 

 Защита состоится «16» апреля 2009 года в 16 часов на заседании Совета по защите докторских и кандидатских диссертаций при Санкт-Петербургском  государственном университете Д.212.232.14 по адресу: 199034, Санкт-Петербург, Менделеевская линия, д.5, ауд. 141.

  С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Санкт-Петербургского государственного университета.

  Автореферат разослан « 2» марта 2009 г. 

Ученый секретарь

диссертационного совета

д.полит.н., проф.

И.В.Радиков

I. Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. В современное время демократия является наиболее востребованной формой политического устройства общества, позволяющей людям не только выбирать управляющих, но и контролировать власть. Несмотря на все проблемы, которые возникают в рамках демократического правления, демократия лучше других справляется с вызовами современности. Поэтому во многих странах мира, не претендовавших прежде на название демократических, предпринимаются попытки создания демократических механизмов управления обществом.

Политическая практика показывает, что в процессе демократизации наибольших успехов добиваются те государства, в которых постепенно вызревали и устанавливались демократические институты, сопровождаемые формированием соответствующих политико-культурных ценностей. В тех же странах, где не сложилось исторического опыта демократической институционализации, процесс демократизации сталкивается с проблемами как институционального, так и неинституционального характера. Демократические нормы и ценности воспринимаются преимущественно гражданами тех стран, которые успешно решают экономические и социальные вопросы. И напротив, проблемы социально-экономического характера усложняют движение государств по пути демократизации.

Современная Россия находится на пути демократических преобразований. Трудности, возникающие на этом пути, связаны с поиском наиболее оптимального соотношения ожиданий общества и реальных результатов преобразований. Легитимность власти, от которой общество ожидает эффективного управления и решения актуальных вопросов, является необходимым условием для успешной демократизации. Однако при решении злободневных общественных проблем российская власть, оставаясь легитимной, не всегда использует демократические методы, предполагающие длительное согласование обсуждаемых вопросов со всеми акторами политического процесса, и нередко отдает предпочтение авторитарным методам, при которых решения принимаются быстро, но повышается вероятность ошибок, непродуманных действий и возникает концентрация ответственности за результат на политическом лидере.

Создание демократических политических институтов и практик в современной России сопровождается острыми спорами об их целесообразности и возможности применения в российском политическом процессе. Ориентационная составляющая политики изменяется медленно, поэтому осознание гражданами необходимости демократической институционализации сталкивается с традиционным подходом к политической сфере. Адаптация демократических институтов к российской специфике происходит в противоборстве с авторитарными тенденциями.

Модели демократического устройства каждой страны своеобразны, так как демократия не сводится к какому-то единственно возможному, унифицированному набору институтов и правил. Поэтому можно вести речь о конкретной форме демократии в конкретной стране, которая зависит от социально-экономических условий, от традиционного устройства государства, от политической культуры, от сложившегося в обществе восприятия власти. В современной России идет поиск такой модели, отвечающей интересам и потребностям общества.

Инновационное развитие страны, определенное в качестве парадигмы политической элитой, вынуждает власть становиться более транспарентной и ответственной, что способствует развитию демократии в стране и повышает актуальность темы исследования.

Степень научной разработанности проблемы. Демократия является одним из самых востребованных политических феноменов, изучению которого посвятили свою научную деятельность многие ученые - политологи, социологи, философы, культурологи, психологи, экономисты и др. Популярность демократического государственного устройства во второй половине ХХ века привела к появлению многочисленной научной литературы по данной тематике, различающейся между собой подходами, методами, трактовками.

В политической теории используются методы и подходы смежных или близких отраслей знаний, в том числе, изучающих природу и общество. В числе наиболее востребованных является эволюционный подход, который был разработан для изучения природы (Ж.-Б.Ламарк, Ч.Дарвин),[1] а затем перенесен на общество (Г.Спенсер).[2] В современной науке эти идеи применительно к обществу развивали и развивают как зарубежные исследователи (Т.Парсонс, Э.Гидденс, Г.Бак, Э.Джекобсон, П.Сорокин, Х.Классен, К.Р.Холлпайк, К.Коттак, К.Оберг, Э.Сервис, Р.Карнейро),[3] так и отечественные ученые (Л.Гринин, А.Коротаев, Н.Крадин, В.Лынша, Л.Перепелкин, Ю.Фигатнер и др.).[4]

Никлас Луман[5] обратился к системно-теоретическим предпосылкам эволюции и предпринял попытку описания динамики эволюционирования всех важнейших сфер социальности. Под приведенной к системно-теоретическому основанию эволюцией он понимал аутопойетическое (внутрисистемное) осуществление структурных изменений, которые должны достичь успеха во внешнем мире. В качестве минимального условия эволюция предполагает приспособленность системы к внешнему миру. Такой подход применим для исследования демократии как формы политического устройства общества, которое может рассматриваться в качестве системы.

В конце ХХ века сформировалось такое направление политологических исследований как транзитология, предметом исследования которой стали  проблемы демократизации. Различные позиции в основном западных транзитологов (О`Доннелла, Т.Карл, Д.Растоу, С.Хантингтона, Ф.Шмиттера, Л.Пая, Х.Линца, А.Степана и других)[6] объединяет модель «демократического транзита» или «поставторитарного перехода». Западная «транзитология» имеет два измерения: первое, которое изучает «переходный период» и связано с понятием transition, и второе, которое рассматривает модель переходного периода, т.е. трансформацию политического режима - transformation. Среди исследователей наблюдаются значительные расхождения во взглядах на функционирование этой модели и составляющих ее элементов.

Среди отечественных политологов, ведущих исследования в рамках транзитологического подхода, следует отметить В.Гельмана, С.Елисеева, М.Ильина, А.Мельвиля, Л.Сморгунова и некоторых других.[7] Как показывает отечественная политическая практика, привычный транзитологический подход не даёт исчерпывающих объяснений посткоммунистическим трансформациям, происходящим в ряде стран, в том числе в России, в связи с чем накапливается комплекс противоречий между декларируемой демократией западного образца и реальной практикой политического устройства страны.

В политической науке существует много других методов, содержащих установки и критерии на определенное понимание и интерпретацию демократии. Следует отметить работы институционалистов Д.Норта, С.Хантингтона, Х.Линца, В.Меркель, А.Круассана, Д.Горовица,[8] а также В.Ачкасова, С.Патрушева, Б.Грызлова, П.Панова.[9]

Возникшие в России демократические институты рассматриваются с разных позиций. Так позиция универсализма предполагает для всех стран, желающих вступить на путь демократического развития, единые институты и практики. Позиция историзма свидетельствует о единичных исторических явлениях, пригодных, например, только для Европы, но не универсальных для других стран. Третья позиция исходит из следующей гипотезы: современные политические институты приспособлены к современной эпохе и могут рассматриваться в качестве универсальных только в рамках современности. Но функционируют эти институты с учетом национально-исторических особенностей. Новая же эпоха принесет с собой новые институты, приспособленные к новой исторической ситуации. Эта третья позиция, с нашей точки зрения, является наиболее перспективной. Институциональный подход характерен для работ таких исследователей как А.Медушевский, Ю.Нисневич, А.Белов, С.Елисеев, Б.Макаренко, С.Патрушев, Э.Шнайдер и др.[10]

Исторический метод, рассматривающий изучаемый объект как целостную систему, прошедшую различные этапы своего развития, исходит из смены этих этапов в силу объективных закономерностей. В рамках исторического подхода работали и работают А.Ковлер, И.Пантин, А.Салмин, В.Согрин.[11]

Исследователи, акцентирующие внимание на стабильности политической системы, зачастую отдают предпочтение структурному функционализму (Ш.Эйзенштадт).[12] Среди российских ученых, успешно работающих в этом направлении, следует выделить А.Дахина, Ю.Красина, А.Иванченко, А.Любарева, Е.Ясина.[13]

Третья волна демократизации дала толчок развитию сравнительного анализа демократических систем. Компаративный анализ успешно используется как зарубежными учеными (Д.Аптером, Г.Алмондом, А.Лейпхартом, Дж.Пауэллом, К.Стромом, Р.Далтоном, К.Бойме, Д.Берг-Шлоссером, Ж. де Меером и др.),[14] так и российскими (Л.Сморгуновым, Л.Селезневым, Г.Голосовым, Е.Борзовой, И.Бурдуковой, С.Пшизовой и др.).[15]

Политико-культурный подход эффективно используется в контексте посткоммунистических трансформаций для определения специфических особенностей демократизирующихся стран такими исследователями, как Г.Алмонд, Д.Растоу, Л.Пай, Г.Эрмэ и др.[16]

Актуализация демократического развития как наиболее предпочтительного во второй половине ХХ века способствовала новому осмыслению термина «демократия». Так как сама демократия эволюционирует, то не может не изменяться и интерпретация данного явления. Современные трактовки демократии различаются подходами к изучению тех или иных ее свойств, процедур, ценностей, среды, в которой она реализуется. Наибольшее распространение получили процедурный подход (С.Хантингтон, А.Пшеворский, А.Турэн, Г.Эрмэ, Ф.Шмиттер)[17], культурологический (Б.Бади),[18] нормативный (Р.Дарендорф)[19] и эмпирически-описательный (Б.Гуггенбергер).[20]

Политические исследователи при изучении демократии делают акцент либо на демократических институтах (Дж.Сартори, Х.Линц, А.Степан)[21], либо на демократических практиках (М.Паренти, В.Сергеев)[22], которые рассматриваются в качестве способа ограничения власти. Акцент в демократии на народовластии достаточно распространен в исследованиях Э.Хейвуда, М.Мэнделбаума.[23] Различные модели демократии описывали Р.Даль, Л.Даймонд, А.Лиджфарт, О`Доннелл.[24]

Так как эволюция демократии происходит в рамках тех политических, экономических, социальных, культурных, духовных и других особенностей, характерных для каждой страны, то распространенным направлением исследований стало изучение условий демократизации, которому посвятили свои работы С.Липсет, С.Хантингтон, К.-Р.Сен, Дж.Торрес, Т.Карл, Ф.Шмиттер, П.Меркл.[25]

Широкое распространение демократических преобразований во многих странах мира не означает беспроблемного развития этого политического явления. Демократия является хрупкой системой, и если не создавать соответствующих условий для ее поддержания, то она будет разрушена. Поэтому выявление причин, послуживших к откату от демократии, находится в центре внимания многих современных ученых (Ж.Бешлера, Н.Боббио, Ф.Шмиттера, Ш.Эйзенштадта, К.Оффе).[26] Будущему демократии посвятили свои научные труды отечественные исследователи Г.Вайнштейн, Г.Дилигенский, А.Ковлер, А.Олейник, В.Пантин, В.Иноземцев.[27]

Демократизация в России находится в центре внимания многих ученых как отечественных, так и зарубежных. Акцент в этих исследованиях делается на отличии демократизации России от западных стран, на специфических социокультурных предпосылках и традициях, особенностях мировосприятия и менталитета. В российской политической науке попытку осмысления демократизации предприняли А.Галкин, Б.Капустин, Ю.Красин, И.Пантин, В.Пантин, В.Лапкин, Е.Ясин.[28]

В 2000-х гг. получило распространение суждение о том, что демократия в России особая, основанная на политических традициях, исторически вызреваемых в недрах российского государства. Такую демократию стали называть сначала «управляемой», затем «суверенной». Развернувшаяся дискуссия затронула многих обществоведов и политиков – Ю.Красина, Г.Попова, В.Третьякова, В.Суркова, В.Никонова, Л.Полякова, А.Миграняна, Л.Сморгунова, А.Казанцева.[29]

Модель «суверенной демократии» вошла в противоречие с инновационным развитием, которое было объявлено российским политическим руководством в качестве приоритетного в ближайшие десятилетия. Современные тенденции в международной жизни определили вектор развития, связанный с информационным обществом и передовыми технологиями. Некоторые российские исследователи рассматривают инновационное развитие России в качестве национальной идеи.

Проблемы российской демократизации находятся в центре внимания многих зарубежных ученых, которые пытаются понять и объяснить формирующийся российский вариант демократии (Э.Каррер д`Анкосс, Л.Люкс, И.Крастев, Р.Пайпс, Р.Саква, Дж.Кьеза, А.Рар, Т.Грин).[30] 

Вопросы институционального строительства, федеративного устройства России широко отражали в своих научных исследованиях Г.Грибанова, А.Иванченко, А.Любарев, В.Никонов, А.Салмин, В.Гельман, А.Кулинченко, Б.Межуев, В.Пуляев, Э.Шнайдер, О.Зазнаев, В.Ковалев, М.Фарукшин, Н.Шестов.[31]

Характеризуя политический режим современной России, большинство исследователей указывают на его амбивалентность, предполагающую как демократические, так и недемократические методы осуществления власти. Выявлению основных черт российского политического режима посвятили свои исследования В.Иноземцев, А.Кива, Ю.Красин, М.Краснов, В.Пастухов, А.Соловьев, Л.Шевцова, Е.Шестопал, А.Яковлев.[32] Так как большинство исследователей отмечают персонализацию политического режима России, то предстоит еще изучить фактор новой конфигурации российской власти, возникшей после последних президентских выборов и связанной с тем, что признанный политический лидер теперь является по Конституции вторым лицом в государственной иерархии. 

Отличительной особенностью современного политического процесса является возможность политического плюрализма, заложенного в конституционных положениях. Формирование партийной системы стало важнейшей характерной чертой демократизирующейся России, что нашло отражение в исследованиях Б.Исаева, Я.Пляйса, Ю.Нисневича, Ю.Коргунюка, А.Понеделкова, А.Старостина, А.Кынева.[33] Однако следует отметить, что партийная система России еще формируется, поэтому необходимы новые исследования перспектив ее становления и развития.

Гражданское общество также занимает достаточно большое место в исследованиях российских ученых - В.Гуторова, В.Марахова, Л.Сморгунова, В.Сморгуновой, С.Перегудова, А.Хлопина, Т.Ворожейкиной, В.Витюка, Ю.Красина, А.Аузана.[34] Несмотря на проблемы в его становлении, большинство ученых склоняется к мнению, что гражданское общество существует и функционирует, но оно проходит лишь начальные стадии своего развития, в чем и заключается источник драматических противоречий российской действительности.

Ориентационный уровень политики является, по мнению многих исследователей, определяющим в процессе российской демократизации. Поэтому неинституциональному аспекту посвящены многочисленные работы российских ученых (М.Гефтер, К.Касьянова, О.Попова, Е.Шестопал, и многие другие).[35] Попытка выявить основные тенденции развития политического сознания в современной России предпринята в работах А.Артемова, О.Поповой, М.Урнова, В.Петухова, В.Лапкина, В.Пантина, Е.Башкировой, Т.Заславской, В.Никонова.[36]

Политическая культура современной России рассматривается в работах А.Ахиезера, Э.Баталова, Ю.Пивоварова, И.Мирошниченко, Т.Ермоленко, И.Глебовой.[37] Влияние российской политической культуры на импорт чужеродных институтов исследует в своих работах Г.Кертман.[38]

Интерпретация российской демократизации сквозь призму идеологии прослеживается в работах В.Гуторова, А.Чадаева, Т.Кутковца, И.Клямкина, Ю.Ирхина.[39] Идеологический дискурс исследован в работах В.Пуляева, Н.Сироты, С.Матвеевой, Г.Рормозера, А.Френкина, Ю.Красина, А.Погорельского, Б.Капустина, А.Левкина, Б.Славина.[40]

Следует отметить, что ориентационный уровень политики, несмотря на многочисленные публикации, изучен еще недостаточно, так как российское общество переживает период посткоммунистической трансформации, в результате которой меняется политическое сознание, политическая культура, происходит «сдвиг ментальности», и все это решающим образом влияет на процесс демократизации.

Обзор степени изученности темы диссертационного исследования свидетельствует о том, что демократия находится в центре внимания как зарубежных, так и отечественных политологов. По причине взаимосвязанности всех сфер жизнедеятельности общества возникают новые вызовы демократическому устройству государств, поэтому усилия политологического сообщества направлены на поиск путей для своевременного разрешения возникающих проблем.

Опыт российской демократизации составляет менее двух десятилетий, поэтому ее исследования отличает неоднозначность восприятия данного политического устройства и новой для России «формы жизни». Эта неоднозначность имеет как идеологическую, так и ментальную основу, что сказывается на изучении данного политического феномена в достаточно сложных социально-экономических условиях. 

Объект диссертационного исследования – современная демократия как форма политического устройства России. Предмет анализа – институциональные и неинституциональные (ориентационные) аспекты российской демократии.

Хронологические рамки исследования – с 1992 г. по май 2008 г. Анализ демократических институтов и практик осуществляется со времени распада СССР и образования современного российского государства до вступления на пост Президента России Дмитрия Медведева. Анализ неинституциональных аспектов демократии осуществлен благодаря историческим экскурсам, необходимым для понимания истоков политических ориентаций современного российского общества.

Цель диссертации – провести исследование российской демократии в процессе современных политических преобразований, затрагивающих все сферы жизнедеятельности общества.

Цель работы может быть достигнута благодаря решению следующих задач:

- анализу современных подходов к изучению демократии и авторской трактовке этого политического феномена;

- обоснованию использования эволюционного подхода в качестве методологической базы изучения политики и конкретно демократии;

- раскрытию возможности аутопойезиса как внутрисистемной адаптации демократических политических систем;

- определению зависимости между условиями, процедурными нормами и возможностью перехода к демократии;

- анализу перспективы эволюции демократии в связи с угрозами и вызовами современности;

- исследованию формирующейся российской модели демократизации;

- анализу демократических перемен в политической жизни России, связанных с переходом на инновационный путь развития;

- характеристике российской модели институционализации;

- анализу соответствия политической системы России демократическим институтам и практикам;

- выявлению основных тенденций в политическом режиме современной России;

- установлению характера эволюции российской партийной системы и перспективы развития гражданского общества;

- раскрытию взаимозависимости неинституциональных аспектов политики с ходом и направленностью российской демократизации;

- анализу востребованности российским обществом либеральных ценностей в контексте консервативной и социалистической идеологий.

Теоретическая и методологическая основа исследования. Демократия в данной работе рассматривается с позиции эволюционного подхода, сущность которого заключается в следующем. Изменения в политической системе, приводящие к селекции признаков, в большей степени соответствующих демократии в данной стране, на данном этапе ее развития, могут носить как целенаправленный, так и случайный характер. Отобранные признаки закрепляются в политической системе, что свидетельствует о ее аутопойетическом характере. Эволюционные функции – варьирование, селекция и рестабилизация – предлагают, отбирают и закрепляют новое состояние системы, адаптируя ее к изменившимся внешним условиям. Причем это новое состояние не всегда соответствует установившимся демократическим нормам. Находясь в постоянном развитии, самообновлении, демократии различных эпох существенным образом отличаются друг от друга. В то же время, во всех своих исторических формах демократия имеет общие сущностные черты, характерные для данного политического явления. Однако, самовоспроизводясь и видоизменяясь, эти черты трансформируются, дополняя демократию новыми характеристиками, влекущими за собой новое содержание. Таким образом, происходит развитие демократии и адаптация ее к новым политическим реалиям, исходящим из потребностей общества.

При исследовании использовались также исторический, сравнительный, структурно-функциональный, институциональный, политико-культурный методы и подходы.

Исторический метод позволил показать генезис и развитие демократии, включая конкретно-исторические условия ее формирования и функционирования. С помощью этого метода в работе рассматривается преемственность лучших традиций демократии от одной эпохи к другой, что, однако, не означает необходимости автоматического переноса в настоящее эффективных в историческом прошлом форм общественного развития. Тем не менее, поиск исторических корней имеет решающее значение при определении направления исследования.

Сравнительный метод позволил выявить общие закономерности и специфические черты развития различных форм демократии, характерных для различных стран, с учетом особенностей развития нации, религиозной конфессии, культуры и ее исторических аспектов. При сравнении различных институтов, процессов, систем, элементов, процедур, явлений обнаруживается нечто общее или различное между ними. Среди сравнительных методов предпочтение в данном исследовании было отдано case-study сравнению, которое применяется при анализе какого-либо политического феномена в отдельной стране в сравнении с другими странами.

Структурно-функциональный метод эффективен при исследовании политических систем. Структурный функционализм представляет общество как систему, включающую в себя устойчивые элементы, между которыми устанавливаются определенные связи, в совокупности образующие структуру системы. Каждый из элементов выполняет определенную функцию, необходимую для поддержания системы в целостности. Согласно этому методу общество (система) представляется как совокупность крупных элементов (подсистем), а также как совокупность отдельных позиций, занимаемых индивидами, и ролей, соответствующих этим позициям. Состояние и поведение крупных элементов и индивидов объясняется, прежде всего, потребностями в выполнении функций и ролей, вследствие чего главной задачей исследования является выявление элементов системы, их функций и способов связи между ними.

Политическая стабильность, установившаяся в России в последние годы, акцентировала внимание ученых на изучении проблем устойчивости и эффективности политических институтов, появившихся в процессе демократизации российского общества – института разделения властей, института президентства, законодательной, исполнительной и судебной властей, института выборов, института местного самоуправления, института гражданского общества. Возникший в 1980-х гг. «новый институционализм» является развитием институциональной традиции в современном варианте с учетом активизации человеческого фактора в политических процессах, что нашло отражение в отказе от описательности и учете результатов публичной политики, связанной с рациональностью индивида. Варианты неоинституционализма представлены в работе в виде нормативного институционализма, определяющего институты через нормы и ценности, различных подходов, основанных на рациональном выборе, сделанном акторами в условиях взаимозависимости, а также исторического институционализма, основанного на обусловленности исторически сложившихся институтов.

Политико-культурный подход актуализирует социокультурное измерение политики, позволяя преодолеть формально-юридическое понимание и традиционный подход к политике в терминах политической системы и ее институтов. Он стал возможен благодаря возрастанию роли культуры как ключа к объяснению явлений, исследуемых социальными науками и историей. Политико-культурный подход дал возможность определить, почему одинаковые по своей форме социально-политические институты действуют неодинаково в разных странах или же в силу каких причин те или иные институты оказались дееспособными в одних странах и совершенно неприемлемыми для других стран. Он позволил понять современную политику, обусловленную  традициями, представлениями, национальными мифами, существующими в сознании всех членов общества и помог соединить изучение формальных и неформальных компонентов политических систем с рассмотрением национальной политической психологии, политической идеологии и т. д.

Эмпирическая основа диссертации включает в себя виды источников, выделенных по критериям общности происхождения, содержания и назначения текста:

- Конституция Российской Федерации;

- законодательные акты органов государственной власти;

- послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации;

- документы политических партий федерального уровня;

- публичные выступления политических деятелей (речи, интервью, доклады);

- материалы периодической печати и публицистика (журнальные и газетные статьи);

- материалы социологических исследований;

- статистические данные.

Значительная часть перечисленных источников была заимствована из Интернет-ресурсов государственных органов власти, политических партий, социологических служб, сайтов информационных агентств.

Новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

- дана авторская трактовка эволюции современной демократии;

- демократия исследована с использованием системно-эволюционной теории Никласа Лумана, позволяющей рассматривать демократическую систему как аутопойетическую;

- дана авторская интерпретация субъективности процесса демократизации;

- раскрыта взаимосвязь между эволюцией демократии и ее поддержкой со стороны граждан;

- выявлена связь гражданского общества с формированием устойчивых демократических традиций;

- оценена перспектива демократии через взаимодействие политической сферы с остальными сферами жизнедеятельности общества;

- дана авторская оценка эволюции российской демократии;

- установлена периодизация трансформации политических институтов постсоветской России;

- выявлена роль политических лидеров в демократизации России;

- определены тенденции в политическом режиме современной России;

- дана оценка востребованности либерализма в России;

- оценена степень готовности российского общества к жизни в условиях демократических институтов;

- охарактеризованы тенденции трансформации политического сознания российского общества;

- дана авторская оценка влиянию российской политической культуры на демократизацию;

- выявлены и предложены пути решения проблемы российской демократизации в контексте планов на инновационное развитие общества и государства.

Теоретическая значимость результатов диссертационного исследования состоит в новом методологическом подходе к исследованию демократии как аутопойетической системы, эволюционирующей в зависимости от внешних условий. Автор исследует демократию через эволюцию как институциональных, так и неинституциональных аспектов политики, применяя данный метод к российской политической действительности.

Диссертант предлагает собственную интерпретацию институциональных изменений, перемен в ориентационной сфере политики, авторскую трактовку демократических инноваций в политической жизни России в контексте стратегических планов развития страны.

Практическая значимость результатов диссертационного исследования заключается в рекомендациях органам государственной власти проводить ответственную политику в интересах общества с учетом современных тенденций, направленных на сочетание ценностей свободы, равенства и справедливости, а также в необходимости усвоения политическими субъектами демократических ценностей и норм, способствующих открытой, прозрачной деятельности властных структур различного уровня.

Для политических партий и общественно-политических объединений является принципиально важным адаптировать свою деятельность в контексте планов на инновационное развитие общества и государства с учетом институциональных и неинституциональных перемен в российском политическом пространстве.

Материалы диссертационного исследования могут быть использованы в учебном процессе при преподавании дисциплин «Теория политики», «Сравнительная политология», «Политические отношения и политический процесс в современной России», а также в рамках учебы активистов различных политических партий и общественно-политических организаций. Положения и выводы диссертации могут представлять интерес также для научного сообщества политологов, социологов, государственных и муниципальных служащих.

Положения, выносимые на защиту:

1. Эволюция демократии свидетельствует о том, что ее качество и стабильность не являются постоянными. Они коррелируют с экономическими и социокультурными изменениями. Лишь при эффективных ответах на вызовы современности демократия может сохраниться как эволюционирующая, но сохраняющая основополагающие качества форма организации общественной жизни.

2. Примененная к политической практике системно-эволюционная теория Никласа Лумана позволяет рассматривать демократическую систему как аутопойетическую, характеризующуюся ее внутрисистемной адаптацией к социальной среде. При этом изменения элементов системы являются следствием ее отклоняющегося самовоспроизводства, которое может осуществляться как целенаправленно, так и случайно. В современное время возникают новые требования к системе, ответы на которые демократией еще не найдены. Однако вероятность демократизации повышается в случае убежденности общества в приоритете демократических ценностей. Этому способствует аутопойезис - внутрисистемная адаптация демократических политических систем. Внутрисистемная адаптация осуществляется с учетом социокультурных особенностей и подготовленности общества к тем или иным вариантам взаимоотношения с властью.

3. Попытки выявления причин перехода к демократии из всех возможных соединений экономических, социальных, культурных, национальных и международных факторов до настоящего времени не привели к созданию алгоритма демократизации, что подтверждает субъективный характер данного процесса, в котором нет компонентов, гарантирующих переход к консолидированной демократии.

4. Институционализация для демократии является имманентным компонентом, так как именно институциональная определенность является базовым демократическим принципом. Своевременная адаптация политических институтов возможна лишь при развитом институте политического участия, который формирует гражданина, оказывающего решающее воздействие на структуры власти с целью проведения ответственной политики в интересах общества, что придает легитимность демократическим преобразованиям.

5. Развитое гражданское общество является как источником, так и следствием политической и гражданской активности общества, образуя прочный фундамент демократии. Однако становление гражданского общества связано не столько с развитием демократии, сколько с формированием устойчивых традиций и культуры, основанной на уважении прав меньшинства и отдельной личности, толерантности, социальной ответственности.

6. Защита демократии в новых условиях нередко сопряжена с ограничениями самой демократии. Такие тенденции ставят на повестку дня вопрос о векторе дальнейшей демократической эволюции: либо произойдет коренной пересмотр демократических ценностей, либо разрушение ее либерального компонента, связанного с ограничением свободы и прав человека. Будущее демократии теперь связывается не только с демократией в политической сфере, но и в экономической, социальной, культурной и других областях жизнедеятельности общества. Становится очевидным, что по мере ослабления внешних проблем внутренние вопросы демократии выходят на первый план.

7. Эволюция российской демократии включает в себя как становление демократических институтов и практик, так и периоды авторитарных откатов, принимающих форму «управляемой демократии», «суверенной демократии», постепенно находя наиболее оптимальные способы взаимоотношения власти и общества.

8. Заложенные в российской Конституции постулаты в целом позволяют создать эффективную систему взаимоотношения властей, адаптируя ее к имеющимся российским условиям. В политическом поле России присутствуют все необходимые для демократического устройства институты, которым необходимо придать соответствующее содержание.

9. В российских условиях персонализации власти высокий уровень доверия населения является определяющим условием успеха реформ, проводимых политическим лидером. При политически пассивном обществе судьба демократического процесса находится в руках политической элиты. Способность и заинтересованность политических лидеров в демократизации является решающим фактором для продвижения демократии.

10. Споры о степени влияния демократических преобразований в истории нашей страны, о готовности или неготовности общества жить в условиях демократических институтов являются оправданием неэффективной деятельности власти. В случае неумения власти обеспечить наиболее приемлемый для общества порядок, самой быть примером в выполнении правовых и моральных норм, встает вопрос о некомпетентности данной власти, а не о ментальной неспособности людей к демократическому порядку.

11. Политическое сознание российского общества коррелирует с  социально-экономическими и политическими переменами в стране, а политическая культура, несмотря на сохраняющийся в значительной степени российский традиционализм, становится более восприимчивой к влиянию извне. Однако демократизация в России осуществляется не под давлением западных стран, а вследствие собственной социальной и культурной эволюции и трансформации внутренней политики. Готовность людей участвовать в политической жизни зависит от свободы выборов, эффективности деятельности власти и возможности повлиять на ее решения.

12. В России нет востребованности в классическом либерализме, но есть востребованность либерального как в консервативной, так и в социалистической части идеологического спектра.

13. Переход страны на инновационный путь развития способствует развитию демократии. Инновации охватывают все сферы жизнедеятельности общества, вынуждая власть становиться транспарентной и ответственной, что соответствует критериям демократии, важнейшей характеристикой которой является способность власти откликаться на нужды людей.

Апробация диссертационного исследования проведена в течение 1999-2008 гг. Основные положения и выводы диссертации аргументируются автором в 53 научных публикациях общим объемом 118,75 п.л., в т.ч. в 2-х монографиях и 7 статьях в ведущих рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК для публикации результатов докторских диссертаций.

Материалы и положения диссертации апробированы в выступлениях автора на следующих научных форумах:

III Всероссийском конгрессе политологов «Выборы в России и российский выбор» (2003 г., Москва), IV Российском философском конгрессе «Философия и будущее цивилизации» (2005 г., Москва), IV Всероссийском конгрессе политологов «Демократия, безопасность, эффективное управление: новые вызовы политической науке» (2006 г., Москва);

На международных научных конференциях: «Гуманизм, глобализм и будущее России» (2002 г., Санкт-Петербург), «Мировая политика и идейные парадигмы эпохи» (2003, Санкт-Петербург), «Глобализм и этносоциальные отношения в современной России» (2004 г., Санкт-Петербург), V международной научной конференции «Россия: тенденции и перспективы развития» (2004 г., Москва), «Современные проблемы межкультурных коммуникаций» (2005 г., Санкт-Петербург), 7-ой международной научной конференции «Государство и общество: философия, экономика, культура» (2005 г., Москва), «Ментальность этнических культур» (2005 г., Санкт-Петербург), «Вызовы глобализации в XXI веке» (2006 г., Санкт-Петербург), «Актуальные проблемы современного политического процесса» (2007 г., Санкт-Петербург), III Международной межвузовской научной конференции «Россия и современный мир: проблемы политического развития» (2007 г., Москва), IV Международной научной конференции «Россия и восток: проблема толерантности в диалоге цивилизаций» (2007 г., Астрахань),  «Новая Россия»: проблемы доверия в современном российском политическом сообществе» (2007 г., Москва), международной научно-практической конференции «Элиты и будущее России: взгляд из регионов» (2007 г., Ростов-на-Дону), «Трансформация политической системы России: проблемы и перспективы» (2007 г., Москва), «Мировая политика и идейные парадигмы эпохи» (2008 г., Санкт-Петербург), «Политика XXI века: преемственность и инновации в России и в мире» (2008 г., Санкт-Петербург);

На всероссийских научных конференциях: I Всероссийской научной конференции: «Сорокинские чтения-2004: Российское общество и вызовы глобализации (2004 г., Москва), Всероссийской научной конференции, посвященной 100-летию принятия закона о выборах депутатов I Государственной думы: «Сравнительное изучение парламентов и опыт парламентаризма в России: выборы, голосование, репрезентативность» (2005 г., Санкт-Петербург), Всероссийской научной конференции «Перспективы политического развития России» (2007 г., Саратов), Всероссийской научно-практической конференции «Образование как фактор формирования гражданского общества в современной России» (2007 г., Москва), IV Всероссийской научной конференции «Власть и общество в России: традиции и современность» (2008 г., Рязань);

На всероссийских теоретических семинарах: «Актуальные левые» в международном и российском политическом контексте» (2007 г., Санкт-Петербург), «Феномен новых партий и их влияние на электоральный процесс: российский и зарубежный опыт» (2007 г., Краснодар), «Политико-административные отношения: концепты, практика и качество управления» (2008 г., Санкт-Петербург), IV Всероссийский теоретический семинар «Политика развития, политико-административные отношения и режимы» (2008 г., Краснодар);

На научных конференциях: «Геополитическая доктрина России: реалии и проблемы выбора» (2004 г., Санкт-Петербург), «Реформы и власть в России: история и современность» (2004, Санкт-Петербург), «Российское общество и власть: проблемы взаимодействия» (2004 г., Санкт-Петербург),«Россия в мировом политическом процессе» (2005 г., Санкт-Петербург), «Реформы в России и Россия в реформирующемся мире» (2006 г., Санкт-Петербург);

На научно-методической конференции «Политическая культура современного российского общества: состояние и перспективы» (2002 г., Санкт-Петербург), научно-практическом семинаре «Роль политических коммуникаций в становлении российской демократии» (2003, Санкт-Петербург), научно-практическом семинаре виртуальной мастерской по сравнительной политологии РАПН (2004 г., Москва), научном семинаре «Аксиология российского консерватизма» (2004 г., Санкт-Петербург), межрегиональном обучающем семинаре в рамках образовательного проекта «Разработка и апробация методического обеспечения и повышение квалификации работников кафедр гуманитарных и социально-экономических наук по проблемам развития гражданского общества в Российской Федерации» (2007 г., Санкт-Петербург);

На круглом столе «Потенциал российского консерватизма: традиции и перспективы» (2005 г., Санкт-Петербург);

На Интернет-конференции «Демократия в информационном обществе: перспектива для России в свете международного опыта» (2004 г.);

На постоянно действующем межрегиональном семинаре по проблемам публичной политики (2004-2007 гг., Санкт-Петербург).

Структура исследования определяется поставленными задачами. Диссертация построена по структурно-функциональному принципу. Она состоит из введения, четырех глав, разделенных на параграфы, заключения и библиографического списка.

II. Основное содержание работы

 

Во введении обосновывается актуальность темы, характеризуется степень ее научной изученности, определяется объект и предмет, цель и задачи исследования, раскрывается его теоретическая и методологическая основа, аргументируется новизна, теоретическая и практическая значимость работы, формулируются положения, выносимые на защиту, оценивается апробация исследования и кратко характеризуется его структура.

Первая глава «Теоретико-методологические основы исследования демократии» состоит из пяти параграфов и аргументирует концептуальный замысел диссертации.

В первом параграфе первой главы «Исследовательская парадигма современной российской демократии» рассматриваются подходы к изучению демократии, которые с точки зрения автора наиболее актуальны для осмысления современной российской действительности, дается характеристика основным моделям демократии, а также приводятся современные интерпретации демократии.

Современные трактовки демократии различаются подходами к изучению тех или иных ее свойств, процедур, среды, в которой она реализуется, ценностей, которые она продуцирует. С середины 1980-х гг. в политической науке сформировалось новое направление политологических исследований – транзитология, предметом которой стали проблемы демократизации - процесс политических и социальных изменений, направленных на установление демократического строя.

Сейчас вполне очевидно, что транзитологические концепции не претендуют на универсальность. Для каждого этапа демократизации и для каждого региона имеется собственный алгоритм успешного перехода к демократии. Но в алгоритме управления данным переходом выявляются общие корреляционные связи, знание которых может быть полезно и с научной, и с практической точки зрения.

Специфические установки и критерии на определенное понимание и интерпретацию демократии содержат аксиологический, рационально-утилитарный, культурологический и другие подходы, которые используются при исследовании современной российской демократии.

Достаточно распространенной тенденцией среди исследователей является конструирование моделей демократии, которые берутся за основу при ее изучении. Анализ мажоритарной и консенсуальной моделей демократии свидетельствует о своеобразном восприятии демократии западным и незападным миром.

Демократия постоянно подвергается переосмыслению в зависимости от перемены внутренних и внешних обстоятельств, изменяющихся требований граждан, их ожиданий, активности и рациональной целесообразности. Поэтому демократия должна сочетать в себе не только наличие демократических институтов и соответствующих процедурных норм, но и разделяемые элитами и всеми гражданами общие ценности, способствующие демократическим преобразованиям, а также социальную ответственность власти, являющуюся основой ее легитимности.

Во втором параграфе первой главы «Эволюционный подход как методологическая основа изучения политики» акцентируется внимание на тесной взаимосвязи политики, являющейся организующим началом общества, с социальной сферой. Одна из самых распространенных теорий изучения природы и общества является эволюционная теория, основой которой явились трансформизм, ламаркизм и затем дарвинизм.

Под эволюционной теорией понимают комплекс знаний об общих закономерностях и движущих силах исторического развития живой природы. Основой эволюционной теории служит утверждение о том, что все ныне существующие организмы произошли от ранее существовавших путем длительного их изменения под воздействием внешних (экзогенных) и внутренних (эндогенных) факторов.

Герберт Спенсер первым попытался применить законы эволюции к человеческому обществу. Он рассматривал научную картину мира сквозь призму учения об эволюции, пытаясь раскрыть ее универсальные формы и закономерности протекания, характерные как для развития живой и неживой природы, так и для общества, а также составляющих его индивидуумов. Опираясь на исследования английского мыслителя,  можно утверждать, что социальная эволюция составляет часть эволюции вообще по причине существования прогресса по направлению и достижению большего объема, большей связности, большего многообразия и большей определенности.

Политическая эволюция рассматривается Г.Спенсером в контексте превращения небольших бессвязных социальных агрегатов в агрегаты большие и связные, которые, интегрируясь, переходят от однообразия к разнообразию, совершают переход от неопределенности политической организации к ее определенности.

К идеям эволюционизма обращались и обращаются многие современные ученые – Т.Парсонс, П.Сорокин, Э.Гидденс, Х.Классен, К.Холлпайк, Р.Карнейро и др. Эволюционный подход применяется для исследования самых разнообразных аспектов естественноисторического процесса. Универсальный характер данного подхода позволяет рассматривать как явления природного характера, так и связанные с жизнью общества. Современная жизнь людей проходит в рамках государств, которые являются результатом эволюционного развития общества и которые продолжают эволюционировать. Политические институты адаптируются к изменяющимся внутренним и внешним условиям, политические режимы преобразуются в более открытые, допускающие процедуры для урегулирования разногласий как между людьми, так и между политическими институтами и обществом в целом. Все эти изменения можно изучать через призму эволюции как самого общества, так и его политической сферы.

Третий параграф первой главы «Системно-эволюционная теория Никласа Лумана в контексте изучения демократии» посвящен анализу эволюционного подхода к исследованию обществ, предложенного немецким ученым Н.Луманом и описывающего динамику эволюционирования всех важнейших сфер социальности, в т.ч.  политики.

Эволюционная теория Никласа Лумана применительно к политической практике позволяет рассматривать демократическую систему как аутопойетическую систему, в которой действуют три эволюционные функции: варьирование, селекция и рестабилизация. В процессе варьирования происходит изменение элементов системы, заключающееся в неожиданной коммуникации. Селекция связана со структурами системы, в ходе которой осуществляется отбор таких изменений, которые могут оказывать воздействие на направляющие линии коммуникации. Рестабилизация закрепляет новое состояние эволюционирующей системы независимо от ее направленности – позитивной или негативной – по отношению к внешнему миру.

Изменения элементов системы являются следствием ее отклоняющегося самовоспроизводства, которое может осуществляться как целенаправленно, так и случайно. Так поиск наиболее эффективного народного правления с течением времени привел к созданию представительных органов власти, которые, с одной стороны, формируют правила игры, с другой – контролируют правительства. Именно такое изменение было отобрано селекционной функцией и закреплено в практике демократических систем. Теперь возникают новые требования, ответы на которые демократией еще не найдены.

Если рассматривать демократию через призму постоянного развития, то все демократии мира, как консолидированные, так и не устоявшиеся, могут стать более демократичными. Но демократические перемены могут осуществляться в разных направлениях – как в сторону большей демократизации, так и в противоположном направлении. Если общество убеждено в приоритете демократических ценностей, то вероятность движения в сторону большей демократизации существенно возрастает, чему способствует аутопойезис - внутрисистемная адаптация демократических политических систем.

Для аутопойетических систем состояние приспособленности является предпосылкой, а не результатом эволюции, так как эволюция разрушает свой материал, если она более не способна гарантировать состояние приспособленности. Аутопойезис – это самовоспроизводство в изменении, развитии, способность системы воссоздавать свои основные компоненты, обеспечивая их связанность и упорядоченность, поддерживать собственную идентичность, производить внутрисистемные изменения, обеспечивать появление новых элементов и связей.

Демократическая политическая система может эффективно адаптироваться к внешнему миру, что в конечном итоге приводит к консолидированной демократии, или может распадаться в случае неприспособленности системы. И те, и другие тенденции имели место в развитии общества на протяжении последних двух с половиной тысячелетий.

Современная демократия основывается на разнообразной природе человека, которая развивается, видоизменяясь и преобразуясь. В демократии люди могут использовать то, что им окажется полезным для развития личности, благодаря тем возможностям, которые она предоставляет. Поэтому демократия – это такой феномен, который находится в постоянном развитии, самообновлении. Демократии различных социальных эпох значительно отличаются друг от друга: демократия Античности не тождественна демократии Средневековья, от которой в свою очередь принципиально отличается демократия Нового времени. Демократия в XXI веке также будет иметь свои особенности, которые только начинают проявляться, проходя стадию селекции и рестабилизации.

В то же время во всех исторических проявлениях демократии имеются общие сущностные черты, характерные для данного политического явления и позволяющие их соотнести с демократией. Однако, самовоспроизводясь и видоизменяясь, эти черты трансформируются, дополняя демократию новыми характеристиками, влекущими за собой новое содержание. Таким образом, происходит развитие демократии и адаптация ее к новым политическим реалиям, исходящим из потребностей общества.

В четвертом параграфе первой главы «Эволюционные универсалии демократии» проанализированы политические, экономические, социальные, культурные, духовные и другие особенности, характерные для каждой страны. 

Эволюционные функции варьирования, селекции и рестабилизации в значительной степени зависят от тех условий, которые складываются в демократизирующихся государствах. В качестве таких условий выступают эволюционные универсалии демократии - социально-экономические, политические, институциональные, культурные, международные факторы и процедурные нормы, которые способствуют демократической эволюции. Попытки выявления причин перехода к демократии из всех возможных соединений эволюционных универсалий до настоящего времени не привели к созданию общего закона демократизации, что подтверждает субъективный характер данного процесса, в котором нет компонентов, гарантирующих переход к консолидированной демократии.

Эволюции подвергаются, прежде всего, политические институты, которые путем совершенствования своей структуры и функций адаптируются к постоянно изменяющимся условиям сложно структурированного современного общества. Институционализация для демократии является имманентным компонентом, так как именно институциональная определенность является базовым демократическим принципом.

Признавая важность сохранения и развития демократических институтов, научное сообщество прилагает большие усилия для  исследования данного политического феномена. Один из важнейших демократических институтов - институт политического участия формирует гражданина, оказывающего решающее воздействие на институты власти с целью проведения ответственной политики в интересах общества. Необходимым условием эффективной деятельности данного института является политический плюрализм и правовой характер государства.

Большинство исследователей единодушны в том, что стабильность демократии зависит от глубокой и широко укорененной поддержки со стороны граждан. Демократии, которые не обладают таким основанием для легитимности, не стабильны. Демократические политические режимы, которым в течение длительного времени не удается выполнить возложенные на них ожидания, могут потерять свою легитимность, а следовательно могут перестать существовать.

Политический режим является демократическим только в том случае, если он представляет интересы широких слоев населения. Политическая элита должна править в интересах большинства общества, а не для выгоды привилегированного меньшинства. Демократия исходит из ценности каждого человека, поэтому стремится к созданию цивилизованных условий жизни для всех граждан не зависимо от богатства и таланта.

Демократия предполагает наличие гражданского общества, так как способна эффективно функционировать только при активных, инициативных гражданах.Как свидетельствует мировой опыт, развитое гражданское общество является как источником, так и следствием политической и гражданской активности общества, образуя прочный фундамент демократии. Однако становление гражданского общества связано не столько с развитием демократии, сколько с формированием устойчивых демократических традиций и культуры, основанной на уважении прав меньшинства и отдельной личности, толерантности, социальной ответственности. Гражданское общество не может быть просто заимствовано, оно должно вырасти на основе традиционной культуры, по мере экономического и политического развития страны, роста благосостояния и самосознания народа.

В пятом параграфе первой главы «Перспективы эволюции демократии» рассматриваются проблемы демократии, разрешение которых является необходимым условием ее эффективного функционирования.  

Развитие современной демократии сталкивается с угрозами и вызовами, которые связаны с глобализацией общества, распространением террористической угрозы, этническими конфликтами, что приводит к серьезным изменениям в функционировании установившихся демократических институтов. Защита демократии в новых условиях нередко сопряжена с ограничениями самой демократии. Такие тенденции ставят на повестку дня вопрос о векторе дальнейшей демократической эволюции: либо произойдет коренной пересмотр демократических ценностей, либо разрушение ее либерального компонента, связанного с ограничением свободы и прав человека.

Будущее демократии теперь связывается не только с демократией в политической сфере, но и в экономической, социальной, культурной и других областях жизнедеятельности общества. Становится очевидным, что по мере ослабления внешних проблем внутренние вопросы демократии выходят на первый план. Чтобы демократии справиться с ними, необходимо каждодневно доказывать состоятельность демократической формы правления и политического режима, основанного на тех ценностях, которые позволяют людям оставаться акторами политического процесса, ограничивающего безмерные аппетиты власти.

Несмотря на несовершенство демократии, как свидетельствует общественная практика, человечество не создало более эффективной формы правления, которая, постоянно совершенствуясь, адаптируется к изменяющимся условиям. Джон Мюллер предлагает «перестать желать от демократии невозможного и признать, что она реально не осуществима, оставаясь прекрасной, но недостижимой мечтой».[41]

Подтверждением тому является несовершенство демократии в XXI веке, которая вновь переживает сложные времена, так как новые вызовы современности, кризис прежних устоявшихся ценностей и механизмов взаимодействия государства и общества требуют иного, современного подхода к решению возникающих проблем. Однако неспособность демократии эффективно решать все вопросы современной жизнедеятельности не является приговором ей, по выражению Дж.Сартори, как «негодной» политики. Это лишь доказательство необходимости ее дальнейшего совершенствования, которое осуществляется, в том числе, эволюционным путем. Поиск новых форм, методов управления может осуществляться как случайно, так и целенаправленно, но результаты отбора заранее не известны и не предопределены. Внутрисистемная адаптация осуществляется с учетом социокультурных особенностей и подготовленности общества к тем или иным вариантам взаимоотношения с властью.

Вторая глава «Эволюция российской демократии», состоящая из трех параграфов, характеризует формирующуюся модель российской демократии с учетом влияния на процесс демократизации внутри- и внешнеполитических факторов.

Первый параграф второй главы «Формирование российской модели демократизации» выявляет особенности российского демократического процесса.

В России потребность в демократическом устройстве вызревала иначе, чем в странах Запада, где на основе потребности в свободе происходила либерализация общественных отношений, которые диктовали необходимость формирования демократических институтов, смягчающих последствия либерализации - раскол общества на богатых и бедных. В результате утверждалась политическая свобода для всех членов общества.

Исходя из анализа третьей волны демократизации, ряд ученых склонны полагать, что демократия утверждается в обществе только тогда, когда произрастает из его недр, собственных социокультурных предпосылок и традиций, особенностей мировосприятия и менталитета. Опыт политического развития стран демонстрирует всю неоднозначность и противоречивость этого процесса. В ряде стран демократизация привела к установлению далеко не демократических режимов, что свидетельствует о неспособности демократических институтов многих стран адаптироваться к ее западному варианту.

Российская демократия в народном представлении – это не участие населения в государственной власти, а, прежде всего, экономическое освобождение. При этом целесообразность политических свобод ставится в прямую зависимость от решения экономических и социальных задач.

Актуальным для России и других демократизирующихся стран является исторический урок «насаждаемой демократии», свидетельствующий о том, что демократию нельзя установить недемократическим путем. Следует отметить, что попытки принудительного внедрения демократии дискредитируют сами демократические идеалы, что негативным образом сказывается на дальнейшей демократизации.

Особенности политического развития свидетельствуют о своеобразной адаптации России к вызовам современности, которая наряду с определенным экономическим вектором меняет политический контекст модернизационного процесса, способствуя его реализации. Российская демократизация носит в значительной степени имитационный характер, что явилось следствием отсутствия в стране достаточных внутренних предпосылок для возникновения новых политических институтов и наполнения их соответствующим нормативно-ценностным содержанием. Это приводило к возникновению формальных учреждений, имитирующих и копирующих западные образцы.

Тем не менее, можно с высокой долей вероятности утверждать, что в современной России, впервые за всю историю ее развития складываются в достаточном объеме предпосылки для демократии, поэтому «объективно общество подготовлено к демократии».[42]

Становление демократии, предполагающее определенную систему прав и свобод, развитие политических институтов, формирование образа жизни, является долгим историческим процессом, который не идет прямолинейно. Российская демократизация также проходит периоды увлечения авторитаризмом, «управляемой демократией», «суверенной демократией», постепенно находя наиболее оптимальные способы взаимоотношения власти и общества.

Во втором параграфе второй главы «Свобода как условие политического развития России» оценена возможность и потребность людей в свободном развитии.

Россия находится на пути создания общества, которое ставит в центр своего внимания человека, его интересы и проблемы. Свобода является важнейшим элементом как общественного благосостояния, так и политического могущества, так как через решение проблем личности, общества реализуются общенациональные задачи. Однако практика современного государственного строительства свидетельствует о том, что граждане не только не дорожат свободой, но и зачастую не умеют ею распорядиться, вследствие чего повсеместно наблюдается засилье бюрократического аппарата, препятствующего проведению демократических реформ. Чрезмерное развитие административной системы неизбежно грозит существованию свободы, потому что административные учреждения занимают или пытаются занять позицию монополий в своей области и являются препятствием любой попытке частной инициативы. Власть всегда стремится расширить ареал своей деятельности, поэтому общество должно указать четкие границы ее полномочий.

Принципиально важным для России является определенное соотношение свободы и равенства. В случае превосходства свободы над равенством происходит резкая дифференциация общества, что приводит к отказу граждан от свободы в пользу социально ориентированной государственной политики.

Объективно-исторические условия свидетельствуют о том, что в русской истории потребности в индивидуальной свободе не было. Одной из причин индифферентного отношения к свободе является своеобразный идеал управления для российского человека, который заключается в сильной единоличной власти. Кроме того, исторически свободное выражение мысли в России беспощадно подавлялось.

Свобода для российского гражданина в современной политической жизни – это свобода от нужды, от чиновничьего произвола, от коррумпированной власти, от государственного принуждения, от сложившихся за многие годы во многих поколениях стереотипов, препятствующих развитию инициативной личности, способной решать задачи самостоятельно без опоры на государство.

Представляется очевидным, что развитие современного российского государства невозможно без свободного гражданина, разумно сочетающего в себе и в жизни свободу и ответственность. Активная созидательная личность является необходимым условием политического развития России, личность, для которой стремление к свободе, к самораскрепощению будет сопровождаться повышением эффективности и ответственности политической власти, что, в конечном счете, позволит создать государство, способное предоставить людям свободу для развития своих способностей и потенциальных возможностей.

В третьем параграфе второй главы «Развитие демократии в контексте инновационного развития России» выявлены основные проблемы российской демократизации в контексте заявленных стратегических планов развития страны.

В условиях инновационного развития общества существует объективная потребность в расширении политического поля, допуске к участию в принятии политических решений различных политических и социальных субъектов, отказе от политического монополизма, какими бы благими намерениями он ни оправдывался. Принципиально важным является для России смена персоналистской парадигмы управления на институциональную, а личностный фактор может быть использован для повышения эффективности деятельности политических институтов. Вектор развития России как открытой страны направлен в сторону свободного развития и не может определяться лишь одной политической силой. Появление новых идей, моделей, концепций в рамках политической модернизации, как правило, носят случайный характер, поэтому, в случае адекватной реакции на окружающую действительность с учетом социокультурных особенностей могут как органично восприниматься обществом и внедряться в политическую практику, так и отвергаться в случае существенного расхождения.

На первый план в ближайшем будущем выходит решение следующих проблем:

- создание спроса на демократию;

- публичное обсуждение общественных проблем;

- социально-ориентированный курс;

- отношение к власти как к сервису;

- правовое сознание;

- демократическая институционализация;

- формирование гражданственности.

В условиях инновационного развития общества основой для продвижения страны по пути модернизации может стать только сильная демократия наряду с решением перечисленных задач.

Модернизация России состоит в принятии обществом не только новых социально-экономических условий или формы политического устройства, но и нового типа социокультурного развития, способствующего эффективному решению современных проблем, и адаптации общества к динамично развивающемуся миру. Инновации в политической жизни невозможны, если они не будут восприняты населением. Общество отвечает на действия властей либо безмолвным молчанием, характерным для подданнической культуры, либо активным заинтересованным воздействием на властные структуры. Для решения амбициозных задач, заявленных властью, возможен только второй вариант.

Политическая элита, принявшая решение об инновационном развитии страны, исходит из необходимости изменить приоритеты и создать в стране комфортные условия для проживания. Эффективно работать может только такая власть, которая находится под контролем общества, а для этого должны быть созданы соответствующие условия, прежде всего, открытость власти и потребность людей во влиянии на политические институты. В современном сложнодифференцированном обществе невозможно эффективно решать вопросы без учета интересов широких социальных слоев, что возможно лишь при наличии развитой системы социального представительства. Инновации охватывают все сферы жизнедеятельности общества, вынуждая власть становиться транспарентной и ответственной, что соответствует критериям демократии, важнейшей характеристикой которой является способность власти откликаться на нужды людей.

Третья глава «Политические институты российской демократии» состоит из четырех параграфов и рассматривает институциональную составляющую российской демократии.

В первом параграфе третьей главы «Институционализация в России: особенности национальной модели» характеризуется анализ институциональных изменений в постсоветской России.

Власть, чтобы быть легитимной, вынуждена подстраиваться под ожидания людей, и проводить свою политику, сверяясь с общественным барометром. Поэтому курс, проводимый в последние годы, направленный на политическую и экономическую стабильность, решение социальных проблем, усиление роли России на международной арене поддерживается большинством граждан, так как отвечает потребностям общества. Успехи по обозначенным направлениям являются основой легитимности власти в обозримом будущем и свидетельствуют о высоком доверии к ней со стороны населения.

Исходя из ожиданий общества, власть строит такую модель политических институтов и практик, которая в большей степени соответствует выдвигаемым ею целям развития. Эффективно функционирующие институты, поддержанные обществом, сохраняются, продолжая работать, в отличие от институтов, не соответствующих ожиданиям людей, над судьбой которых власть вынуждена задуматься.

В российских условиях низкой политической активности общества государство само инициирует создание политических институтов, с его точки зрения необходимых для демократического развития. Принципиально важным является не слепое копирование институтов западной демократии на российскую почву, а совмещение наших национальных традиций с фундаментальным набором демократических ценностей.

Трансформация политических институтов постсоветской России может быть подразделена на несколько основных периодов, связанных с приоритетами в развитии страны:

1. Переход от авторитарного советского режима перестроечного времени к свободному обществу с рыночной экономикой и демократическими методами формирования власти (1991-1998 гг.).

2. Переход от олигархического к государственному капитализму, укрепление государственности (1998-2004 гг.).

3. Формирование политических институтов, призванных обеспечить претензии России на статус «великой державы» и реализацию идеи суверенной демократии (2005 – 2007 гг.).

4. С февраля 2008 г. политическим руководством страны  заявлено о переходе к новому этапу, связанному с инновационным управлением и развитием человеческого потенциала.

В результате анализа институциональных изменений в постсоветской России, можно сделать следующие выводы.

1. В России сложилась элитарная модель демократии, характерная особенность которой заключается в добровольной передаче элите права руководить политическим процессом. По­литическое участие народа ограничено выборами вследствие того, что боль­шинство граждан иррационально, некомпетентно и имеет неустойчивые предпочтения.

2. Политическая элита создает институты сообразно целям развития, которые сама же и намечает.

3. При эффективном решении существующих проблем  повышается поддержка политической элиты со стороны общества, возрастает легитимность власти, равно как и некритическое отношение к ней, связанное с возрастающей верой в ее непогрешимость.

4. В условиях политической инфантильности населения идеализация власти приводит к усилению авторитарных тенденций в управлении обществом.

5. Социально-экономическое развитие способствует увеличению числа активных образованных граждан, пополняющих ряды гражданского общества, критично воспринимающего издержки власти. Формирующиеся институты становятся симбиозом уже укоренившихся в стране западных демократических ценностей, с одной стороны, и традиционного отношения к политической жизни - с другой.

Дальнейшая модернизация страны предполагает совершенствование политических институтов и практик, приведение их в оптимальное соответствие избранной стратегии, что станет результатом эволюционного развития общества.

Второй параграф третьей главы «Политическая система Российской Федерации» оценивает характер российской политической системы.

Современная политическая система России в конце ХХ – начале ХХI вв. приведена в соответствие со стандартами современной демократии. Однако такой набор импортированных институтов вошел в противоречие с российской политической культурой, характеризующейся регламентацией социальных отношений «сверху» и патерналистским отношением общества к государству. В результате вместо действенного контроля за государственными структурами в современной политической практике продолжается персонификация власти и слепая вера в ее непогрешимость.

Институциональный аспект российской демократизации строится на базе Конституции, которая является пока в большей степени декларативным, чем реально функционирующим правовым документом. Однако заложенные в ее основе постулаты в целом позволяют создать эффективную систему взаимоотношения властей, адаптируя ее к имеющимся российским условиям. В политическом поле России присутствуют все необходимые для демократического устройства институты. Остается наполнить их соответствующим демократии содержанием.

Возникшая в России политическая система стабильно работает при условии популярности политического лидера и доверии к нему со стороны народа.  И, наоборот, при снижении привлекательности власти для общества, возникают серьезные сбои, которые, чаще всего, преодолеваются нелегальными, а часто и нелегитимными методами.

Политическая ответственность является определяющей составляющей эффективной политической системы. В современной российской ситуации представляется крайне важным исключение возможности перекладывания ответственности за принятые решения на другие политические институты. В данном случае должна быть ясность, какой политический институт отвечает за те или иные принятые решения, и с какой политической партией следует ассоциировать проводимую политику. Существующие механизмы в современной российской Конституции позволяют без ее изменения создать ответственное правительство и работоспособный парламент при  условии ответственности за деятельность обоих политических институтов той политической партии, которая получила поддержку большинства населения на выборах в Государственную Думу.

Исходя из сочетания конституционного оформления и политической практики современной России, можно сделать вывод о промежуточном характере республиканского устройства между президентско-парламентской и президентской формами правления. На такой характер формы правления доминирующее влияние оказывает личностный фактор главы государства. Складывающаяся политическая ситуация позволяет предположить, что в новой конфигурации власти правительство станет более самостоятельной структурой и тогда форма правления приобретет классический президентско-парламентский вид.

Демократиза­ция общественной жизни в России требует федерализации отношений между центром и регионами. Федерализм - это залог целостности государства, так как регионам незачем стремиться к отделению от России, если им уже гарантировано самостоятельное развитие. Возрождению российского федерализма будет способствовать демократизация политического режима и активизация гражданского общества. Реальный российский федерализм должен представлять собой территориальную форму демократии, строгое разграничение функций и собственности между федеральной и региональной властями, все большую передачу властных функций и финансов для их выполнения из центра в регионы вместе с ответствен­ностью за реализацию полномочий и использование средств.

Третий параграф третьей главы «Политический режим современной России» содержит характеристику функциональной составляющей политической системы, реализующейся через методы осуществления власти.

В рамках российской политической системы уживаются как демократические, так и недемократические методы осуществления власти, что позволяет говорить об амбивалентности современного политического режима. Вполне очевидно, что этот режим не может быть описан только с помощью характеристик «авторитаризм» и «демократия».

Особенностью современного развития России является возникновение режима, для которого интересы государства и общества далеко не всегда совпадают. Это означает, что общественная власть на этом этапе не имеет эффективной политической структуры. Такой режим называют гибридным или переходным - обладая признаками демократии, он еще не является демократическим.

Чем более институционализирована политическая система, тем более упорядочено государство, которое угрожает гибридному, относительно автономному режиму. В постсоветской России политическая интеграция происходила на уровне режима, а не на уровне политической системы. В то время как политическая система регулируется конституционными нормами, законами, судебными решениями, режим действует в зависимости от личных связей, покровительства и попыток сохранить свою автономию. Поэтому создание политических институтов не сопровождалось институционализацией политических процессов.

Политический режим при первом Президенте России не был диктаторским, но в то же время демократическим его назвать сложно. Его иногда называют демократическим по форме, но авторитарным по содержанию. Политическая власть, осуществляемая в России в 1990-е гг., не использовала методы традиционного авторитаризма, а имеющий место политический режим не мог себя изолировать от некоторых черт современной либеральной демократической политики таких, как критика со стороны СМИ, парламентский надзор, а также выборов. В то же время политика в последнем десятилетии ХХ в. основывалась на классических постулатах либеральной демократии и рыночной экономики, поэтому имела двойственный характер: в ней уживалось отсталое командное управление старого типа, бюрократическое регулирование экономики и передовая политика, направленная на подлинное разделение властей, отделение политики от экономики, подчинение политики закону и свободные выборы. Не препятствуя дальнейшему развитию демократии, власть в радикально новых формах воспроизводила практику прошлого. Рождающаяся новая общественно-политическая реальность несла в себе сложный сплав частично преодоленных, а частично преобразованных традиций прошлого.

В условиях, когда общество оказалось социально и идеологически расколотым, в качестве основы государственной политики В.Путиным был избран принцип «социального контракта» - консолидации государства, бизнеса и общества, который позволял ему, с одной стороны, не отказываться от социальных обязательств перед гражданами, с другой стороны, - от постулатов либеральной идеологии.

В.Путин действительно пользуется популярностью, так как восстановил в России традиционную модель управления: автократическое государство, где граждане освобождены от ответственности за политические решения, а для укрепления единства используются, в том числе, образы иностранных врагов.

Усиление авторитарных тенденций в политическом режиме России обусловлено принятой в 1993 г. Конституцией, в которой перераспределение полномочий явно смещено в сторону президента и испол­нительной власти. Реальные рычаги воздействия на его политику у других ветвей власти серьезно ограничены. Тенденции к авторитаризму также усиливаются, когда перед обществом стоят качественно новые задачи, требую­щие времени и большого напряжения всех социальных ресурсов.

Для усиления в России демократических тенденций необходимо проведение реформ, имеющих положительный результат для большинства людей: реформы административно-государственного аппарата, создание условий для эффективного функционирования малого и среднего бизнеса, реформы местного самоуправления, здравоохранения и образования, пенсионной и судебной реформы. Следует также отметить, что здоровый государственный кон­серватизм, помноженный на гражданский консенсус, - это те ценности, приоритет которых для современной России безусло­вен в плане демократизации ее политического режима.

Четвертый параграф третьей главы «Становление партийной системы и формирование гражданского общества» посвящен анализу  конфигурации складывающейся партийной системы и специфике гражданского общества в России.

Многопартийность является неотъемлемым эле­ментом демократической системы, поэтому процесс зарождения, становления и развития политических партий рассматривается в контексте процесса демократизации. Следствием многопартийности является существование политической оппозиции, деятельность которой оказывает весомое влияние на функционирование власти.

Динамика партийной системы отражает социально-экономические и политические процессы, происходившие в современной России. В 1990-е гг. в стране сформировалась партийная система, основанная на конкуренции, однако впоследствии управление политическим процессом со стороны власти подорвало сложившийся политический баланс. В формировании партийной системы стали активное участие принимать государственные структуры, которые, используя административный ресурс в собственных политических интересах, оказывали определяющее влияние на формирование партийной системы в целях укрепления своего господствующего положения и нейтрализации возможных политических оппонентов. В этих целях, как правило, в предвыборный период стали формироваться политические объединения, ставящие перед собой в качестве главной цели поддержку проводимой государственной политики. Такие объединения стали именовать «партией власти».

Несмотря на то, что в России проводятся выборы и существует свободная печать, говорить о развитой демократии не приходится. Такое возможно потому, что голосование в нашей стране не может рассматриваться в качестве средства контроля граждан над правителями. Выборы у нас воспроизводят ту власть, которая уже есть, причиной чему является деятельность скрытых структур. Поэтому выборы в России не порождают подотчетную обществу власть, реагирующую на общественные нужды. У людей возникает равнодушие к демократии, так как государство неспособно обеспечить выполнение своих законов и повысить ответственность правительства перед гражданами.

В тоже время следует отметить, что эволюция партийной и избирательной системы осуществляется с учетом особенностей российской политической культуры, основанной на традиционном восприятии государственной власти. С достаточно высоким уровнем вероятности можно прогнозировать, что отношение общества к демократии коррелирует со свободой выборов и эффективностью избираемой власти. Закрепляться и завоевывать право на существование будут такие перемены, которые в ходе политической практики будут отобраны и восприняты обществом, что в конечном счете и определит окончательные правила игры между политическими силами. Говорить о степени демократичности можно лишь с учетом реального решения проблем российского общества и эффективности правления государством.

Развитие гражданского общества определяется характером  взаимодействия с политической системой. При условии создания социальной базы в политической системе, освобождении многочисленных общественных организаций от бюрократического патернализма можно говорить о зрелом характере гражданского общества, которое способно влиять на общественно-политические процессы, привнося в него гражданскую активность населения.

Свободное общество может быть построено только в том случае, если в этом заинтересовано большинство его членов. Обязанность государства - в создании условий для того, чтобы от свободы выиграло максимально возможное число граждан - не только богатые и сильные, но также бедные и слабые. Такой подход разделяется большинством современных политических сил, которые ориентируются на проведение реформ в интересах всех без исключения граждан России, а не только преуспевающего меньшинства.

В целом имеющиеся тенденции в развитии гражданского общества дают основания для умеренно оптимистической оценки перспектив общественного развития страны, связанной с повышением активности людей в общественной жизни и их заинтересованности в реализации своих интересов, направленной на институты политической системы.

Четвертая глава «Российская демократия: неинституциональный аспект» состоит из трех параграфов и основывается на политико-культурном подходе к изучению демократического процесса в России.

В первом параграфе четвертой главы «Политическое сознание и политический менталитет современного российского общества» выяснены тенденции в трансформации российского политического менталитета и политического сознания граждан.

Неинституциональная составляющая российской демократии является наиболее спорной, и потому противоречивой в исследованиях ученых. Споры о степени влияния демократических преобразований в истории нашей страны, о готовности или неготовности общества жить в условиях демократических институтов являются оправданием неэффективной деятельности власти. Российские граждане, так же как и население других стран, живет по тем правилам, которые формирует и поддерживает государственная власть. В случае неумения власти обеспечить наиболее приемлемый для общества порядок, самой быть примером в выполнении правовых и моральных норм, встает вопрос о некомпетентности данной власти, а не о ментальной неспособности людей к демократическому порядку.

Политическое сознание российского общества коррелирует с социально-экономическими и политическими переменами. Готовность людей участвовать в политической жизни зависит от эффективности деятельности власти и возможности повлиять на ее решения. Каждый российский гражданин, осознавая политические изменения, делает для себя соответствующие выводы, которые являются основой для его дальнейшего восприятия власти и политического поведения. Имея социально-групповую природу, индивид вносит коррективы в субъективное понимание политической реальности, исходя из социальной принадлежности и культурных особенностей. Проживая в открытой стране, общество имеет возможность соотносить политическую сферу в своем государстве с другими странами, что также оказывает существенное влияние на политическое сознание человека. Причем чем больше людей имеют такую возможность, тем значительнее изменения в политическом сознании граждан. Объективные потребности в расширении свобод, прав человека, ограничении власти, контроле за административными структурами, формировании культуры гражданственности все в большей степени становятся атрибутами политического сознания российских граждан. Поэтому вектор развития политического сознания в современной России, с точки зрения автора, очевиден.

Политический менталитет, как наиболее постоянная неинституциональная составляющая, тем не менее, под влиянием происходящих перемен не остается неизменным. Особенностью современного российского политического менталитета является про­цесс трансформации системы ценностей и политических установок, характеризующийся ломкой старых и выработкой новых подходов, в большей степени соответствующих инновационному развитию страны.

Второй параграф четвертой главы «Становление современной политической культуры России» содержит анализ важнейшей неинституциональной составляющей современной российской демократии - политической культуры.

Политическую культуру можно рассматривать как политическую систему, усвоенную в сознании, чувствах и оценках населения. Специфика, обусловленная особенностями исторического развития, позволяет гово­рить об особом генотипе российской политической культуры с ярко выраженной этатистской ориентацией. Государствоцентричность оборачивается всегда сакрализацией верховной власти, формирующей авторитарный тип личности. Жители нашей страны веками ориентировались главным образом на нормы общинного коллективизма, что стало причиной выдвижения на первый план идеала не свободы, а ра­венства.

Важнейшей чертой российской политической культуры является патернализм, актуальность которого подтверждается и события­ми наших дней. В современный период вновь была продемонстрирована потребность народа в опеке со стороны государ­ства, в гарантиях социальной помощи и защиты, которые он рассмат­ривает как нечто априорное, как обязательную функцию власти. Патерналистские традиции можно отнести к «коллективному бессознательному», то есть архетипу культуры, ус­военному человеком в процессе социализации, и который управляет его поведением на уровне подсознания.

В России существуют различные типы политической культу­ры и ее субкультуры: патриархальная, подданническая, акти­вистская – с доминированием патриархально-подданнической и подданническо-активистской составляющих. Переходное состояние российского обще­ства определяет и переходный характер политической культуры, наличие в нем элементов как тоталитарной культу­ры, так и демократической. Применительно к политической культуре постсоветской России используется также термин «ав­торитарно-коллективистская».

Политическая культура современного российско­го общества находится в состоянии своего становления, испытывая серьезное воздействие со стороны геополитических и исторических факторов и радикальных преобразований, происходящих в нем сегод­ня. В силу объективных обстоятельств Россия всегда будет испытывать потребность в сильном, эффективном государстве, что не может не сказаться на политической культуре. В демократическом государстве власть ограничивают граждане, защищающие частный или групповой интерес и действующие в рамках гражданского общества. Поэтому антиэтатизм в политической культуре должен быть направлен не на разрушение государства, а на ограничение его экспансионистских тенденций, преодоление патерналистских ожиданий и развитие способности к самоорганизации.

Несмотря на сохраняющийся в значительной степени российский традиционализм политическая культура общества становится более восприимчивой к влиянию извне. Став открытой страной, Россия впитывает в себя те характерные черты инородной политической культуры, которые на данном этапе развития в наибольшей степени отвечают потребностям общества и которые общество в состоянии перенять. И отвергаются такие черты, которые входят в непреодолимое противоречие с генотипом российской политической культуры и к восприятию которых большинство граждан России еще не готово.  Все это свидетельствует о том, что страна должна пройти значительный временной отрезок, в ходе которого вследствие собственной социальной и культурной эволюции и трансформации внутренней политики сформируется политическая культура демократической России.

В третьем параграфе четвертой главы «Идеологический дискурс в современной России: тенденции и перспективы» определены основные идеологические тенденции в контексте демократических преобразований.

Постсоветская Россия столкнулась с кризисом социалистической идеи и разочарованием в либеральной идеологии. После неудачных попыток реформирования российского общества особенно востребованным оказался консерватизм в его различной интерпретации. Популярность стали получать симбиозы, состоящие из различных идеологических доктрин – социальный консерватизм, либеральный консерватизм, консервативный либерализм.

Синтез консерватизма и либерализма оказался исторически оправданным процессом, имеющим перспективы в современной России. Данный идеологический симбиоз тяготеет к осторожным, медленным реформам, соизмеряющим свои шаги с реакцией общества на проводимые преобразования, так как быстрые изменения могут привести к разрушению существующего порядка с соответствующими представлениями о справедливости, что является взрывоопасным для общества. Он считает необходимым сохранить для большинства народа психологически комфортное состояние. Вероятно, устойчивым и жизнеспособным сделает  общество только такая общественная и культурная система, при которой либеральное и консервативное начала находятся в сбалансированных отношениях, когда существует  либерально-консер­вативный консенсус, отстаивающий эволюционное изменение социально-политических отношений, снятие напряжения, достижение баланса сил и устойчивого развития общества.

Адаптация отдельных советских и исторически сложившихся российских ценностей к современным реалиям в контексте развития российского государства может составить консервативное наполнение той либеральной модели, о которой заявляет российская власть. Однако для реализации данной модели политическим субъектам необходимо научиться слушать и слышать друг друга, толерантно относиться к оппонентам, развивать в первую очередь те качества, которые в большей степени ассоциируются с либерализмом. Лишь после освоения индивидами этих качеств, которые в современном мире принято называть цивилизованными, возможно наполнение либерализма консервативным содержанием.

С другой стороны, неудачи либеральных реформ, предпринятых в России в 1990-е гг., способствовали расширению левой составляющей в политическом спектре современной России. Основными причинами данной тенденции являются нерешенность социально-экономических проблем, остатки консервативного советского мышления, исторически сложившийся коллективистский характер российского общества, проблемы в становлении гражданского общества, отчужденность граждан от власти, увеличивающийся разрыв между богатыми и бедными и некоторые другие. Потребность в социальной справедливости возникла из-за неравенства условий в политической, экономической и социально-культурной областях жизни общества, которые дополняются ошибочно просчитанными социальными последствиями принятых законов, оторванностью их от реальной социально-экономической ситуации в обществе, несогласованностью с общественным мнением, культурными традициями.

Современные левые не преобразуют разрушенную социалистическую систему, а пытаются, не отвергая воспринятые обществом либеральные ценности, дополнить их социальным и национально-ориентированным содержанием, таким образом, гуманизируя либерализм, реанимируя принцип социальной справедливости в его новом, актуальном для современной России, содержании. Для них актуально положение, в соответствии с которым необходимо постоянно пересматривать свою позицию и руководствоваться не созерцанием прошлого или будущего, а адекватно реагировать на вызовы современности в соответствии со своими идеологическими ориентирами и свободной волей.

Активная созидательная личность является необходимым условием политического развития России, личность, для которой стремление к свободе, к самораскрепощению будет сопровождаться повышением эффективности и ответственности политической власти, что, в конечном счете, позволит создать государство, способное предоставить людям свободу для развития своих способностей и потенциальных возможностей. И хотя в России нет востребованности либерализма в чистом виде, но есть востребованность либерального как в консервативной, так и в социалистической части идеологического спектра, что в результате приводит к политике центризма. Независимо от ее идеологической направленности она способствует минимизации политических конфликтов, помогает использовать политический потенциал всего общества, поддерживать стабильные отношения между элитарными слоями и гражданами.

В заключении диссертации формулируются выводы, подводятся итоги исследования.

Автор полагает, что изучение демократии остается одним из самых востребованных направлений политической науки. Политическим системам, основанным на демократических ценностях, удается эффективно решать стоящие перед обществом задачи. Однако преувеличение возможностей демократии чревато серьезными издержками, последствиями которых может стать неприятие данной системы ценностей и политического устройства. Демократические режимы достаточно предсказуемы, их политика открыта для общества, что создает условия для политической стабильности, необходимой для экономического, социального и культурного развития.

Демократия не является единственной легитимной моделью правления в сегодняшнем мире. Существуют и другие политические системы, которые имеют поддержку со стороны своего народа. Поэтому эволюция демократии свидетельствует о том, что ее качество и стабильность никогда не могут считаться чем-то само собой разумеющимся. Лишь при эффективных ответах на вызовы современности демократия может сохраниться как эволюционирующая, но сохраняющая основополагающие качества, форма организации общественной жизни.

Выбор между демократией и авторитаризмом для большинства граждан страны вполне очевиден, так как достойной альтернативы демократии в современном мире нет. Выбор может быть только между моделями демократии, связанными с ее национальными особенностями. Однако демократия является хрупкой системой, и если не создавать соответствующих условий для ее поддержания, то она будет разрушена. Общество ожидает, зачастую, немедленной отдачи от избранной власти, не задумываясь над тем, что сами граждане делают для того, чтобы система работала эффективно, чтобы представители народа выражали его интересы, были подконтрольны и управляемы. Такая проблема характерна и для России, как для страны, вставшей на путь демократического развития, граждане которой не избалованы вниманием власти и не искушены в демократических тонкостях и нюансах.

Возврат к авторитаризму в современной России, если не исключен, то, по крайней мере, затруднен благодаря следующим факторам: переходу на инновационный путь развития, который порождает потребность как в либеральных ценностях, так и в демократических институтах; глобализации, препятствующей государственному контролю за средствами массовой информации; международной поддержке на негосударственном уровне демократических преобразований в стране; формирующемуся гражданскому обществу как влиятельному субъекту политического процесса; активизации политических сообществ, приводящей к расширению поля публичной политики.

Предпринятое исследование позволило выявить тенденции развития российской демократии в процессе современных политических преобразований, затрагивающих все сферы жизнедеятельности общества.  Проанализированы институциональные аспекты российской демократии, дана характеристика российской модели институционализации, выявлены основные тенденции в политическом режиме современной России, установлен характер трансформации российской партийной системы и перспективы развития гражданского общества, а также раскрыта взаимозависимость неинституциональных (ориентационных) аспектов политики с ходом и направленностью российской демократизации.

III. Основные публикации по теме диссертации

Монографии

1.      Баранов Н.А. Современная демократия: эволюционный подход. СПб.: Балт. гос. техн. ун-т, 2007. 208 с. (13,0 п.л.).

2.      Баранов Н.А. Эволюция современной российской демократии: тенденции и перспективы. СПб.: Балт. гос. техн. ун-т, 2008. 276 с. (17,25 п.л.).

Научные статьи в ведущих реферируемых журналах

3.      Баранов Н.А. Современные политические реалии и особенности формирования менталитета российских военнослужащих // Социально-гуманитарные знания. 2004. №3. С.182-196. (0,8 п.л.).

4.      Баранов Н.А. Либерализм и демократия: современная российская трансформация // Вестник Поморского университета. Архангельск, 2005. №2. С.91-100. (0,7 п.л.).

5.      Баранов Н.А. Политический режим современной России // Известия Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена. №8 (35): Общественные и гуманитарные науки: Научный журнал. СПб., 2007. С.54-64. (1,0 п.л.).

6.      Баранов Н.А. Институционализация в России: особенности национальной модели // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. Научный журнал. Том 3. № 4.  СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2007. С.69-87. (1,05) п.л.).

7.      Баранов Н.А. Легитимность власти: политический опыт России // Социально-гуманитарные знания. 2008. №1. С.18-29. (0,65 п.л.).

8.      Баранов Н.А. Инновации в политической жизни России: демократический контекст // Известия Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена. №11 (66): Общественные и гуманитарные науки: Научный журнал. СПб., 2008. С.152-161. (0,65 п.л.).

9.      Баранов Н.А. Современная демократия в контексте эволюционного подхода Н.Лумана // Социально-гуманитарные знания. 2008. №4. С.77-88. (0,65 п.л.).

Учебники и учебные пособия

10.       Баранов Н.А. Политические отношения и политический процесс в современной России: Курс лекций. В 3-х ч. СПб.: БГТУ, 2004. Ч.1. 124 с., Ч.2. 183 с., Ч.3. 167 с. (29,75 п.л.).

11.       Баранов Н.А. Трансформации современной демократии: Учебное пособие. СПб.: БГТУ, 2006. 215с. (12,5 п.л.).

12.       Баранов Н.А. Политические отношения и политический процесс в современной России. Учебное пособие. / Б.А.Исаев, Н.А.Баранов. СПб.: Питер, 2008. 395с. Гриф УМО. (25,0/12,5 п.л.).

13.       Баранов Н.А. Глава 8. Современные теории демократии (С.144-162, 1,0 п.л.); Глава 10. Гражданское общество (С.188-205, 0,95 п.л.); Глава 12. Политические сообщества (С.238-255, 0,95 п.л.); Глава 13. Национальный фактор политики (С.256-273, 0,9 п.л.); Глава 14. Политический процесс (С.274-290, 0,95 п.л.); Глава 15. Демократический транзит (С.291-308, 0,95 п.л.); Глава 17. Политическое сознание (С.331-347, 0,85 п.л.) // Теория политики: Учебное пособие / Под ред. Б.А.Исаева. СПб.: Питер, 2008. 464 с. Гриф УМО. (29,0/6,55 п.л.).

Научные статьи и разделы монографий

14.       Баранов Н.А. Эволюция взглядов на популизм в современной политической науке. СПб.: Изд-во СЗАГС, 2001. 41с. (2,5 п.л.).

15.       Баранов Н.А. Популизм как политическая деятельность. СПб.: Изд-во СЗАГС, 2002. 44с. (2,0 п.л.).

16.       Баранов Н.А. Армия, политика, человек // Мировая политика и идейные парадигмы эпохи: Сб. статей / Санкт-Петербургский гос. ун-т культуры и искусств. СПб.: СПбГУКИ, 2004. С.43-51. (0,5 п.л.).

17.       Баранов Н.А. Национальный популизм как источник конфликтов на постсоветском пространстве // Форум 2004. Нация и мир.  Ежегодник Института сравнительной политологии РАН. М.: Мысль, 2004. С. 363-382. (1,0 п.л.).

18.       Баранов Н.А. Информационно-коммуникационные технологии в контексте демократических преобразований в России // Современные проблемы межкультурных коммуникаций: Сб. статей / Науч. ред. Б.И.Рашрагович, Е.П.Борзова. СПб: СПбГУКИ, 2005. С.141-148. (0,5 п.л.).

19.       Баранов Н.А. Популизм и демагогия // Человек, культура, общество: межвуз. сб. науч. тр. / Отв. ред. Н.В.Дулина, И.А.Небыков / Волгоград. гоc. техн. ун–т. Волгоград, 2005. Вып. 3. С.100-108. (0,5 п.л.).

20.       Баранов Н.А. Политические перспективы консервативного либерализма в условиях современной России // Философия и социально-политические ценности консерватизма в общественном сознании России (от истоков к современности): Сб. научных статей. Вып.2 / Под ред. Н.В.Поляковой. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2005. С.319-338. (1,0 п.л.).

21.       Баранов Н.А. Современные трансформации демократии: выбор России // Политэкс: Политическая экспертиза: Научный журнал. Том 2. №1. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2006. С.280-299. (1,35 п.л.).

22.       Баранов Н.А. Правящая элита современной России // «Без темы». Научный общественно-политический журнал. Екатеринбург, 2006. №2. С.142-150. (0,8 п.л.).

23.       Баранов Н.А. Демократическая Россия: единственная или одна из многих? // Мировая политика и идейные парадигмы эпохи. Сб. статей. СПб.: СПбГУКИ, 2006. С.103-110. (0,45 п.л.).

24.       Баранов Н.А. Нация как субъект политической коммуникации: современный опыт России // Современные проблемы межкультурных коммуникаций: сб.статей / Науч. ред. Е.П.Борзова, К.М.Оганян. СПб.: Санкт-Петербургский гос. ун-т культуры и искусств, 2007. С.54-60. (0,4 п.л.).

25.       Баранов Н.А. Свобода как условие политического развития России // Вестник МГТУ. Мурманск, 2007. Т.10. №3. С.335-342. (1,0 п.л.).

26.       Баранов Н.А. Авторитарные и консервативные тенденции  в российском массовом сознании // «Новая Россия»: проблемы доверия в современном российском политическом сообществе: сб. науч. статей. В 4-х ч. М.: РГГУ, 2007. Ч.2. С.5-15. (0,5 п.л.).

27.       Баранов Н.А. Соотношение либерального и социального в идеологических предпочтениях «актуальных левых» // "Актуальные левые" в международном и российском политическом контексте. Сб.ст. /Под ред. Л.В.Сморгунова. СПб.: Изд. С.-Петерб. ун-та, 2007. С.73-88. (0,9 п.л.).

28.       Баранов Н.А. Трансформация политического сознания современного российского общества // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. Научный журнал. Том 3. №1.  СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2007. С.87-103. (1,1 п.л.).

29.       Баранов Н.А. О хрупкости демократических систем // Мировая политика и идейные парадигмы эпохи: сб. статей. СПб.: СПбГУКИ, 2008. С.72-79. (0,45 п.л.).

Публикации в сборниках научных конференций

30.       Баранов Н.А. Тернистый путь сети Интернет в России / Интернет и гражданское общество // Международная конференция: Интернет, общество, личность (ИОЛ-99). СПб.: Институт «Открытое общество», 1999. С.305-307. (0,1 п.л.).

31.       Баранов Н.А. Исторические тенденции и пути формирования менталитета российских военнослужащих // Политическая культура современного российского общества: состояние и перспективы: Материалы научно-методической конференции 4 апреля 2002 г. Ч.II. СПб.: ИВЭСЭП, Знание, 2003. С.56-63. (0,6 п.л.).

32.       Баранов Н.А. Патриотизм в системе общероссийских ценностей // Человек и его потребности в социально-политической и социально-психологической сферах. Материалы межвузовской научной конференции 10 декабря 2002 г. СПб.: БГТУ, 2003. С.50-53. (0,2 п.л.).

33.       Баранов Н.А. Социализм и либерализм: кризис двух идеологий // Глобализм и этносоциальные отношения в современной России. Материалы международной научной конференции, Санкт-Петербург, 29 апреля 2004 г. СПб.: БГТУ, 2004. С.141-143. (0,2 п.л.).

34.       Баранов Н.А. Демократия в России: поиск национальной модели // Российское общество и власть: проблемы взаимодействия. Тезисы научно-теоретич. конференции. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2004. С.23-25. (0,15 п.л.).

35.       Баранов Н.А. Консолидация демократии в России: перспективы развития // Россия в мировом политическом процессе: Материалы научной конференции, Санкт-Петербург, 18 февраля 2005 г. СПб.: БГТУ, 2005. С.6-14. (0,6 п.л.).

36.       Баранов Н.А. Свобода как политическая необходимость для современной России // Тезисы докладов I Всероссийской научной конференции «Сорокинские чтения-2004: Российское общество и вызовы глобализации». М.: Альфа-М, 2005. Т.2. С.76-79. (0,2 п.л.).

37.       Баранов Н.А. Объективность либеральной парадигмы в современной России // Философия и будущее цивилизации: Тезисы докладов и выступлений IV Российского философского конгресса (Москва, 24-28 мая 2005 г.): В 5 т. Т.5. М.: Современные тетради, 2005. С.626. (0,1 п.л.).

38.       Баранов Н.А. Демократия и российская ментальность // Ментальность этнических культур. Материалы международной научной конференции. Санкт-Петербург, 9-10 июня 2005 г. СПб.: БГТУ, 2005. С.222-228. (0,5 п.л.).

39.       Баранов Н.А. Принцип пропорциональности в политической практике России // Сравнительное изучение парламентов и опыт парламентаризма в России: выборы, голосование, репрезентативность: Материалы Всероссийской научной конференции, посвященной 100-летию принятия закона о выборах депутатов I Государственной думы. Санкт-Петербург, 15-16 декабря 2005 г. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2005. С.102-106. (0,2 п.л.).

40.       Баранов Н.А. Россия и Европа: демократический аспект // Россия и Европа: политическое и экономическое взаимодействие. Материалы научно-практической конференции. Великий Новгород, 18-19 марта 2005 г. СПб.: СЗАГС, 2005. С.12-17. (0,25 п.л.).

41.       Баранов Н.А. Российские реформы: проблемы реализации // Реформы в России и Россия в реформирующемся мире. Материалы научной конференции. Санкт-Петербург, 17 февраля 2006 г. Ч.1. СПб.: БГТУ, 2006. С.50-55. (0,3 п.л.).

42.       Баранов Н.А. Дилеммы глобальной демократизации // Вызовы глобализации в начале XXI века. Материалы международной научной конференции. Ч.1. Санкт-Петербург, 14-15 апреля 2006 г. СПб.: СЗАГС, 2006. С.15-24. (0,35 п.л.).

43.       Баранов Н.А. Об эффективности демократии // Актуальные проблемы современного политического процесса: Материалы международной научной конференции. Санкт-Петербург, 15 февраля 2007 г. СПб.: Балт. гос. техн. ун-т, 2007. Ч.1. С.179-185. (0,35 п.л.).

44.       Баранов Н.А. Политический режим В.Путина // Перспективы политического развития России: Материалы Всероссийской научной конференции. Саратов, 19-20 апреля 2007 г. / Отв. ред И.Н.Тарасов. Саратов: Саратовский государственный социально-экономический университет, 2007. С.3-6. (0,3 п.л.).

45.       Баранов Н.А. Гражданское общество в российской цивилизации: опыт становления // Россия и Восток: проблема толерантности в диалоге цивилизаций: материалы IV Международной научной конференции (Астрахань, 3–5 мая 2007 г.): в 2 ч. / отв. ред.: П.Л.Карабущенко, Л.В. Баева.  Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2007. Ч. 2. С.141-145. (0,4 п.л.).

46.       Баранов Н.А. Левая идея в политическом спектре современной России // Демократия и управление: Информационный бюллетень исследовательского комитета РАПН по сравнительной политологии (СП-РАПН). №1 (3). СПб., 2007. С.7-8. (0,15 п.л.).

47.       Баранов Н.А. Гражданские движения в России: проблемы взаимодействия // Россия и современный мир: проблемы политического развития. Материалы III Международной межвузовской научной конференции. Москва, 12-13 апреля 2007 г.: В 2 ч. Ч.1. / Под ред. Д.В.Васильева. М.: Институт бизнеса и политики, 2007. С. 377-386. (0,5 п.л.).

48.       Баранов Н.А. Опыт трансформации политических институтов в современной России // Трансформация политической системы России: проблемы и перспективы. Международная научная конференция. Тезисы докладов, Москва, 22-23 ноября 2007 г. М.: Российская ассоциация политической науки, 2007. С.24-26. (0,25 п.л.).

49.       Баранов Н.А. Правые политические партии в новом электоральном цикле: «Гражданская сила» // Демократия и управление: Информационный бюллетень исследовательского комитета РАПН по сравнительной политологии. №2 (4). СПб., 2007. С.38-39. (0,15 п.л.).

50.       Баранов Н.А. Современные тенденции в эволюции российской элиты // Элиты и будущее России: взгляд из регионов. Выпуск первый. Сборник материалов международной научно-практической конференции. Отв. Ред. В.Г.Игнатов. Ростов-н/Д.: Изд-во СКАГС, 2007. С.67-70. (0,15 п.л.).

51.       Баранов Н.А. Власть и общество в контексте парадигмы инновационного развития // Власть и общество в России: традиции и современность: материалы IV Всероссийской научной конференции 12-13 апреля 2008 г. / Отв.ред. О.А.Тарасов, С.А.Васильева. Рязань: Издательство «Узорочье», 2008. Т.2. С.183-188. (0,3 п.л.).

52.       Баранов Н.А. Инновационное развитие и суверенная демократия // Политика XXI века: преемственность и инновации в России и в мире: мат. междун. научн. конф., Санкт-Петербург, 23-24 мая 2008 г. В 2-х ч. СПб.: Балт. гос. техн. ун-т, 2008. Ч.2. С.27-33. (0,35 п.л.).

53.       Баранов Н.А. Потенциал государства и эффективность управления // Демократия и управление: Информационный бюллетень исследовательского комитета РАПН по сравнительной политологии. №1 (5). СПб., 2008. С.30-31. (0,15 п.л.).

[1] Ламарк Ж.Б. Философия зоологии. Пер. с фр. М., 1911; Дарвин Ч. О происхождении видов путем естественного отбора или сохранении благоприятствуемых пород в борьбе за жизнь. Пер. с шестого издания (Лондон, 1872). Отв. ред. акад. А.Л.Тахтаджан. СПб., 1991; Бергсон А. Творческая эволюция / Пер. с фр. М., 1998.

[2] Спенсер Г. Синтетическая философия: Пер. с англ. Киев, 1997; Спенсер Г. Опыты научные, политические и философские // URL: http://www.ruslib.com/FILOSOF/SPENSER/spenser.txt.

[3] Parsons T. Evolutionary universals in Society // Amer. sociol. rev. N.Y., 1964. Vol. 29, N 3; Гидденс Э. Социология. М., 2005; Buck G.L., Jacobson A.L. Social, evolution and structural analysis: an empirical test // Amer. sociol. rev. N.Y., 1968. Vol. 33, N 3; Сорокин П.А. Социокультурная динамика и эволюционизм // Американская социологическая мысль. М., 1996; Claessen H.J.M., Velde P. van de. Smith M.E. 1985 (eds.). Development and decline; The evolution of sociopolitical organization. South Hadley, MA: Bergin and Garvey; Claessen H.J.M., Velde P. van de 1987 (eds.). Early state dynamics. Leiden: Brill; Claessen H.J.M., Oosten J.G. 1996 (eds.). Ideology and the formation of early states. Leiden: Brill; Классен X.Дж.М. Проблемы, парадоксы и перспективы эволюционизма // Альтернативные пути к цивилизации: Кол. монография / Под ред. Н.Н. Крадина, А.В. Коротаева, Д.М. Бондаренко, В.А. Лынши. М., 2000; Hallpike, C.R. 1986. Principles of Social Evolution. Oxford: Clarendon; Kodak C. P. 1977. The Process of State Formation in Madagascar // American Ethnologist. Vol.4; Oberg K. 1955. Types of Social Structure Among the Lowland Tribes of South and Central America // American Anthropologist. Vol. 57; Service E R. 1962. Primitive Social Organization, An Evolutionary Perspective. N.Y.: Random House; Карнейро Р. Процесс или стадии: ложная дихотомия в исследовании истории возникновения государства // URL: http://abuss.narod.ru/Biblio/AlterCiv/carneiro.htm.

[4] Гринин Л.Е., Коротаев А.В. Социальная макроэволюция и исторический процесс (к постановке проблемы) // Философия и общество. 2007. №2; Коротаев А., Крадин Н., Лынша В. Альтернативы социальной эволюции // Альтернативные пути к цивилизации: Кол. монография / Под ред. Н.Н. Крадина, А.В. Коротаева, Д.М. Бондаренко, В.А. Лынши. М., 2000; Фигатнер Ю.Ю., Перепелкин Л.С. Эволюция макроинститутов государства и эволюция гражданского общества: методология и теория социальной эволюции. Выпуски I-IV. // Международный институт теоретической и прикладной физики. Препринты. 1996. № 14.

[5] Луман Н. Власть. М., 2001; Луман Н. Эволюция. М., 2005; Луман Н. Дифференциация. М., 2006; Луман Н. Введение в системную теорию. М., 2007.

[6] О`Доннелл Г. Следует ли слушаться экономистов? // URL: http://old.russ.ru/journal/predely/97-11-11/o_donn.htm; О`Доннелл Г. Делегативная демократия // URL: http://polit.msk.su/library/dem/odonnell.html#_ftn1; Карл Т.Л., Шмиттер Ф.К. Пути перехода от авторитаризма к демократии в Латинской Америке, Южной и Восточной Европе // Международный журнал социальных наук. 1993. №3; Карл Т.Л., Шмиттер Ф. Что есть демократия? // URL: http://www.politnauka.org/library/dem/karl-shmitter.php; Хантингтон С. Политический порядок в меняющихся обществах. М., 2004; Хантингтон С. Третья волна. Демократизация в конце ХХ века./ Пер. с англ. М., 2003; Растоу Д.А. Переходы к демократии: попытки динамической модели // Полис. 1996. №5; Пай Л. Незападный политический процесс // Политическая наука. 2003. №2; Linz , Juan J. and Stepan, Alfred . Problems of Democratic Transition and Consolidation. Southern Europe, South America and Post-Communist Europe . Baltimore and London : The Johns Hopkins University Press. 1996.

[7] Гельман В.Я. Трансформация в России: политический режим и де­мократическая оппозиция. М., 1999; Елисеев С.М. Выйти из «бермудского треугольника»: о методологии исследования посткоммунистических трансформаций // Полис. 2002. № 6; Ильин М.В., Мельвиль А.Ю., Федоров Ю.Е. Демократия и демократизация // Полис. 1996. №5; Мельвиль А.Ю. Демократические транзиты (теоретико-методологические и прикладные аспекты). М., 1999; Мельвиль А.Ю. О траекториях посткоммунистических трансформаций // Полис. 2004. №2; Сморгунов Л.В. Сравнительная политология: Теория и методология измерения демократии. СПб., 1999.

[8] Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М., 1997; Хантингтон С. Политический порядок в меняющихся обществах. М., 2004; Линц Х. Достоинства парламентаризма // URL: http://old.russ.ru/antolog/predely/2-3/dem26.htm; Линц Х. Опасности президентства // URL: http://old.russ.ru/antolog/predely/2-3/dem14.htm; Линц Х., Степан А. «Государственность», национализм и демократизация // Полис. 1997. №5; Меркель В., Круассан А. Формальные и неформальные институты в дефектных демократиях // Полис. 2002. №1, №2; Горовиц Д. Различия демократий // URL: http://old.russ.ru/antolog/predely/2-3/dem26.htm; Linz, Juan. Presidential or Parliamentary Democracy? // Linz, Juan / Valenzuela, Arturo (ed.). The Failure of Presidential Democracy. Baltimore / London. 1994.

[9] Ачкасов В.А., Грызлов Б.В. Институты западной представительной демократии в сравнительной перспективе. СПб., 2006; Патрушев С.В. Институционализм в политической науке // Институциональная политология: Современный институционализм и политическая трансформация России. Под ред. С.В.Патрушева. М., 2006; Панов П.В. Институционализм рационального выбора: потенциал и пределы возможностей // Институциональная политология: Современный институционализм и политическая трансформация России. Под ред. С.В.Патрушева. М., 2006.

[10] Медушевский А.Н. Демократия и авторитаризм: Российский конституционализм в сравнительной перспективе. М., 1997; Медушевский А.Н. Сравнительное конституционное право и политические институты. М., 2002; Нисневич Ю. Аудит политической системы посткоммунистической России. М., 2007; Белов А.А., Елисеев С.М. Политические процессы и институты в современной России. СПб., 2006; Макаренко Б.И. Российский политический строй: опыт неоинституционального анализа // Мировая экономика и международные отношения. 2007. №2; Патрушев С.В. Проблемы легитимации институциональных изменений и варианты универсализации институционального порядка // Институциональная политология: Современный институционализм и политическая трансформация России. Под ред. С.В.Патрушева. М., 2006; Шнайдер Э. Политическая система Российской Федерации / Пер. с нем. М., 2002.

[11] Ковлер А.И. Исторические формы демократии: проблемы политико-правовой теории. М., 1990; Пантин И.К. Судьбы демократии в России. М., 2004; Салмин А.М. Современная демократия: очерки становления. М., 1997; Согрин В.В. Политическая история современной России. 1982-2001: от Горбачева до Путина. М., 2001.

[12] Эйзенштадт Ш. Революция и преобразование общества. М., 1998; Эйзенштадт Ш.Н. Парадокс демократических режимов: хрупкость и изменяемость (I, II) // Полис. 2002. №2,3.

[13] Дахин А.А. Система государственной власти в России: феноменологический транзит // Полис. 2006. №3; Красин Ю.А. Российская демократия: коридор возможностей // Полис. 2004. №6; Красин Ю.А. Публичная сфера и публичная политика. Российские проблемы // Россия в условиях трансформаций. Историко-политологический семинар: Материалы. Выпуск №25. М., 2002; Иванченко А., Любарев А. Российские выборы от перестройки до суверенной демократии. М., 2007; Ясин Е.Г. Приживется ли демократия в России? М., 2006.

[14] Apter D., Comparative Politics, Old and New // The Handbook of Political Science. 1996. P.374 -389; Сравнительная политология сегодня: Мировой обзор: учебное пособие для вузов : сокр. пер. с англ. / Г. Алмонд [и др.]. М., 2002; Almond G., Powell B. Comparative Politics. A Developmental Approach. Boston, 1966; Бойме К. Сравнение в политической науке // Социально-политические науки. 1991. №2; Lijphart A. Comparative Politics and Comparative Method // The American Political Science Review. 1971. Vol. 65. N3; De Meur G., Berg-Schosser D. Comparing political systems: Establishing similarities and dissimilarities // European Journal for Political Research. 1994. Vol. 26. P.193-219.

[15] Сморгунов Л.В. Сравнительная политология: Теория и методология измерения демократии. СПб., 1999; Сморгунов Л.В. Современная сравнительная политология. М., 2002; Селезнев Л.И. Политические системы современности: сравнительный анализ. СПб., 1995; Голосов Г.В.Сравнительная политология: Учебник. СПб., 2002; Борзова Е.П., Бурдукова И.И. Политические и избирательные системы государств мирового сообщества: Учебное пособие. СПб., 2004; Пшизова С.Н. Демократия и политический рынок в сравнительной перспективе // Полис. 2000. №2, 3.

[16] Алмонд Г. Гражданская культура. Политические установки и демократии пяти наций // Антология мировой политической мысли: В 5 т. М., 1997; Растоу Д.А. Переходы к демократии: попытки динамической модели // Полис. 1996. №5; Пай Л. Незападный политический процесс // Политическая наука. 2003. №2; Эрмэ Г. Культура и демократия. Пер. с франц. М., 1994.

[17] Хантингтон С. Третья волна. Демократизация в конце ХХ века./ Пер. с англ. М., 2003; Przeworski A. Ama a incecrteza e seras democratico // Novas Estudos (CEBRAP) (9). 1984; Пшеворский А. Демократия и рынок. Политические и экономические реформы в Восточной Европе и Латинской Америке. М., 2000; Турэн А. Что означает демократия сегодня? // Международный журнал социальных наук. 1991. №1; Эрмэ Г. Введение: эпоха демократии? // Международный журнал социальных наук. 1991. №1; Шмиттер Ф. Будущее демократии: можно ли рассматривать его через призму масштаба? // Логос. 2004. №2.

[18] Бади Б. Демократия и религия: логика культуры и логика действия // Международный журнал социальных наук. 1991. №2. С.94-105.

[19] Дарендорф Р. После 1989: Мораль, революция и гражданское общество. Размышления о революции в Европе. М., 1998. С.18.

[20] Гуггенбергер Б. Теория демократии // Полис. 1991. № 4.

[21] Sartori G. Democrazia e definizioni. Bologna-Mulino, 1972; Линц. Х., Степан А. «Государственность», национализм и демократизация // Полис. 1997. №5. С.10

[22] Паренти М. Демократия для избранных. Настольная книга о политических играх в США. М., 2006; Сергеев В.М. Демократия // Политология: Лексикон / Под редакцией А.И.Соловьева. М., 2007.

[23] Хейвуд Э. Политология: Учебник для студентов вузов / Пер. с англ. под ред. Г.Г.Водолазова, В.Ю.Бельского. М., 2005; Mandelbaum M. Democracy’s Good Name: the Rise and Risks of the World’s Most Popular Form of Government. New York, Public Affairs, 2007.

[24] Даль Р. Полиархия, плюрализм и пространство // URL: http://www.irs.ru/~alshev/dahl.htm; Даль Р. Демократия и ее критики. М., 2003; Лиджфарт А. Правление большинства в теории и на практике // Международный журнал социальных наук. 1991. №2; Даймонд Л. Определение и развитие демократии // Теория и практика демократии. Избранные тексты / Пер. с англ. Под ред. В.Л.Иноземцева, Б.Г.Капустина. М., 2006; О`Доннелл Г. Делегативная демократия // URL: http://polit.msk.su/library/dem/odonnell.html#_ftn1

[25] Lipset, Seymour M. 1959. Some Social Requisites of Democracy: Economic Development and Political Legitimacy. American Political Science Review (№ 53); Хантингтон С. Третья волна. Демократизация в конце ХХ века. М., 2003. С.315-335; Липсет С., Сен К.-Р., Торрес Дж. Сравнительный анализ социальных условий, необходимых для становления демократии // Международный журнал социальных наук. 1993. №3; Карл Т.Л., Шмиттер Ф.К. Пути перехода от авторитаризма к демократии в Латинской Америке, Южной и Восточной Европе // Международный журнал социальных наук. 1993. №3. С.29-45; Меркл П. Каковы сегодняшние демократии? // Международный журнал социальных наук. 1993. №3.

[26] Бешлер Ж. Демократия. Аналитический очерк. М., 1994; Bobbio N. Il futuro della democrazia: Una difesa delle regole del gioco. Torino, 1985; Шмиттер Ф. Угрозы и дилеммы демократии // Век ХХ и мир. 1994; Эйзенштадт Ш.Н. Парадокс демократических режимов: хрупкость и изменяемость // Полис. 2002. №2,3; Оффе К. Дилемма одновременности: демократизация и рыночная экономика в Восточной Европе // Повороты истории. Постсоциалистические трансформации глазами немецких исследователей: В 2 т. Т.2: Постсоциалистические трансформации в сравнительной перспективе. СПб., М., Берлин, 2003.

[27] Вайнштейн Г.И. Российский транзит и проблема типологического разнообразия «глобальной демократизации» // Политические институты на рубеже тысячелетий. Дубна, 2001; Вайнштейн Г.И. Меняющийся мир и проблемы функционирования демократии // Мировая экономика и международные отношения. 2007; Дилигенский Г.Г. Демократия на рубеже тысячелетий // Политические институты на рубеже тысячелетий. Дубна, 2001; Ковлер А.И. Кризис демократии? Демократия на рубеже XXI века. М., 1997; Олейник А.Н. Эрозия демократии в России и на Западе в свете гипотезы о негативной конвергенции // ОНС. 2007. № 2; Пантин В.И. Глобализация и проблемы развития демократических институтов в России // Политические институты на рубеже тысячелетий. Дубна, 2001; Иноземцев В.Л. Демократия: насаждаемая и желанная. Удачи и провалы демократизации на рубеже тысячелетий // Вопросы философии. 2006. №9.

[28] Галкин А.А., Красин Ю.А. Россия: Quo vadis? М., 2003; Пантин И.К. Судьбы демократии в России. М., 2004; Пантин В., Лапкин В. Политическая модернизация России: циклы, особенности, закономерности. М., 2007; Ясин Е.Г. Приживется ли демократия в России? М., 2006; Капустин Б.Г. Грядущие выборы и правила шумпетерианской демократии // Идеология и политика в посткоммунистичяеской России. М., 2000.

[29] Красин Ю.А. Российская демократия: коридор возможностей // Полис. 2004. №6; Попов Г.Х. Управляемая демократия в современной России // Актовые лекции, читанные в Международном университете в Москве: 2004/2005. М., 2006; Третьяков В. Диагноз: управляемая демократия // Независимая газета. 2000. №4. 13 января; Третьяков В. Суверенная демократия. О политической философии Владимира Путина // Pro суверенную демократию. Сборник / сост. Л.В. Поляков. М., 2007; Сурков В. Национализация будущего. Параграфы pro суверенную демократию // Pro суверенную демократию. Сборник / сост. Л.В. Поляков. М., 2007; Никонов В. Еще раз о суверенной демократии // Pro суверенную демократию. Сборник / сост. Л.В. Поляков. М., 2007; Поляков Л. «Суверенная демократия»: политический факт как теоретическая предметность // Общественные науки и современность. 2007. №2; Мигранян А. Зачем России концепция «суверенной демократии»? // Pro суверенную демократию. Сборник / сост. Л.В. Поляков. М., 2007; Сморгунов Л.В. Философия и политика. Очерки современной политической философии и российская ситуация. М., 2007; Казанцев А. Суверенная демократия: противоречия концепции // Политический журнал. 2007. №7-8.

[30] Каррер д`Анкосс Э. Незавершенная Россия. М., 2005; Люкс Л. «Веймарская Россия» - заметки об одном спорном понятии // Вопросы философии. 2008. №2; Крастев И. Россия как «другая Европа» // Россия в глобальной политике. 2007. №4. Том 5; Пайпс Р. Бегство от свободы: что думают и чего хотят россияне // URL: http://inosmi.ru/stories/01/05/29/2996/210029.html; Саква Р. Путин: выбор России / Пер. с англ. М., 2005; Кьеза Дж. Прощай, Россия! М., 1997; Рар А. Россия жмет на газ. Возвращение мировой державы. М., 2008; Грэм Т. Россия: упадок и неопределенные перспективы возрождения. М., 2007.

[31] Грибанова Г.И.  Федерализм и демократия в современной России // Демократия и федерализм в России. М., 2007; Иванченко А., Любарев А. Российские выборы от перестройки до суверенной демократии. М., 2007; Никонов В. Конституционный дизайн // Современная российская политика: Курс лекций / Под ред. В.Никонова. М., 2003; Салмин А. Российская Федерация и федерация в России // Мировая экономика и международные отношения. 2002. №2; Салмин А. Российская Федерация и федерация в России в пределах права // Современная российская политика: Курс лекций / Под ред. В.Никонова. М., 2003; Гельман В.Я. Возвращение Левиафана? Политика рецентрализации в современной России // Полис. 2006. №2; Кулинченко А.В. Государственная власть и процессы общественной самоорганизации (К вопросу о государственном строительстве в современной России) // Полис. 2004. №6; Межуев Б. «Российское государство может быть лишь сочетанием идеократии и демократии» // URL: http://liberal-1.hosting.parking.ru/sitan.asp?Num=604; Пуляев В.Т. Политико-государственное устройство России: гуманитарные аспекты. СПб., 2004; Шнайдер Э. Политическая система Российской Федерации / Пер. с нем. М., 2002; Зазнаев О.И. Типология форм правления: работа над ошибками // Полис. 2006. №1; Ковалев В.А. Федерализм и российская политика в рамках «управляемой демократии» // Демократия и федерализм в России. М., 2007; Фарукшин М.Х. Институциональные пробелы в российском федерализме // Демократия и федерализм в России. М., 2007; Шестов Н.И. Идея единства страны и реформа российской политической системы // Полис. 2004. №6.

[32] Иноземцев В. Природа и перспективы путинского режима // Свободная мысль. 2007. № 2; Красин Ю.А. Российская демократия: коридор возможностей // Полис. 2004. №6; Кива А. Какой режим формируется в России? // Свободная мысль. 2007. № 12; Краснов М. Фатален ли персоналистский режим в России? (Конституционно-правовой взгляд) // URL: http://www.politstudies.ru/extratext/lm/flm001.htm#40vg; Пастухов В.Б. Третий срок Путина как альтернатива политическому ханжеству. Реплика политического циника // Полис. 2006. №2.  Соловьев А.И. Технологии администрирования: политические резонансы в системе власти современной России // Полис. 2004. №6; Шевцова Л.Ф. Смена Режима или Системы? // Полис. 2004. №1; Шестопал Е.Б. Авторитарный запрос на демократию, или почему в России не растут апельсины // Полис. 2004. №1; Яковлев А.Н. Реформация в России // Общественные науки и современность. 2005. №2.

[33] Исаев Б.А. Зарождение и функционирование партийной системы России (1987-2008). СПб.: БГТУ, 2008; Исаев Б.А. Теория партий и партийных систем: Учеб. пособие для студентов вузов. М., 2008; Исаев Б.А. Зарождение, становление и функционирование партийной системы современной России. СПб.,  1997; Пляйс Я.А. Трансформация партийных и политических систем и диалектика взаимодействия их основных типов // Политические системы современной России и послевоенной Германии: сб. материалов российско-германского «круглого стола». Волгоград, 2005; Пляйс Я.А. Перспективы партийного строительства в России в контексте нового законодательства о выборах // Политические партии в избирательном процессе: Российские и зарубежные сравнения. Сб. ст. Краснодар, 2008; Нисневич Ю. Аудит политической системы посткоммунистической России. М., 2007; Коргунюк Ю.Г. Бесконечно долгий левый дрейф. Российская партийная система зимой 2006/2007 г. // Полития. Зима 2006-2007. №4 (43); Коргунюк Ю.Г. Избирательные кампании и становление партийной системы в РФ с точки зрения социального представительства // Политическая наука. 2000. №3; Коргунюк Ю.Г, Становление партийной системы в современной России. М., 2007; Понеделков А.В., Старостин А.М. Проблемы эффективности партийной системы в современной России // Политические партии в избирательном процессе: Российские и зарубежные сравнения. Сб. ст. Краснодар, 2008; Кынев А. Политические партии в российских регионах через призму региональной избирательной реформы // Полис. 2006. №6.

[34] Гуторов В.А. Гражданское общество: историческая традиция и российская перспектива // Теория и практика гражданского общества в России / Под ред. ассист.-проф. Д.Гузины, проф. П.Дуткевича, проф. В.Г.Марахова. СПб., 2005; Марахов В.Г. Концепция гражданского общества для России // Теория и практика гражданского общества в России / Под ред. ассист.-проф. Д.Гузины, проф. П.Дуткевича, проф. В.Г.Марахова. СПб., 2005; Сморгунов Л.В. Сетевой подход к политике и управлению // Полис. 2001. №3; Сморгунов Л.В. Политическое общество в современной России // Теория и практика гражданского общества в России / Под ред. ассист.-проф. Д.Гузины, проф. П.Дуткевича, проф. В.Г.Марахова. СПб., 2005; Сморгунова В.Ю. Гражданское общество и формирование гражданских добродетелей: теоретико-правовые проблемы. СПб., 2004; Перегудов С.П. Гражданское общество как субъект публичной политики // Полис. 2006. №2; Хлопин А.Д. Гражданское общество в России: идеология, утопия, реальность // Pro et Contra. 2002. №1; Ворожейкина Т.Е. Государство и общество в России: исчерпание государствоцентричной матрицы развития // Полис. 2002. №4; Витюк В.В. Состав и структура гражданского общества как особой сферы социума // Гражданское общество: теория, история, современность / Отв. ред. З.Т.Голенкова. М., 1999; Красин Ю.А. Публичная сфера и публичная политика. Российские проблемы // Россия в условиях трансформаций. Историко-политологический семинар: Материалы. Выпуск №25. М., 2002; Аузан А.А. Три публичные лекции о гражданском обществе. М., 2006; Аузан А.А. Договор-2008. М., 2007.

[35] Гефтер М.Я. Россия. Диалог вопросов. М., 2000; Касьянова К. О русском национальном характере. М., 2003; Попова О.В. Политическая идентификация в условиях трансформации общества. СПб., 2002; Шестопал Е.Б. Психологический профиль российской политики 1990-х: Теоретические и прикладные проблемы политической психологии. М., 2000.

[36] Артемов Г.П., Попова О.В.  Консервативные ценности в политическом сознании населения Санкт-Петербурга (результаты эмпирического исследования). // Философия и социально-политические ценности консерватизма в общественном сознании России (от истоков к современности): Сб. научных статей. Вып.2. СПб., 2005; Урнов М. Синдром радикального авторитаризма в российском массовом сознании // Урнов М., Касамара В. Современная Россия: вызовы и ответы: Сборник материалов. М., 2005; Петухов В.В. Демократия участия и политическая трансформация России. М., 2007; Лапкин В.В., Пантин В.И. Освоение институтов и ценностей демократии украинским и российским массовым сознанием. Предварительные итоги // Полис. 2005. №1; Башкирова Е.И. Трансформация ценностей российского общества // Полис. 2000. №6; Заславская Т.И. Современное российское общество: Социальный механизм трансформации. М., 2004; Никонов В. Российское и советское в массовом сознании // Современная российская политика: Курс лекций. / Под ред. В.Никонова. М., 2003.

[37] Ахиезер А. Специфика российской политической культуры и предмета политологии (Историко-культурное исследование) // Pro et Contra. 2002. №3; Баталов Э. Политическая культура России сквозь призму civic culture // Pro et Contra. 2002. №3; Пивоваров Ю. Русская политическая культура и political culture (Общество, власть, Ленин) // Pro et Contra. 2002. №3. // URL: http://www.carnegie.ru/ru/pubs/procontra/66524.htm; Мирошниченко И.В. Политическая культура социально-профессиональных групп. Краснодар, 2006; Ермоленко Т.Ф. Патернализм в политической культуре России // Российская историческая политология / Отв. ред. С.А.Кислицын. Ростов н/Д., 1998; Глебова И.И. Политическая культура современной России: Новые расколы // Россия и современный мир. 2006. №1; Глебова И.И. Политическая культура России: образы прошлого и современность. М., 2006.

[38] Кертман Г.Л. Традиционалистская реинтерпретация демократических институтов в российской политической культуре // Институциональная политология: Современный институционализм и политическая трансформация России. Под ред. С.В.Патрушева. М., 2006; Кертман Г.Л. Статус партии в российской политической культуре // Демократия, управление, культура: проблемные измерения современной политик. Политическая наука: Ежегодник 2006. М., 2007.

[39] Гуторов В.А. Современная российская идеология как система и политическая реальность. Методологические аспекты // Полис. 2001. №3; Чадаев А. Путин. Его идеология. М., 2006; Кутковец Т.И., Клямкин И.М.  Русские идеи. // Полис. 1997. №2; Ирхин Ю.В. Национальная идея России и идеологема «План Путина» // Россия и современный мир. 2008. №2.

[40] Пуляев В.Т. Идеология России: прошлое, настоящее, будущее. СПб., 2006; Сирота Н.М. Мировые политические идеологии. СПб, 2008; Матвеева С.Я. Консервативный либерализм в современной России. Либерал-радикальный проект в консервативной среде. // URL: http://www.libertarium.ru; Рормозер Г., Френкин А. Новый консерватизм: вызов для России. М., 1996; Красин Ю.А. Публичная политика: либеральная и коммунитарная составляющие // Дифференциация российского общества в зеркале публичной политики. Под ред. Ю.А.Красина. М., 2004; Погорельский А. Социальный либерализм: перспективы в России // Логос. 2004. №6; Капустин Б. К вопросу о социальном либерализме // Логос. 2004. № 6; Левкин А. Либерализм без либералов // Логос. 2004. №6; Славин Б. «Либеральный социализм» Россели и современность // Свободная мысль. 2007. №5.

[41] Мюллер Дж. Капитализм, демократия и удобная бакалейная лавка Ральфа / Пер. с англ. М., 2006. С.6.

[42] Ясин Е.Г. Приживется ли демократия в России? М., 2006. С.336-337.